Jolt

— Юлиус, ты обнаглел! Брось трубку. Наговоришься с ним сам, когда он проснется. Приходи в условленное время и не приволоки за собой хвост.

4

— Он полюбит меня. У него выбора нет. Я убью их одного за другим, когда они закончат отсидку и приготовят мне засаду. Они ничего не могут. И ты им не поможешь. Без этого дрянного детективишки им вовек не поймать меня. А ты… ты все стерпишь, Дэз. Ради того, чтобы я не нарушил сделку и не вошел в его прелестную округлую попу — раньше времени. Твоя пощечина меня восхитила.

3

— Все в сборе? ТT?

— Есть.

— YM?

— Есть.

— N?

— Есть.

— SI?

— Есть.

— RE?

— Тут я.

— В следующий раз отвечай «есть».

— Следующего раза не будет, командир XL. Выдвигаемся.

2

— Уже скоро. Скоро, скоро… я избавлюсь от тебя, никчемный братец, — на жемчужно-белом лице играла злая усмешка. — М-да.

Он погладил Ману по голове и обратил взор на другого. Шестнадцать дней подряд без сознания, истощенный наркотиками нравственно и физически, его раб завтра придет в себя. Сломленный и покорный его воле. И тогда…

Он облизнул пальцы и провел ими по губам Кси. Злая усмешка стала шире.

1

Седьмого числа седьмого месяца седьмого года на пологий склон гавайского вулкана Мауна-Кеа упал метеорит.

XVIII — точка нового отсчета

— Господа, мы начнем заседание через несколько минут. Наш товарищ, пострадавший на поле боя, присоединится к собранию впервые, потому я должен посвятить его в события последних двух недель, которые он пропустил, будучи в коме. Я скоро.

— Сколько официоза, — хихикнула Нэнси и получила от Айши по ушам.

Хэлл, как всегда, тщательно завинтил дверь барокамеры, осмотрелся, нашел свои перчатки и снял с головы дремавшего в кресле человека повязку. Внимательно осмотрев рану, он изрек:

— Что ж, мой дорогой Питер, выглядит неважно, но с ворчанием и пререканиями со мной заживает. Пойми меня правильно, ты рядовой землянин, спасать таких от смерти нелегко. Демон не мог выстрелить парализатором, и уж тем более — снотворным, слишком велик был риск. Мануэль крайне подозрительный, после убийства он самолично удостоверился в том, что ты мертв. А поскольку в доме Асмодея Мортеаля часто воскресают — велел Демону немедленно увезти тебя и закопать подальше от города. К счастью, выполнение этого приказа он уже не проверял, и Юлиус зарыл на пустыре мешок, набитый землей.

— Как ты его склонил на нашу сторону?

— Я?! Это ты. Юлиус признался, перед смертью ты выдал нечто, что заставило его еще раз стать предателем и переметнуться к нам. Он отказался говорить, что именно, хочет обсудить это только с тобой и с глазу на глаз. У тебя будет возможность поболтать с ним, но попозже.

— Сколько я пробыл…

— Мертвым? Четыре часа, милый, всего четыре часа. Врач из меня не такой паршивый, как детектив, и все же пришлось помучиться. Вырвавшись из объятий смерти, ты превратился в очень тяжело раненого, настолько тяжело, что мгновенно провалился в коматозное состояние. Дыра в твоем черепе не хотела зарастать, отторгая имплантаты, стягивавшие ее края. Но в хирургических поединках я лишь раз потерпел поражение, и этот раз к тебе не относится. Ты выкарабкался, друг мой, и я безмерно счастлив. Вчера ты на минутку пришел в себя, пробормотал «ангел» — и заснул! Обычным здоровым сном. Ребята на радостях даже немного напились. Но я прошу тебя пока поменьше двигаться, ты еще не восстановился, если не хочешь кровоизлияний в мозг, слушайся меня. Ты для нас сейчас самая большая драгоценность. Ну, дверь я отворил, теперь встань. Не торопись… обопрись на мою руку. Сильнее! — я не хрустальный. Пойдем, медленно. Не верти головой: ей это пока очень вредно, а мы тебе все и так покажем и расскажем.

Хэлл привел его в зал, где за круглым столом сидели все подельники.