Кадрить боевого офицера без его согласия не рекомендуется

— Ни на что другое мы, в общем, не рассчитывали, мэм, — он склонил голову и легонько ухмыльнулся. — А еще это называется «структуризация времени». В такой ситуации нас уж точно ни на какие блядки не потянет, с гарантией. Я понимаю ваши опасения на наш счет, и у меня нет способов их развеять… просто — мы оба очень хотим быть рядом с вашим доком. И диплом за полгода — это вдвое меньше, чем мы готовы были заплатить. Так что — спасибо, я очень это ценю.

— Капитан говорит, что у нас по выходу из гипера будет недельная стоянка на «Споке», типа полгода назад там было неплохо. Так что бери наших стреляных-резаных, док, и вали с ними на пляжиках поваляться, — командир десантуры потер висок, потом вздохнул. — Я б тоже туда отскочил, но кто-то должен и тут торчать, так что вали отсюда, счастливчик, пока я не обзавидовался нафиг.

«Спок». Орбитальная станция Нимойи. Сат понял, что за кучей навалившейся работы совершенно перестал ориентироваться, где двигается их крейсер — как же так? Они же сюда должны были попасть только через год?

Он с трудом поднялся — приходилось опираться на костыли, на прыжке переломало ноги, и спасибо, что не спину. И ходил он медленно — успев все передумать по дороге. Неужели Сара решила их не брать? И что ж делать…

Сат хромал, осторожно пристраивая правую, особенно пострадавшую ногу, ничего вокруг не замечая. Парни… он помнил о них — и не помнил. Длинная тяжелая высадка, два десятка прыжков, едва ушел от плена на сломанных ногах: чистые счастливые улыбчивые парни были так далеко, как память о свете в долгой темноте.

… и для него оказалось полной неожиданностью то, что они оба ждали его буквально в космопорту. Сперва он даже не понял, кто это так грамотно его взял в клещи, просто осознал, что справа и слева возникли какие-то люди… И то, что «люди» внезапно обняли и поцеловали, удержало его карающую трость (он решил на отдыхе все же обойтись одной ею).

— Парни… Мэл, Бэйс? Вы откуда, у вас же занятия?

— Бэйс, он нам не рад. Ты посмотри на этого привереду! — в противовес притворно обиженным словам, поддерживали его очень бережно и вели к такси, где и опустили на мягкое сиденье между собой. — Я закрыл сессию вчера, медик наш уже неделю как отстрелялся, так что когда услышали, что ваша доблестная космическая крепость прибывает, тусили тут с самого утра.

— Вы…

Сат рассматривал их растерянно — как забытые фотографии, когда вроде бы помнишь, вот эти лица, вот… но что-то не так.

— Эй, ты только не говори, что нам не рад, — голос Бэйса, лицо Бэйса, но…

Как будто с ними в такси сидели подменыши, и это мешало толком обрадоваться. Но зачем кому-то подменять любовников мелкого медицинского офицера?

— Да рад он, рад, просто не ждал, что мы тут… Поехали, Христофора Малого, потом по набережной до конца и к частному сектору, — адрес не изменился, но что-то было не так, не так, ведь чувствовалось же! Может, чуть более светлый загар? Но ведь у них сейчас зима же… так и должно быть. То ли двигались как-то иначе, то ли прически поменялись у обоих — нет, вроде бы… лица? Может, просто память шутки шутит?

Он крепко сжал им запястья, снова ощущая некую неправильность. Меньше волос, быть может? Кожа более гладкая?

— Парни, с вами все хорошо? — Сат почти шептал.

— Теперь уже все хорошо, — мурлыкнул Мэл, притягивая его голову к себе на плечо. — Упахались слегка, правда… но все-о-о, все сделали, все успели. Осталось только вещи собрать и квартирному хозяину сказать, что все, мол, остаток можно себе оставить в счет компенсации.

Тревога мешала Сату радоваться, и это слегка жгло где-то в груди. Ведь это его Бэйс же, натренированным движением санитара помогающий вылезти так, чтобы не оскорбить. Ведь это его Мэл, прижавшийся к руке, горячий, красивый, яркий…

— Пойдем, сюрприз продолжается, — Бэйс — или псевдоБэйс? — потискал его со спины.

— Хороший сюрприз… — он отчаянно пытался убедить себя, что это просто результат напряжения последних недель, кукушечка поехала маленько, ничего, отдохнет в компании своих парней, все будет на месте, а еще через полгода они будут окончательно его, целиком… — Я честно не ждал, парни… погоди, Мэл, — он вышел из такси, выпрямился и взял в ладони лицо блондина. — Ты что, силикон в губы накачал, что ли? Или меня глючит уже?

— Сейчас-сейчас, — Мэл глумливо хихикнул и потащил его вперед.

Нет, Сат пошел, разумеется. Что бы ни ждало его внутри дома, оно пожалеет.

Просто он напрягся при этом и явно был настроен уже не на игры, секс и отдых, а вполне себе на драку. Или хотя бы на очень серьезное объяснение, желательно быстро, четко и чтобы отвечающие стояли в зафиксированной позе…

Тот же адрес. Тот же дом. Даже чертов коврик у входа тот же самый, и — вот! Наконец он понял, в чем дело! Голоса стали на несколько тонов выше. Конечно, у него никогда не было музыкального слуха, но раньше у Бэйса был басок, неуверенный такой, юношеский… а сейчас — баритон. И для того, чтобы голос ломался, было уже поздновато.