Кабаноголовый

— Удалось, — сказал я, подходя к столу и укладывая на него стопку перевязанных бумаг, — вчера вечером я наткнулся на протокол допроса местной бакалейщицы…

— А, миссис Элис Нейтан, знаю. Да, она стала очевидицей нападения этого ужасного маньяка, бедная женщина, с тех пор боится выйти из своего дома. Что же вас в ней заинтересовало, мистер Прескотт?

— В протоколе написано, что её дом стоит почти на самой окраине города. Скажите, мистер Стаут, а нет ли в окрестностях её жилища каких-нибудь густых лесов, холмов или просто наваленных груд камней? («печальный опыт научил меня в первую очередь обращать внимание именно на них»).

— Есть, конечно есть, — энергично произнёс инспектор, вставая из-за своего стола, — в полумиле от дома миссис Нейтан — довольно высокий холм. Неужели вы хотите мне сказать, что…

— Нам срочно надо обследовать это место. Как далеко от нас дом миссис Элис?

— В пятнадцати минутах ходьбы, подождите меня внизу, мистер Прескотт, я договорюсь чтобы нам выделили человека в качестве подстраховки.

Дом миссис Нейтан действительно располагался почти на самом отшибе, у выезда из города, где дорога делает небольшой разворот, и, обогнув невысокий холм, устремляется дальше на юг, к Дувру. Почти со всех сторон одиноко стоящую у дороги усадьбу окружали дикие поля, тянущиеся так далеко, что лишь присмотревшись можно было разглядеть в отдалении едва заметную золотую полоску леса.

— Осень берёт своё, — сказал инспектор Стаут, проследив за моим взглядом, — а вон и тот холм, о котором я вам говорил. В своё время местная детвора очень любила там играть, всякий раз теребя нервы своих родителей, малолетние Томы Сойеры, чёрт бы их взял.

Холм оказался куда больше чем я представлял. Кривой и пологий, он был весь усажен кустарником, листья которого пожелтели но ещё не успели опасть и только вершина его не была затронута бурной растительностью, производя впечатление одинокой осаждённой крепости.

— Мне надо поговорить с миссис Нейтан. — сказал я, переводя взгляд на дом. — Мне нужны новые подробности.

— Боюсь, что ничего нового вы от неё не услышите, — глубоко вздохнув, ответил инспектор, — впрочем, если так хотите, то пойдёмте.

Втроём мы пересекли небольшой двор и полицейский, который был с нами, постучал в дверь тяжёлым медным кольцом с полустёртым изображением львиной морды. Прошло не меньше двух минут, прежде чем щёлкнула щеколда, и дверь медленно приоткрылась. В проёме показался силуэт невысокой немолодой женщины, на вид ей было не меньше шестидесяти лет. Длинные седые волосы собраны в косу, морщинистое лицо осунулось и потускнело.

— Добрый день, миссис Нейтан, — приветливо обратился к ней инспектор, — Прошу прощение за столь дерзкое вторжение, но моему другу необходимо поговорить с вами насчёт недавних событий, которые произошли в ваших владениях. Он сам из столицы, частный детектив, поэтому рассказанное вами может послужить делу ареста виновного в ужасных убийствах, произошедших в нашем городе.

Старая бакалейщица перевела свой взгляд на меня. На секунду мне показалось, что в её глазах промелькнула неуверенность, но увидев среди нас сержанта полиции, она едва заметно улыбнулась и распахнула дверь. Мы прошли за ней в просторную гостиную, освещённую ярким светом полуденного солнца, льющегося сразу из трёх окон. Сама комната была обставлена довольно скромно, но это нисколько не создавало никакого неприятного ощущения, а лишь невольно заставляло с умилением оглядываться, созерцая блаженную простоту вкупе с домашним уютом.

— У вас тут очень мило, — сказал я, в который раз пробегаясь глазами по комнате, — сразу видно хорошую хозяйку.

— О, благодарю вас. — с улыбкой ответила мне миссис Нейтан, проходя к окну, у которого стояло невысокое плетёное кресло. — Простите меня, но я совсем забыла справиться о том, как мне вас величать…

— Зовите меня просто Прескотт, — ответил я тоже с вежливой улыбкой, — а теперь не могли бы вы ответить на пару моих вопросов?

— Конечно, сэр, почту за честь оказать посильную помощь расследованию. — сказала старая бакалейщица и жестом предложила нам присесть.

— Что ж, — сказал я, когда все мы расселись, доставая блокнот, — не могли бы вы ещё раз подробно рассказать мне, что же произошло в тот день?

— Разумеется, мистер Прескотт. Это произошло где-то в третьем часу. Я сидела у окна на этом самом месте и занималась вязанием, когда неожиданно услышала доносящиеся снаружи дикие крики, и…

Дальнейший рассказ миссис Нейтан практически в точности повторял рассказанное ей при первом допросе, однако в этот раз она, видимо, решила добавить пару деталей, которые, по её словам, показались ей тогда не заслуживающими особого внимания.