Кадрить боевого офицера без его согласия не рекомендуется

Хотя он даже не касался собственного члена, он был на грани, почти готов спустить только от этого чувства, когда вокруг так туго сжималось, и все-таки пропускало, и снова, и снова…

Мэл судорожно выплеснулся, вскрикнув, и резко дернул голову Сата наверх, заливая ему лицо, грудь.

— Отлично выглядишь, — у него сел голос до самого угрожающего тембра. — Покажись Бэйсу, тебе идут эти потеки.

— Потом. Уверен, он смотрится шикарно… не хуже, чем когда ты трахал его в глотку. Все-таки надо будет ему сделать пирсинг сосков, и, может быть, члена. Чтобы всякий раз, когда будешь дрочить… думал о нас, — Бэйс задумчиво мурлыкал это, а сам плавно подводил процесс к тому, чтобы в тело Сата входила вся его ладонь по запястье.

Мэл приподнялся, и заставил Сата опуститься еще ниже.

— Полижи теперь, — он возбужденно вздрогнул, наконец-то рассмотрев, что делает Бэйс. — Ох-х, брат, давай, загони ему! А потом выдерем вдвоем, как он заслуживает.

— М-м-м, погоди… мне нравится, как эта дрянь стонет. И да, в два хера ему засадить, когда он будет еще… ах-х-х… да-а-а… знаешь, а я ведь могу сжать руку у него внутри. Хочешь? Ты хочешь этого, Сат, сучка? — Мэл видел безумные глазищи Сата, и точно мог сказать: хочет. Еще как хочет.

— Отвечай, — Мэл заставил его чуть-чуть приподняться, погладил по щеке и облизнул пальцы от собственной спермы.

Голос Сата скорее напоминал судорожный скрежет, уходящий в свист, когда внутрь его судорожно сжатого тела проходила рука, по самое запястье:

— Х-хочу, — он прикусил губу, и добавил неслышно: — Прошу-у…

Собственно, Бэйс и сам от этого всего завелся до предела и счел, что такое в принципе возможно. Что это не будет… чересчур. Распаленный и нуждающийся в этом Сат просто заставлял его потерять голову — и все же глубоко внутри было ощущение, что все правильно. Что даже такое сейчас — правильно.

— Ну что ж, тогда держись, сучка, — вкрадчиво прошептал он. — Сейчас я порву тебе твой прелестный зад. Ку-ла-ком, — он действительно начал сжимать пальцыи добавил еще смазки — в принципе, запястье не было пределом, и при всей тесноте можно было добавить еще чуть-чуть давления. Еще… чуть-чуть. — Сними ему кольцо с члена, Мэл. Нет, другой рукой. Пусть кончит тебе в металл.

Сат отчаянно застонал и сам подался на кулак, насаживаясь резко, болезненно, будто наказывая себя за что-то, но Бэйс заставил его остановиться и потянул руку из тугого, мокрого, очень медленно, чтобы момент выскальзывания кулака совпал с мгновением, когда кольцо разомкнется. Еще чуть-чуть, еще… Мэл так же медленно двигал металлической рукой по жесткому, перенапряженному члену, живой поглаживая под мошонкой.

Вероятно, сейчас Сат ощущал, что его разрывает изнутри чисто физически — нечто громадное. Бэйс подумал, что возможно (только возможно!) когда-нибудь сам попросит сделать с ним такое. Может быть. Не сейчас однозначно.

— Мокрая… похотливая… дырка, — мягко проговорил он и снова толкнул кулак в тело любовника, заставляя того заорать от острого, невыносимого кайфа пополам с болью.

Он любил этот крик: восторженный, приглушенный от счастья, уходящий в стон, в какое-то животное поскуливание, и теперь двигал снова и снова, то выходя, то погружаясь, то раскрывая ладонь.

— Страдай, — проговорил он негромко, еле слышно из-за криков самого Сата; в то же время он знал, что оба любовника его слышат. — Страдай, и получай свое наказание за все… Твоя боль будет тебе уроком, и когда мы оба кончим в тебя, ты будешь прощен. Мэл, тебе не предлагаю пока его вздрючить в той же манере… но, кажется, это действует лучше, чем порка.

— Хочу сам его, — пробормотал Мэл чуть невнятно.

— Ха-а… ты — на спине и никак иначе, имей в виду, — тут же сориентировался Бэйс. — У тебя слишком мало восстановилось крови для каких-то других вариантов, — он провел свободной рукой по запястью искусственной руки Мэла и ухмыльнулся. — Что, подключилась-таки чувствительность? А я говорил, что на этих моделях она не сразу, но обязательно… — он замолчал и снова чуть повращал запястьем второй руки, слушая всхлипы и стоны Сата. — Хочу его с тобой вдвоем, вот ведь. Мне кажется, сейчас яйца взорвутся, если я ему не присуну.

Отверстие уже почти сомкнулось, но все равно было таким скользким, красным, натертым… Мэл решительно лег и затащил Сата на себя, пользуясь больше искусственной рукой.

— Пусть он теперь смотрит на тебя, — предложил он хищно.

Бэйс вытер руку полотенцем, и закончив, расстегнул брюки. Снимать одежду он не стал, предпочитая всего лишь извлечь член. Сат был как пьяный — послушный, обмякший, двигающийся по чужой воле… Бэйс заставил его поднять головуи поцеловал — глубоко. Жестко. Он фактически ощущал вкус Мэла во рту, и, пожалуй, это возбуждало.

Беззащитная поза, не вспрыгнуть, не вывернуться — Сат спиной вперед оседлал бедра Мэла, и откинулся назад, запрокинулся.

— Он все еще ебать какой тесный, — жадно поделился Мэл.

— Именно это и будем делать, дружище, — хищно усмехнулся Бэйс. — Именно это.