Вскройте череп любого человека, отделите одну долю головного мозга от другой и хорошенько присмотритесь: в средоточии этой симметрии вы обнаружите крохотную антропоидную фигуру. Эти блестящие человечки, эти гомункулусы, неотступно следуют за нами с самого начала человеческой истории. О них думали мистики, их пытались вывести алхимики, писатели и поэты рисовали их в своем воображении, волшебники старались найти способ вызвать их, а для детей всех возрастов они доступны в уменьшенном виде Телепузиков и Смерфов…
15 мин, 51 сек 448
Представляя эти крошечные человеческие фигурки, позволяя этим существам очаровать нас, мы можем уловить движение некой иррациональной надежды. Хотя бы однажды каждый из нас ждал приземления НЛО: вот оно открывается и являет нам таинственного серого пришельца. Или же мы садились где-нибудь в лесистой горной долине и умоляли сказочного эльфа или фею прийти к нам, надеясь, что кто-нибудь из них избавит нас от смерти. Об этом всегда мечтал человек, это остается одним из аккордов музыки нашего сознания. Но вскоре может оказаться так, что эта мечта, как и все мечты в принципе, будет предана. Однако прежде чем мы обсудим обстоятельства этого последнего и величайшего предательства последней и величайшей мечты человека, давайте попробуем понять, что же собираются положить на костер потребления, раздуваемого корпорациями.
Во всех своих обличьях эти блестящие человечки предлагали нам надежду на другие миры, иные измерения, существующие одновременно с нашим, однако воспринимаемые крайне редко. Раньше попасть в это тайное государство могли лишь те, кто был готов отважиться на подобное путешествие, принять приглашение из другого мира и согласиться с тем, что придется возвратиться с измененным сознанием. Увидеть этих созданий было равнозначно акту творения, а общение с ними означало получить пропуск к пространству, лежащему за пределами времени. Эти существа были нашим спасением, позволяющим преодолеть границы земного существования.
Разве можно сомневаться в том, что, когда первый художник нацарапал на стене пещеры изображение какого-то получеловеческого существа, в человеческой психике, находившейся на ранней стадии формирования, была какая-то надежда на то, что нарисованный эльф вдруг оживет и выпрыгнет с камня? Рождалась ли эта надежда только в мозгу человека… или была некая другая сила, побуждавшая человека использовать его творческие способности? Известно, что с ранних времен эти образы наделялись минимальными возможностями, однако в сущности эти энергетические субстанции оказывались бессильными, запертые в неподвижную тюрьму двух измерений. Но даже тогда, в ту пору, когда существовали лишь самые зачаточные медиа, наводящие на мысль о преобразующем опыте, эти образы служили единственным доступным входом. Первые колдуны, которые использовали эти образы в качестве орудия, устанавливая редкие, хотя и ограниченные контакты с существами, стремившимися заявить о себе.
Кажется, что эти существа обитали скорее в статуях и тотемах. Куклы качино племени хопи — один из примеров того, как культура целенаправленно создавала модели маленьких человечков, придавая этим сверхпространственным существам телесность. Впрочем, будучи сделанными из глины и дерева, эти создания по-прежнему оставались всего лишь неподвижной формой и не могли стать пристанищем хоть для какого-нибудь реального организма. Чтобы полностью воплотить этих человечков, нужно было использовать другие стратегии.
Знакомясь с объектом изучения алхимии, не следует забывать о том, что все вокруг может быть не тем, чем кажется. Возможно, тома алхимических текстов и преследовали какие-то конкретные цели, однако один лишь беглый взгляд на важнейшие манускрипты приведет даже самого образованного оккультиста в удивление и замешательство.
Изучая символизм алхимии с точки зрения психологии, Карл Юнг предположил, что архетип гомункулуса — это символ целостного «я», примерно такой же, как философский камень и НЛО. Конечно, можно утверждать, что в процессе создания этого существа могут иметь место определенные переносы и проекции, эту явление в целом не следует втискивать в рамки простых ограничений в духе платоновской философии. Возможно, Юнг не удосужился понаблюдать за современными ему явлениями чертенят, к примеру, в первых мультфильмах, где они материализовались между тьмой и светом, проецирующимся на многочисленные мерцающие экраны. Дисней процветал благодаря тому, что он поставлял публике определенную дозу эльфийской магии, а потом зашел так далеко, что создал парки аттракционов, физически переносившие пресытившиеся семьи на территорию, находившуюся по ту сторону надежды и страха.
Во всех своих обличьях эти блестящие человечки предлагали нам надежду на другие миры, иные измерения, существующие одновременно с нашим, однако воспринимаемые крайне редко. Раньше попасть в это тайное государство могли лишь те, кто был готов отважиться на подобное путешествие, принять приглашение из другого мира и согласиться с тем, что придется возвратиться с измененным сознанием. Увидеть этих созданий было равнозначно акту творения, а общение с ними означало получить пропуск к пространству, лежащему за пределами времени. Эти существа были нашим спасением, позволяющим преодолеть границы земного существования.
Разве можно сомневаться в том, что, когда первый художник нацарапал на стене пещеры изображение какого-то получеловеческого существа, в человеческой психике, находившейся на ранней стадии формирования, была какая-то надежда на то, что нарисованный эльф вдруг оживет и выпрыгнет с камня? Рождалась ли эта надежда только в мозгу человека… или была некая другая сила, побуждавшая человека использовать его творческие способности? Известно, что с ранних времен эти образы наделялись минимальными возможностями, однако в сущности эти энергетические субстанции оказывались бессильными, запертые в неподвижную тюрьму двух измерений. Но даже тогда, в ту пору, когда существовали лишь самые зачаточные медиа, наводящие на мысль о преобразующем опыте, эти образы служили единственным доступным входом. Первые колдуны, которые использовали эти образы в качестве орудия, устанавливая редкие, хотя и ограниченные контакты с существами, стремившимися заявить о себе.
Кажется, что эти существа обитали скорее в статуях и тотемах. Куклы качино племени хопи — один из примеров того, как культура целенаправленно создавала модели маленьких человечков, придавая этим сверхпространственным существам телесность. Впрочем, будучи сделанными из глины и дерева, эти создания по-прежнему оставались всего лишь неподвижной формой и не могли стать пристанищем хоть для какого-нибудь реального организма. Чтобы полностью воплотить этих человечков, нужно было использовать другие стратегии.
Знакомясь с объектом изучения алхимии, не следует забывать о том, что все вокруг может быть не тем, чем кажется. Возможно, тома алхимических текстов и преследовали какие-то конкретные цели, однако один лишь беглый взгляд на важнейшие манускрипты приведет даже самого образованного оккультиста в удивление и замешательство.
Изучая символизм алхимии с точки зрения психологии, Карл Юнг предположил, что архетип гомункулуса — это символ целостного «я», примерно такой же, как философский камень и НЛО. Конечно, можно утверждать, что в процессе создания этого существа могут иметь место определенные переносы и проекции, эту явление в целом не следует втискивать в рамки простых ограничений в духе платоновской философии. Возможно, Юнг не удосужился понаблюдать за современными ему явлениями чертенят, к примеру, в первых мультфильмах, где они материализовались между тьмой и светом, проецирующимся на многочисленные мерцающие экраны. Дисней процветал благодаря тому, что он поставлял публике определенную дозу эльфийской магии, а потом зашел так далеко, что создал парки аттракционов, физически переносившие пресытившиеся семьи на территорию, находившуюся по ту сторону надежды и страха.
Страница 1 из 6
