Фандом: Ориджиналы. Нимойя — тихая, мирная курортная планета. Общепризнанный курорт. И парочка местных как-то решила закадрить боевого офицера… Ну, а в общем, и не зря.
119 мин, 30 сек 14236
Он устроился поудобнее и придержал Сата так, чтобы тот закинул ноги ему на талию — теперь оба брата имели доступ «к телу»… но Бэйс полагал себя в привилегированном положении. Именно с ним Сат теперь обнимался.
Не в силах больше терпеть, Бэйс резко загнал, чувствуя, как подаются эластичные, растянутые мышцы.
— Хорошая сучка, — прошептал он еле слышно.
Сат простонал что-то, и было явно, что ему уже не до каких-то деталей и подробностей — кажется, он уже не очень воспринимал происходящее, размолотый в пасту стрессом, кайфом и новыми ощущениями. Он просто держался за Бэйса, цеплялся за его плечи и тяжело дышал, подрагивая всем телом.
Мэл не двигался, но хватало и ровных, мерных толчков Бэйса. Жестко, неторопливо — он боялся спустить раньше времени и сдерживал себя, скользя в горячем и тесном, чувствуя любовников, шалея от этого — горячо, невероятно горячо.
Бэйс знал, что долго они втроем в этом хрупком равновесии не продержатся — да и собственные мышцы намекали ему, что не стоит так сильно полагаться на них в некоторых позах… но пока что это было восхитительно. Он один из них всех контролировал происходящее, и — боже, ему нравилось это. Он поддерживал Сата, и ощущал каждое движение, свое и партнеров. В какой-то момент он просто зарычал, ощущая подступающий финал, и сжал Сата изо всех сил, крепко-крепко. Укусил за горло, оставляя засос, и поддел бедрами, снова и снова погружаясь в тесную глубину вдоль члена Мэла.
Еще чуть-чуть — он уже чувствовал, как вздрагивает Сат, как он снова сжимается. Чуть-чуть, еще несколько секунд, продлить обоим — всем троим, на самом деле — сладкую пытку кайфом… и выплеснуться, стискивая влажные от пота тела любовников.
Сат аккуратно упал в сторону, чтобы не придавить Мэла, и распластался без движения, только судорожно дыша. Бэйс еще как-то мог оставаться на ногах, так что притащил ему салфеток, реген-геля — под пальцами и регенератором растраханное отверстие постепенно, в несколько судорожных рывков, сократилось, и Сат опять застонал в голос.
— Хорошо, — он едва говорил, уставший, возбужденный. — Хорошо-о…
Его поцеловали, молча, без каких-то слов, комментариев… Бэйс оценил состояние старшего медика и притащил ему еще и таблетку — обезболивающее реген-геля работало только местным способом, а наверняка еще разболелась спина и бог знает что еще.
— Как ты? — спросил он наконец, устраиваясь рядом.
— Все замечательно, — Сат повернулся и ткнулся ему в плечо. — Спасибо. Мне… полегчало, — он глухо хмыкнул.
— А меня поцеловать? — возмутился весело Мэл. — Бэйс, пинай его, чтоб ко мне тоже повернулся!
— Пинать потом. Сейчас реабилитировать, любить, гладить и давать отлежаться… — однако Бэйс перегнулся через кровать и сам поцеловал брата. — Скажи ему, что ты его простил, не сердишься, и вообще он самый дорогой, любимый, уникальный и единственный у нас двоих.
— Я и не обижался, — Мэл куснул его за плечо. — Ну, давай, повернись. Ты все круто сделал, а рука вообще как новая, и я еще ей банки открывать смогу!
— А сказать все равно скажи, ему надо, — Бэйс обнял «начальство» за плечи, снова притягивая к себе. — Сат, мы оба тебя любим, и… ох, я даже не знаю, что сказать. Ты нам нужен. Ты всем нужен.
— Главное, чтобы я вас не угробил, — Сат ткнулся ему в плечо. — В десанте же главное первые раз пять пережить, да вы не в десанте… раньше они не нападали на корабли, понимаете? Тем более тремя группами. Никогда.
— Ну, когда мы первый раз трахались, у нас тоже было это самое ощущение — очень опасно, и никогда раньше такого не было, — хмыкнул Мэл. — Забей. Мы достаточно взрослые, чтобы покупать бухло, служить в полиции и выносить себе мозги любым избранным средством, с полной ответственностью и прочим. Мы выбрали тебя в полном сознании и при памяти, так что… — он развел руками и закинул одну за голову Сата. — Ты нас не угробишь. И вообще, даже если случится так, что кто-то ебнется и потеряет голову — я не себя имею ввиду, и не смотри на меня так, Бэбэ! — так вот, даже в этом случае это будет личный выбор, а не твоя вина. Понял?
Сат повернулся, и с чувством, глубоко, медленно его поцеловал.
Не в силах больше терпеть, Бэйс резко загнал, чувствуя, как подаются эластичные, растянутые мышцы.
— Хорошая сучка, — прошептал он еле слышно.
Сат простонал что-то, и было явно, что ему уже не до каких-то деталей и подробностей — кажется, он уже не очень воспринимал происходящее, размолотый в пасту стрессом, кайфом и новыми ощущениями. Он просто держался за Бэйса, цеплялся за его плечи и тяжело дышал, подрагивая всем телом.
Мэл не двигался, но хватало и ровных, мерных толчков Бэйса. Жестко, неторопливо — он боялся спустить раньше времени и сдерживал себя, скользя в горячем и тесном, чувствуя любовников, шалея от этого — горячо, невероятно горячо.
Бэйс знал, что долго они втроем в этом хрупком равновесии не продержатся — да и собственные мышцы намекали ему, что не стоит так сильно полагаться на них в некоторых позах… но пока что это было восхитительно. Он один из них всех контролировал происходящее, и — боже, ему нравилось это. Он поддерживал Сата, и ощущал каждое движение, свое и партнеров. В какой-то момент он просто зарычал, ощущая подступающий финал, и сжал Сата изо всех сил, крепко-крепко. Укусил за горло, оставляя засос, и поддел бедрами, снова и снова погружаясь в тесную глубину вдоль члена Мэла.
Еще чуть-чуть — он уже чувствовал, как вздрагивает Сат, как он снова сжимается. Чуть-чуть, еще несколько секунд, продлить обоим — всем троим, на самом деле — сладкую пытку кайфом… и выплеснуться, стискивая влажные от пота тела любовников.
Сат аккуратно упал в сторону, чтобы не придавить Мэла, и распластался без движения, только судорожно дыша. Бэйс еще как-то мог оставаться на ногах, так что притащил ему салфеток, реген-геля — под пальцами и регенератором растраханное отверстие постепенно, в несколько судорожных рывков, сократилось, и Сат опять застонал в голос.
— Хорошо, — он едва говорил, уставший, возбужденный. — Хорошо-о…
Его поцеловали, молча, без каких-то слов, комментариев… Бэйс оценил состояние старшего медика и притащил ему еще и таблетку — обезболивающее реген-геля работало только местным способом, а наверняка еще разболелась спина и бог знает что еще.
— Как ты? — спросил он наконец, устраиваясь рядом.
— Все замечательно, — Сат повернулся и ткнулся ему в плечо. — Спасибо. Мне… полегчало, — он глухо хмыкнул.
— А меня поцеловать? — возмутился весело Мэл. — Бэйс, пинай его, чтоб ко мне тоже повернулся!
— Пинать потом. Сейчас реабилитировать, любить, гладить и давать отлежаться… — однако Бэйс перегнулся через кровать и сам поцеловал брата. — Скажи ему, что ты его простил, не сердишься, и вообще он самый дорогой, любимый, уникальный и единственный у нас двоих.
— Я и не обижался, — Мэл куснул его за плечо. — Ну, давай, повернись. Ты все круто сделал, а рука вообще как новая, и я еще ей банки открывать смогу!
— А сказать все равно скажи, ему надо, — Бэйс обнял «начальство» за плечи, снова притягивая к себе. — Сат, мы оба тебя любим, и… ох, я даже не знаю, что сказать. Ты нам нужен. Ты всем нужен.
— Главное, чтобы я вас не угробил, — Сат ткнулся ему в плечо. — В десанте же главное первые раз пять пережить, да вы не в десанте… раньше они не нападали на корабли, понимаете? Тем более тремя группами. Никогда.
— Ну, когда мы первый раз трахались, у нас тоже было это самое ощущение — очень опасно, и никогда раньше такого не было, — хмыкнул Мэл. — Забей. Мы достаточно взрослые, чтобы покупать бухло, служить в полиции и выносить себе мозги любым избранным средством, с полной ответственностью и прочим. Мы выбрали тебя в полном сознании и при памяти, так что… — он развел руками и закинул одну за голову Сата. — Ты нас не угробишь. И вообще, даже если случится так, что кто-то ебнется и потеряет голову — я не себя имею ввиду, и не смотри на меня так, Бэбэ! — так вот, даже в этом случае это будет личный выбор, а не твоя вина. Понял?
Сат повернулся, и с чувством, глубоко, медленно его поцеловал.
Страница 32 из 32
