Как одно на небе Солнце красное, Как одна на свете Мать — Сыра — Земля, Как одна выходит Зорюшка ясная, Так и Родина у человека одна… Ты взойди, взойди, Солнце светлое, Что Светило — Солнце славянское, В наших песнях стократ воспетое, Хороводами славлено да плясками! Ты скажи, почто твои внуки спят Да почто раздоры устроили, Коль полки врага у границ стоят И грозят мечами да копьями?
184 мин, 37 сек 2754
На противоположном берегу ждали воины «Волчьего Ордена». Они скрывались среди ратей Хейда, ожидая тайного знака. Преданные вождю освободителей не меньше венетов, они не задумывались о смерти — их единственной целью была Свобода Закатных Земель. Кроме того, до действительно опасных дел «Волчьим Ордном» допускались только оставившие потомство мужи и воительницы. Они верили, что после достойной гибели в бою снова родятся в своем роду.
Володар сам решил возглавлять переправу. Конечно, иные назвали бы это ноправданным риском… Но воины способны на многое, когда едва ли не обожествляемый ими вождь бьется бок о бок с ними, а не следит за битвой издали. Царь ждал. И ждали воины, готовясь подхватить лодки и устремиться к воде. Чтобы не встревожить врага раньше времени, они были довольно далеко от воды, и с противоположного берега увидеть их было практически невозможно.
Трижды на противоположной стороне крикнула сова. Володар первым вцепился в борт лодки:
— Время!
Как только могли быстрее, воины поволокли лодки к воде. Заслышав шум, лучники Хейда начали натягивать тетивы. И они совершенно не ожидали того, что произойдет потом…
… Потому что, как показалось им, со всех сторон и даже из-под воды с дикими воплями и ревом ненависти бросились на них полунагие воины. На самом деле отряд Вратибоя значительно уступал врагам числом, да и отсутствие доспех должно было сказаться — но у страха глаза велики. Немногих вампиров не хватило на то, чтобы организованно сопротивляться внезапной атаке. Часть лучников Хейда, вчерашние охотники-виллены, уже начала разбегаться!
Лодки закачались на водной глади, и в них начали прыгать воины. Володар, по-прежнему рискуя собой, во весь рост поднялся на носу и обнажил клинок. Его примеру последовали на всех прочих лодках, чтобы сразу по приближении к вражескому берегу броситься в сечу. Царь ариев успел заметить, что одной из лодок стоит Морра Линдхольм с боевой секирой. Ее викинги, привычные к высадкам с боем, должны были сыграть теперь важную роль.
С противоположного берега полетели стрелы — но оттуда же слышался лязг оружия и крики сражающихся. Воины Хейда ничего не понимали — скрывавшиеся среди них люди «Волчьего Ордена» сбросили маску и присоединились к ариям. Чудские лучники не промахивались даже в полной темноте, изредка озаряемой факелами.
Факелы загорелись и на плывущих лодках, и с них также принялись отвечать лучникам Хейда. Война, к несчастью, есть война — время от времени пораженные стрелами люди падали за борт. В щит Володара тоже то и дело втыкались стрелы. Но он подавлял в себе желание пригнуться — Вождь должен быть примером для своих людей. Как медленно приближается земля!
С берега навстречу лодкам нацелились копья, по счастью — не сплошным рядом. Володар принял одно из них на щит и прыгнул вперед, нанося удар:
— За Русколань!
Его примеру последовали простые воины и бояре. Рать Хейда оказалась зажата на прибрежной полосе с двух сторон. Самым разумным выходом для нее было бы пробиться сквозь поредевший отряд Вратибоя и предупредить другие отряды… но людей охватила паника, а командовавшие ими вампиры боялись наказания за самовольное отступление. Да и командовать в этой бойне было невозможно.
А Володар был в самом сердце битвы. О, если бы он только мог видеть себя со стороны! Больше всего царь ариев теперь напоминал своих далеких предков-полуварваров, созидателей могущества его народа. Глаза Володара горели холодным металлическим блеском. Ему не требовалось даже задумываться о том, как наносить удары — руки все делали сами. Никогда еще меч царя не мелькал так быстро, не выписывал невероятные дуги, обрушиваясь на врага, и каждая из них плавно переходила в следующую, словно он не сражался, а творил нечто сродни танцу или ворожбе. И враги не просто падали к его ногам — они буквально разлетались в стороны. Володар больше не подавлял страх — страха в нем не было. Напротив, чувство, переполнявшеке его разум, сердце, всю сущность, было ближе к восторгу, радости праздника. Он словно слился с самим Духом Боя, с сокровенной сутью Войны. В ужасе отшатнулись враги, когда одним ударом, занеся двумя руками меч над головой, Володар с криком: «Перун!» разрубил одного из вампиров от плеча до пояса…
Не уступал своему вождю и Вратибой. Но в его простом и мужественном сердце не было мистического опьянения битвы — только ненависть к захватчикам, удесятеряющая силы. Без доспех (при скрытной переправе их оставили на восточном берегу), без шлема, но с круглым щитом на манер галогаландского и с верным мечом Велебора, он истреблял врагов вокруг себя, ведя свой отряд и воинов «Волчьего Ордена» навстречу Володару.
Володар сам решил возглавлять переправу. Конечно, иные назвали бы это ноправданным риском… Но воины способны на многое, когда едва ли не обожествляемый ими вождь бьется бок о бок с ними, а не следит за битвой издали. Царь ждал. И ждали воины, готовясь подхватить лодки и устремиться к воде. Чтобы не встревожить врага раньше времени, они были довольно далеко от воды, и с противоположного берега увидеть их было практически невозможно.
Трижды на противоположной стороне крикнула сова. Володар первым вцепился в борт лодки:
— Время!
Как только могли быстрее, воины поволокли лодки к воде. Заслышав шум, лучники Хейда начали натягивать тетивы. И они совершенно не ожидали того, что произойдет потом…
… Потому что, как показалось им, со всех сторон и даже из-под воды с дикими воплями и ревом ненависти бросились на них полунагие воины. На самом деле отряд Вратибоя значительно уступал врагам числом, да и отсутствие доспех должно было сказаться — но у страха глаза велики. Немногих вампиров не хватило на то, чтобы организованно сопротивляться внезапной атаке. Часть лучников Хейда, вчерашние охотники-виллены, уже начала разбегаться!
Лодки закачались на водной глади, и в них начали прыгать воины. Володар, по-прежнему рискуя собой, во весь рост поднялся на носу и обнажил клинок. Его примеру последовали на всех прочих лодках, чтобы сразу по приближении к вражескому берегу броситься в сечу. Царь ариев успел заметить, что одной из лодок стоит Морра Линдхольм с боевой секирой. Ее викинги, привычные к высадкам с боем, должны были сыграть теперь важную роль.
С противоположного берега полетели стрелы — но оттуда же слышался лязг оружия и крики сражающихся. Воины Хейда ничего не понимали — скрывавшиеся среди них люди «Волчьего Ордена» сбросили маску и присоединились к ариям. Чудские лучники не промахивались даже в полной темноте, изредка озаряемой факелами.
Факелы загорелись и на плывущих лодках, и с них также принялись отвечать лучникам Хейда. Война, к несчастью, есть война — время от времени пораженные стрелами люди падали за борт. В щит Володара тоже то и дело втыкались стрелы. Но он подавлял в себе желание пригнуться — Вождь должен быть примером для своих людей. Как медленно приближается земля!
С берега навстречу лодкам нацелились копья, по счастью — не сплошным рядом. Володар принял одно из них на щит и прыгнул вперед, нанося удар:
— За Русколань!
Его примеру последовали простые воины и бояре. Рать Хейда оказалась зажата на прибрежной полосе с двух сторон. Самым разумным выходом для нее было бы пробиться сквозь поредевший отряд Вратибоя и предупредить другие отряды… но людей охватила паника, а командовавшие ими вампиры боялись наказания за самовольное отступление. Да и командовать в этой бойне было невозможно.
А Володар был в самом сердце битвы. О, если бы он только мог видеть себя со стороны! Больше всего царь ариев теперь напоминал своих далеких предков-полуварваров, созидателей могущества его народа. Глаза Володара горели холодным металлическим блеском. Ему не требовалось даже задумываться о том, как наносить удары — руки все делали сами. Никогда еще меч царя не мелькал так быстро, не выписывал невероятные дуги, обрушиваясь на врага, и каждая из них плавно переходила в следующую, словно он не сражался, а творил нечто сродни танцу или ворожбе. И враги не просто падали к его ногам — они буквально разлетались в стороны. Володар больше не подавлял страх — страха в нем не было. Напротив, чувство, переполнявшеке его разум, сердце, всю сущность, было ближе к восторгу, радости праздника. Он словно слился с самим Духом Боя, с сокровенной сутью Войны. В ужасе отшатнулись враги, когда одним ударом, занеся двумя руками меч над головой, Володар с криком: «Перун!» разрубил одного из вампиров от плеча до пояса…
Не уступал своему вождю и Вратибой. Но в его простом и мужественном сердце не было мистического опьянения битвы — только ненависть к захватчикам, удесятеряющая силы. Без доспех (при скрытной переправе их оставили на восточном берегу), без шлема, но с круглым щитом на манер галогаландского и с верным мечом Велебора, он истреблял врагов вокруг себя, ведя свой отряд и воинов «Волчьего Ордена» навстречу Володару.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 41 из 52
