Фандом: Гарри Поттер. 31-го октября 1981-го года никто из Поттеров не погиб. Джеймс благополучно избежал встречи с Волдемортом, Гарри спасла сила любви, а Лили… тоже? Вот только чьей именно любви?
238 мин, 59 сек 18589
Пришлось прочитать ему доклад профессора Фишера, касающийся тонкостей работы с драконьей кровью. Гарри слушал внимательно, иногда повторяя короткие слова. Залез на диван, приткнулся рядом со Снейпом… довольно неудобно, надо сказать: левую руку теперь некуда было девать. Не обнимать же этого… ребенка? А впрочем, почему бы и нет? Все лучше, чем сидеть с неуклюже отставленной в сторону рукой.
Этим вечером Снейп, в отличие от вчерашнего, улегся в постель первым, а к тому времени, когда из комнаты сына вернулись Лили с Поттером, даже успел задремать. Впрочем, то, как она легла рядом, провела рукой по волосам, а потом пристроила ладонь на плече — почувствовал. На ее:
— Сев, ты спишь? — отвечать не стал. А еще сделал вид, что не слышал ни страстного шепота Поттера, ни сердитого — Лили:
— Что?! Джим, ты обалдел? Ну и что, что он заснул? Нет, я так не могу…
— Вы думаете, у меня одна палата? — ворчала санитарка с пятого этажа. — Я не могу всю ночь глаз не отводить от двери сорок девятой! Понятия не имею, когда она вышла и как! Я дверь всегда запираю!
Снейп уже и сам был не рад, что пристал к ней с обвинениями. Но что было делать: придя на работу, он снова обнаружил на диване Сесилию.
Эванс полдня намекал, что Снейп превратил лабораторию в детский сад. Ладно, зато хоть «малышом» перестал называть. В обед попытался было задержать, наверняка для нотации, но Снейп отговорился нехваткой времени: его и правда ждал час в компании Поттера и Лили.
Вечером долго объяснял новой дежурной, как накладывать и снимать одно из запирающих заклинаний. У него самого оно тоже когда-то получилось не с первого раза.
Утром Сесилия опять спала в лаборатории.
Следующим вечером Снейп читал Гарри вслух — похоже, это становилось одним из его постоянных развлечений — «Самые известные запирающие заклинания и их практическое применение».
Увлекся и не сразу заметил, что в дверях стоит Поттер.
— У тебя здорово получается, — усмехнулся он. — А я не люблю читать вслух, мысленно ведь куда быстрее. Вечно увлекаюсь и умолкаю, а он, — Поттер кивнул на сына, — злится.
Снейп не нашел, что ответить. Поттер, делающий ему комплименты — такое в его картину мира не вписывалось совершенно.
В книге обнаружил пару интересных заклинаний, а потом, в Мунго, после ухода Эванса наложил их на дверь лаборатории, понадеявшись, что девчонка, не сумев туда войти, все-таки вернется в палату.
Она сумела.
Это уже превращалось в какое-то странное соревнование. Снейп изучал заклинания — кажется, за неделю он узнал их больше, чем за всю предыдущую жизнь, — накладывал их на чертову дверь, чтобы поутру снова встретить за ней Сесилию. Эванс, казалось, махнул на ее ночевки в лаборатории рукой, сказав, что если ее там обнаружит какая-нибудь комиссия — влетит всем, но последнюю в Мунго видели года три назад. А Снейпа уже зацепило — неужели действительно не найдется ни одного способа справиться с девчонкой?
На фоне всего этого даже сон втроем, одна мысль о котором еще недавно свела бы его с ума, стал почти обыденностью.
Каждый вечер смотрел, как Лили расчесывает волосы: двести взмахов расческой в разных направлениях. Его прерывистые вздохи; ревнивые взгляды Поттера и едва сдерживаемое желание подразнить этого болвана. Снейп недоумевал: неужели тот и в школе вел себя так по-дурацки? И как он только мог не замечать этой откровенной — и какой-то странно-беззащитной — ревности и неудачных стараний ее скрыть? Всех этих щенячьих взглядов в сторону Лили, напускной петушиной бравады? Хотя нет — замечал, но тогда это бесило, а не смешило, как сейчас.
Потом залезал под одеяло и говорил Лили — принципиально только ей — «спокойной ночи», отворачивался, чувствуя, как она кладет руку ему на плечо. Как приглаживает волосы и поправляет воротник пижамной куртки. Потом она затихала, а Поттер еще долго ворочался и вздыхал. Снейп тоже засыпал не сразу, но лежал тихо: не показывать же этому, что ему тоже нелегко?
Через неделю «игра» с Сесилией в«пройди через запертую дверь» настолько ему надоела, что он даже пожаловался Лили.
— То есть, ты просишь ее сидеть в палате, но она все равно выходит? — уточнила она.
Снейп застыл. За все время ему как-то в голову не приходило попросить Сесилию об этом. А если бы и пришло — кто из детей когда-нибудь выполнял просьбы?
— Ну, как все прошло? — поинтересовалась Лили, когда Снейп назавтра пришел для очередного часа втроем. В этот раз его все-таки уговорили пообедать, и теперь они сидели за столом, уплетая самый вкусный в мире суп.
— Нормально.
— То есть, утром она была в палате?
— Да, — неохотно ответил Снейп.
Да, Сесси сидела в палате. Вернее, ее не было в лаборатории, и это его почему-то не обрадовало — наоборот, испугало до чертиков. «А вдруг она просто не сумела войти и теперь бродит где-то в подвале? А вдруг каким-то образом сумела выйти из больницы и потерялась в магловском Лондоне? А вдруг попала к слугам Лорда — в газете писали, что снова начались нападения, прекратившиеся было с исчезновением Повелителя?»
Этим вечером Снейп, в отличие от вчерашнего, улегся в постель первым, а к тому времени, когда из комнаты сына вернулись Лили с Поттером, даже успел задремать. Впрочем, то, как она легла рядом, провела рукой по волосам, а потом пристроила ладонь на плече — почувствовал. На ее:
— Сев, ты спишь? — отвечать не стал. А еще сделал вид, что не слышал ни страстного шепота Поттера, ни сердитого — Лили:
— Что?! Джим, ты обалдел? Ну и что, что он заснул? Нет, я так не могу…
— Вы думаете, у меня одна палата? — ворчала санитарка с пятого этажа. — Я не могу всю ночь глаз не отводить от двери сорок девятой! Понятия не имею, когда она вышла и как! Я дверь всегда запираю!
Снейп уже и сам был не рад, что пристал к ней с обвинениями. Но что было делать: придя на работу, он снова обнаружил на диване Сесилию.
Эванс полдня намекал, что Снейп превратил лабораторию в детский сад. Ладно, зато хоть «малышом» перестал называть. В обед попытался было задержать, наверняка для нотации, но Снейп отговорился нехваткой времени: его и правда ждал час в компании Поттера и Лили.
Вечером долго объяснял новой дежурной, как накладывать и снимать одно из запирающих заклинаний. У него самого оно тоже когда-то получилось не с первого раза.
Утром Сесилия опять спала в лаборатории.
Следующим вечером Снейп читал Гарри вслух — похоже, это становилось одним из его постоянных развлечений — «Самые известные запирающие заклинания и их практическое применение».
Увлекся и не сразу заметил, что в дверях стоит Поттер.
— У тебя здорово получается, — усмехнулся он. — А я не люблю читать вслух, мысленно ведь куда быстрее. Вечно увлекаюсь и умолкаю, а он, — Поттер кивнул на сына, — злится.
Снейп не нашел, что ответить. Поттер, делающий ему комплименты — такое в его картину мира не вписывалось совершенно.
В книге обнаружил пару интересных заклинаний, а потом, в Мунго, после ухода Эванса наложил их на дверь лаборатории, понадеявшись, что девчонка, не сумев туда войти, все-таки вернется в палату.
Она сумела.
Это уже превращалось в какое-то странное соревнование. Снейп изучал заклинания — кажется, за неделю он узнал их больше, чем за всю предыдущую жизнь, — накладывал их на чертову дверь, чтобы поутру снова встретить за ней Сесилию. Эванс, казалось, махнул на ее ночевки в лаборатории рукой, сказав, что если ее там обнаружит какая-нибудь комиссия — влетит всем, но последнюю в Мунго видели года три назад. А Снейпа уже зацепило — неужели действительно не найдется ни одного способа справиться с девчонкой?
На фоне всего этого даже сон втроем, одна мысль о котором еще недавно свела бы его с ума, стал почти обыденностью.
Каждый вечер смотрел, как Лили расчесывает волосы: двести взмахов расческой в разных направлениях. Его прерывистые вздохи; ревнивые взгляды Поттера и едва сдерживаемое желание подразнить этого болвана. Снейп недоумевал: неужели тот и в школе вел себя так по-дурацки? И как он только мог не замечать этой откровенной — и какой-то странно-беззащитной — ревности и неудачных стараний ее скрыть? Всех этих щенячьих взглядов в сторону Лили, напускной петушиной бравады? Хотя нет — замечал, но тогда это бесило, а не смешило, как сейчас.
Потом залезал под одеяло и говорил Лили — принципиально только ей — «спокойной ночи», отворачивался, чувствуя, как она кладет руку ему на плечо. Как приглаживает волосы и поправляет воротник пижамной куртки. Потом она затихала, а Поттер еще долго ворочался и вздыхал. Снейп тоже засыпал не сразу, но лежал тихо: не показывать же этому, что ему тоже нелегко?
Через неделю «игра» с Сесилией в«пройди через запертую дверь» настолько ему надоела, что он даже пожаловался Лили.
— То есть, ты просишь ее сидеть в палате, но она все равно выходит? — уточнила она.
Снейп застыл. За все время ему как-то в голову не приходило попросить Сесилию об этом. А если бы и пришло — кто из детей когда-нибудь выполнял просьбы?
— Ну, как все прошло? — поинтересовалась Лили, когда Снейп назавтра пришел для очередного часа втроем. В этот раз его все-таки уговорили пообедать, и теперь они сидели за столом, уплетая самый вкусный в мире суп.
— Нормально.
— То есть, утром она была в палате?
— Да, — неохотно ответил Снейп.
Да, Сесси сидела в палате. Вернее, ее не было в лаборатории, и это его почему-то не обрадовало — наоборот, испугало до чертиков. «А вдруг она просто не сумела войти и теперь бродит где-то в подвале? А вдруг каким-то образом сумела выйти из больницы и потерялась в магловском Лондоне? А вдруг попала к слугам Лорда — в газете писали, что снова начались нападения, прекратившиеся было с исчезновением Повелителя?»
Страница 37 из 65
