Кадавры

Оказалось, что Блинов не такой уж молчун, как можно было вначале подумать. Они быстро нашли общий язык с Медведом и большую часть пути упражнялись в уже привычном Зимину и Власову словоблудии. Похоже, теперь в их маленьком отряде было два трепача и пошляка. Что ж, это лучше, чем когда рядом серьезный и рассудительный умник, способный в дальнейшем претендовать на лидерство. Такого безобразия Зимин бы уж точно не потерпел. А так, пусть треплются.

Пока они корячились по «ракоходу», Блинов затравил пару баек про мертвяков, которые слышал от отца, чем немного скрасил самую неприятную часть пути. То, что у надзирателей имелись свои, так сказать профессиональные, способы развлечения, не было ни для кого секретом. Вот только Зимину, в отличие от Медведа, не особо понравилось слушать про то, как «отважные» надзиратели бились на импровизированном ринге с мертвяками в ошейниках или про то, как стравливали зомби между собой, а уж последняя история про зомби-лесбиянок и вовсе вызвала омерзение. Но Медвед был в восторге.

— Слушай, Ник, — спрашивал Блинов, когда они вышли в сухой коллектор, — а правда, что ты зомбячку ножкой от пианино оприходовал?

— Не от пианино, а от рояля, — с апломбом знатока искусств поправил Медвед. — Да, было дело…

Медвед, вопреки своему характеру, не стал вдаваться в подробности, и несколько минут они шли в тишине.

Наконец Зимин решил расспросить Блинова о том, что вот уже несколько дней волновало его и ребят. Остановившись, он повернулся к идущим за ним Медведу с Блиновым (Власов немного приотстал, чтобы отлить, и теперь догонял остальных).

— Скажи-ка Ваня, а отец что-нибудь рассказывал тебе о диких зомби с автоматами?

— Шутишь? — уставился на него Блинов.

— Что, и Саня ничего не говорил?

— Не говорил, — ответил сам Саня, подойдя к друзьям. — Я не трепло, чтобы сливать то, о чем договорились помалкивать.

— Извини, дружище, — примирительно улыбнулся ему Зимин. — Просто вы вроде с Иваном давно корешитесь… Медвед бы мне про такое обязательно выложил… — он подмигнул Медведу.

— Э… — затянул было тот, но Зимин не дал сказать:

— Не потому, что трепло, а потому, что кореш, как родной, почти.

— Не, — покачал головой Блинов, — Саня меня за такого кореша не держит… — он беззлобно усмехнулся, взглянув на Власова. — А что за зомби с автоматами?

Зимин коротко пересказал ему историю последнего похода за периметр.

— Охренеть! — присвистнув, только и сказал Блинов, когда Серж закончил описанием кладовой с припасами в уютном гнездышке мертвецов. Потом, помолчав, расстегнул куртку и со словами: — Значит не зря взял… — достал из внутреннего кармана пистолет. — Вот… — показал он опешившим друзьям короткий цилиндр с рукоятью из черного пластика, — электрический шокер. Бьет на два метра шаровой молнией…

Зимин, скрывая удивление, молча протянул руку, и парень, ни секунды не медля, просто передал ему оружие.

— У отца одолжил? — спросил Серж, рассматривая миниатюрный, похожий на игрушку пистолетик.

— У него, — спокойно сказал Блинов. — С этим порядок, проблем не будет. Это подарок бати… Смотри… вот тут… — (он показал пальцем где) — можно регулировать силу разряда… Если на полной мощности, хватит на пять раз шмальнуть… Но для живых это сразу смерть, минуя стадию зомби… мозги сварятся, если в башку…

— Хороший подарок, — с одобрением покивал Серж, возвращая оружие Блинову. — У меня тоже есть кое-что… — он немного задрал куртку, продемонстрировав заткнутый за ремень пистолет (из вороненой стали, а не из пластика), который незаметно забрал из укромного места, пока они шли через «ракоход».

— Настоящий? — с опаской поинтересовался крепыш. Сержу на мгновение показалось, что тот испугался, но быстро взял себя в руки.

— Конечно. «Парабеллум два ноль пять ноль», калибр девять миллиметров. Трофейный. Это из него мне та дохлая мамаша чуть мозги не вынесла.

— Серьезная штука…

— Конечно, серьезная, — подтвердил Зимин, улыбнувшись одними уголками рта. Вышло немного надменно. — На случай, если снова попадутся вооруженные мертвяки… или если их окажется слишком много. — Или если ты вздумаешь чего выкинуть со своим шокером, — добавил он про себя.

Пройдя около километра по сухому коллектору, ребята поднялись на поверхность через ствол колодца. Наверху была заставленная ржавыми машинами второстепенная улица, двумя кварталами южнее упиравшаяся в оплетенную колючей проволокой пятиметровую бетонную стену периметра. Люк, через который они выбрались, удобно располагался на проезжей части, между двумя навсегда остановившимися троллейбусами — двухсекционными «гармошками» со спущенными колесами и выбитыми окнами — и был прикрыт дверью от легковушки.

Осмотревшись, ребята двинулись в сторону ближайшего перекрестка, до которого было около сотни метров. Там, на пересечении двух улиц, на втором этаже одного из угловых зданий, в бывшем офисе какой-то фирмы и была их «база».