Фандом: Ориджиналы. Звонок будит его среди ночи, заставляет бросить все и лететь через океан в замкнутый мирок дома, где обитают демоны. Там совершено преступление, выходящее за рамки логики и смысла, в котором нет мотивов, и оно никому не выгодно. Жертвой является загадочный киллер, пропавший без вести несколько месяцев назад. Зацепкой становится шприц, стандартное содержимое которого подменили героином. Он, случайно или намеренно вовлеченный в дела подданных Люцифера, берется за расследование.
236 мин, 21 сек 15089
Ману, это ты, все ты. ЗАЧЕМ?! К чему ты стремился? И чего в результате добился? Я уже не узнаю.
Все мысли пронеслись в голове за миллисекунду. С глубоким вздохом Кобальт глянул в горько-полынные глаза, горевшие торжеством, потом — на оружие Демона, похожее на пистолет, но с игольчатым острием вместо дула — и приготовился к…
Я вспомнил!
— Ману, — проговорил Питер, заикаясь и боясь опоздать. — Я прошу себе последнее желание. Это всего лишь вопрос, он вообще не займет времени, и отвечать мне никто уже не обязан, но позволь его задать, умоляю.
— Хм… ладно.
— ЛСД, замененный героином для шприца со штрих-кодом. На нем отсутствуют твои следы. Да, есть отпечатки твоего подручного, ясен пень. Но откуда там взялся… обрывок ангельского пера?
— Демон, стреляй! — Ману резко побледнел, но это уже не имело значения. Взгляд Инститориса в упор… неистовый, почти сумасшедший. Впервые. В нем билось чувство. Неужели? Он угадал?! Правда, это уже ничего не изменит…
По виску Питера скатилась капелька пота. Кси… я любил тебя, малыш — как оказалось, больше собственной жизни. Его влажные глаза закрылись одновременно с глазами Демона, когда его длинные бледные пальцы, с настоящей или фальшивой нервозностью сжимавшие иглолучевик, нажали на спусковой крючок.
— Madonna mia, какой ты иногда глупый! Не мог прислать тело с кем-то, чтобы не светиться? Знаю, знаю, ты прекрасно маскируешься, но не в этот раз. За тобой слежка круглосуточно.
— Он ослабил внимание, ведь все кончено. Не беспокойся так и забирай.
— Мешок герметичный?
— Да, Ману сам его выбрал для утилизации трупа.
— Отлично. Возвращайся завтра в 22:00, проверь работу.
Дверь захлопнулась, ключ автоматически провернулся два раза. Хэлл потер ручки:
— Итак, приступим. Айши, Нэнси! Если камера приготовлена, вы нужны мне в лаборатории. Шесть пижамных комплектов с тапочками не забудьте и зубные щетки. Мне придется провести здесь пару недель в веселой компании.
9
В спальне четы Инститорисов Демон стоял, крепко обнимая Ксавьера.
— Не плачь, он, видать, попросту струсил. Дошло, что ты не ровня ему, купил обратный билет и смылся в свою нору. Ну перестань, ну чего ты так убиваешься?
— Все-таки потерял, потерял! Всем, кто ни влюбляется в меня, я приношу несчастье!
8
Дезерэтт стоял перед зеркалом в холле. Кто-нибудь, умеющий читать по губам, узнал бы, что он, соблюдая некоторые предосторожности, разговаривает сам с собой. Хотя по характеру речи логичнее заключить, что это беззвучный диалог с собеседником, невидимым для посторонних.
— Ты выиграл. Я не уйду отсюда. Об этом договоренности не было. Я не включал в пари таких условий! Нет… даже ты не запретишь. Ты заберешь себе только его тело. И что? Под гипнозом душа будет спать и по-прежнему принадлежать тому, кого он боготворит. Да мне плевать, зол ты или плясать хочешь от удовольствия. Я останусь. Мы не выбираем дорогу, не моя вина, что тебе достался другой. Хех… да его все хотят, это факт. Оставь в покое родственников. Знаешь, я презираю тебя. Такими методами от соперников избавляются только люди. Да уж, конечно, ты многого от них набрался… Все зло впитал, как губка. Не угрожай мне этим. Дурак, что ли? Догадайся. Если ты тронешь его, Он отстранит тебя. А если, ничего не добившись, захочешь убить, тебя вздернут прежде, чем ты додумаешь эту мысль. Мог бы навести справки и узнать, во что ввязался. Этот мальчик… этот оборотень… этот удав с глазами ожившего изумрудного камня… возлюбленный не только демонов, но и Самого. Под такой протекцией ему грозят только твои грязные объятья и не менее грязные поцелуи. Ну ты мерзок… опоишь зельем, а потом? Наутро, изнасилованный тобой, он покончит с собой, и ты его не остановишь. Да… это я ему объяснил как. Смейся. Но он научил меня любви.
7
— Пожалуйста, больше не звони сюда! Я уверен, даже эту с грехом пополам засекреченную линию прослушивают. По делу… оно сложнее, чем предполагалось. Встречу в 22:00 отменяю, тебе пришлют записку с нарочным, укажу новое время.
6
Сквозь неплотно задернутые портьеры забрезжил свет. Сияющая фигура в белом прошла к постели, не касаясь пола, и наклонилась над спящим.
— Пора.
5
— Двадцать кубиков. Все, как ты велел, Ману, — Демон подал ему шприц. — Ману… а ты не мог бы мне напомнить дату той нашей воображаемой свадьбы, которую ты втайне лелеешь?
— Чего?! Отвали с ерундой всякой, нашел время!
— Ерундой, говоришь… — едва заметно дрогнув, он отошел за дверь. Глаза наполнялись кровью, к уху уже прижимался телефон.
Быстрый набор, длинные гудки… и разгневанный голос:
— Ну я же просил!
— Знаю, помню, прости! Хэлл, теперь я уверен. Твоя догадка на сто процентов точна. Какому плану прикажешь следовать?
— Скоро знаменательное число. Подождем. Не предпринимай ничего. Наблюдай за Кси.
— А как там… наш…
— Мечется во сне, как зверь в клетке. Полное бездействие, похоже, сводит его с ума.
— А рана не беспокоит?
Все мысли пронеслись в голове за миллисекунду. С глубоким вздохом Кобальт глянул в горько-полынные глаза, горевшие торжеством, потом — на оружие Демона, похожее на пистолет, но с игольчатым острием вместо дула — и приготовился к…
Я вспомнил!
— Ману, — проговорил Питер, заикаясь и боясь опоздать. — Я прошу себе последнее желание. Это всего лишь вопрос, он вообще не займет времени, и отвечать мне никто уже не обязан, но позволь его задать, умоляю.
— Хм… ладно.
— ЛСД, замененный героином для шприца со штрих-кодом. На нем отсутствуют твои следы. Да, есть отпечатки твоего подручного, ясен пень. Но откуда там взялся… обрывок ангельского пера?
— Демон, стреляй! — Ману резко побледнел, но это уже не имело значения. Взгляд Инститориса в упор… неистовый, почти сумасшедший. Впервые. В нем билось чувство. Неужели? Он угадал?! Правда, это уже ничего не изменит…
По виску Питера скатилась капелька пота. Кси… я любил тебя, малыш — как оказалось, больше собственной жизни. Его влажные глаза закрылись одновременно с глазами Демона, когда его длинные бледные пальцы, с настоящей или фальшивой нервозностью сжимавшие иглолучевик, нажали на спусковой крючок.
XVII — контроль
10— Madonna mia, какой ты иногда глупый! Не мог прислать тело с кем-то, чтобы не светиться? Знаю, знаю, ты прекрасно маскируешься, но не в этот раз. За тобой слежка круглосуточно.
— Он ослабил внимание, ведь все кончено. Не беспокойся так и забирай.
— Мешок герметичный?
— Да, Ману сам его выбрал для утилизации трупа.
— Отлично. Возвращайся завтра в 22:00, проверь работу.
Дверь захлопнулась, ключ автоматически провернулся два раза. Хэлл потер ручки:
— Итак, приступим. Айши, Нэнси! Если камера приготовлена, вы нужны мне в лаборатории. Шесть пижамных комплектов с тапочками не забудьте и зубные щетки. Мне придется провести здесь пару недель в веселой компании.
9
В спальне четы Инститорисов Демон стоял, крепко обнимая Ксавьера.
— Не плачь, он, видать, попросту струсил. Дошло, что ты не ровня ему, купил обратный билет и смылся в свою нору. Ну перестань, ну чего ты так убиваешься?
— Все-таки потерял, потерял! Всем, кто ни влюбляется в меня, я приношу несчастье!
8
Дезерэтт стоял перед зеркалом в холле. Кто-нибудь, умеющий читать по губам, узнал бы, что он, соблюдая некоторые предосторожности, разговаривает сам с собой. Хотя по характеру речи логичнее заключить, что это беззвучный диалог с собеседником, невидимым для посторонних.
— Ты выиграл. Я не уйду отсюда. Об этом договоренности не было. Я не включал в пари таких условий! Нет… даже ты не запретишь. Ты заберешь себе только его тело. И что? Под гипнозом душа будет спать и по-прежнему принадлежать тому, кого он боготворит. Да мне плевать, зол ты или плясать хочешь от удовольствия. Я останусь. Мы не выбираем дорогу, не моя вина, что тебе достался другой. Хех… да его все хотят, это факт. Оставь в покое родственников. Знаешь, я презираю тебя. Такими методами от соперников избавляются только люди. Да уж, конечно, ты многого от них набрался… Все зло впитал, как губка. Не угрожай мне этим. Дурак, что ли? Догадайся. Если ты тронешь его, Он отстранит тебя. А если, ничего не добившись, захочешь убить, тебя вздернут прежде, чем ты додумаешь эту мысль. Мог бы навести справки и узнать, во что ввязался. Этот мальчик… этот оборотень… этот удав с глазами ожившего изумрудного камня… возлюбленный не только демонов, но и Самого. Под такой протекцией ему грозят только твои грязные объятья и не менее грязные поцелуи. Ну ты мерзок… опоишь зельем, а потом? Наутро, изнасилованный тобой, он покончит с собой, и ты его не остановишь. Да… это я ему объяснил как. Смейся. Но он научил меня любви.
7
— Пожалуйста, больше не звони сюда! Я уверен, даже эту с грехом пополам засекреченную линию прослушивают. По делу… оно сложнее, чем предполагалось. Встречу в 22:00 отменяю, тебе пришлют записку с нарочным, укажу новое время.
6
Сквозь неплотно задернутые портьеры забрезжил свет. Сияющая фигура в белом прошла к постели, не касаясь пола, и наклонилась над спящим.
— Пора.
5
— Двадцать кубиков. Все, как ты велел, Ману, — Демон подал ему шприц. — Ману… а ты не мог бы мне напомнить дату той нашей воображаемой свадьбы, которую ты втайне лелеешь?
— Чего?! Отвали с ерундой всякой, нашел время!
— Ерундой, говоришь… — едва заметно дрогнув, он отошел за дверь. Глаза наполнялись кровью, к уху уже прижимался телефон.
Быстрый набор, длинные гудки… и разгневанный голос:
— Ну я же просил!
— Знаю, помню, прости! Хэлл, теперь я уверен. Твоя догадка на сто процентов точна. Какому плану прикажешь следовать?
— Скоро знаменательное число. Подождем. Не предпринимай ничего. Наблюдай за Кси.
— А как там… наш…
— Мечется во сне, как зверь в клетке. Полное бездействие, похоже, сводит его с ума.
— А рана не беспокоит?
Страница 26 из 65
