Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Саймон Иллиан вступает в должность шефа Имперской СБ, но вместе с должностью получает от предшественника непростое наследство. Это проблемы, враги и сотрудники. И одно иногда сложно отличить от другого.
220 мин, 41 сек 17325
— Ну да. И я тебе скажу, эротический интерес у нас с тобой самый что ни на есть взаимный. Разве нет? Говоря честно, и положа тебе руку на задницу… то есть, пардон, на сердце.
Иллиан прижался щекой к чужому затылку, к жестким, коротко постриженным волосам, и очень мягко добавил:
— Кстати, руку оттуда убрал бы.
— Не вопрос, — ладонь Стефаниса прошлась по боку и плечу, безошибочно ласкающим движением. — Но ты в эти самые руки отлично идешь.
— … А ты их не распускаешь. И это не вопрос, а приказ. Негоже клеить своего командира как доступную девицу.
— Тебе решать, шеф, — однако ладонь не прекращала своего мягкого, настойчивого блуждания под футболкой, имевшего явной целью заставить Иллиана замурлыкать и подставить для почесывания спину. — Я хочу не дразнить тебя и не злить, а, наоборот, сделать так, чтобы тебе было со мной удобно и приятно. Вообще-то, по всем правилам инициатива должна быть за тобой, и я ничуть не против, чтобы это ты меня щупал. Но только не сегодня. Сегодня тебе надо засыпать, поэтому расслабься, мы пообнимаемся чуток, и баиньки, ну а если я тебе приснюсь в интересном виде…
Иллиан невольно улыбнулся:
— Много чести. Вообще-то, я почти не вижу снов — а исключение составляют скорее кошмарные.
— Бедняга, — Стефанис наклонился ближе к нему, и Иллиан подумал, что тот хочет что-то добавить с особо близкого расстояния, но жаркое дыхание и долгое вдумчивое прикосновение губ к шее под ухом и ниже едва не заставили его ахнуть. И все же выгнуться, потянувшись всем телом, было бы естественно, зато совершенно неуместно, а, главное, послужило бы для Стефаниса прямым приглашением «заваливать можно, вперед!». Так что он всего лишь двинул сержанта локтем в бок: так, не слишком сильно, предупреждающе.
Стефанис вздохнул и чуть отстранился.
— Ладно, надеяться на эротические сновидения не приходится. Попробуем обойтись приятными разговорами. Расскажи, кто тебе нравится? Ну, не считая Форкосигана?
— Форкосиган? — удивился Иллиан вполне искренне. — А кому он не нравится? Это уже как-то не патриотично даже, да и, с его харизмой, маловероятно. Но таких, как он, больше не найдется, поэтому брать его за базу для сравнения бессмысленно.
— Иллиа-ан, — мурлыкнул ему Стефанис чуть не в самое ухо. — Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я. Ты к нему неровно дышишь… Он не станет ревновать?
Иллиан аж приподнялся от неожиданности. И в потрясении от неуместной осведомленности сержанта относительно вещей, бывших давно, недолго и вообще похороненных в секретных рапортах тогдашнего лейтенанта СБ.
— Какого черта ты про Эйрела так говоришь, словно мы с ним спим? Он женат, и ему бы такое заявление очень не понравилось.
— Не спите, так спали… Про это все говорили… эй, не дерись! — от очередного тычка локтем он увернулся.
— Ты знаешь, кто распускал эти слухи, — поморщился Иллиан. — У Джеса Форратьера был чересчур длинный и весьма грязный язык.
— Я в курсе. Как ты думаешь, чьим делом было ставить информблокаду после вашего возвращения с Эскобара? Негри передал все данные мне. Значит, говоришь, не спали? А вот я — спал.
И сверкнул глазами почти победоносно. Мол, знай наших.
Ну вот, подумал Иллиан устало, только этого еще не хватало. Он бы превосходно обошелся без подробностей относительно личной жизни Эйрела с участием одного вездесущего типа. Следовало осадить его, заявить, что сплетничать насчет регента даже в постели и даже с шефом СБ не слишком уместно, но его уже охватывала пассивность первой дремоты. Он только неодобрительно покачал головой.
— Поверил? — Стефанис необидно рассмеялся. — Ага, спали. Вместе. В ходе общего запоя на одном диване. Не буду врать, не без непристойных намерений в начале, но очень быстро мы поняли, что у нас друг на друга не стоит. Похожие мы с ним слишком, не прими за манию величия. Эйрел меня совершенно не привлекает, не то, что ты.
— Ты бы придержал язык насчет милорда регента, — все же попросил Иллиан.
— Язык — пожалуйста, если не попросишь еще и руки придержать, — руки, эти наглые и чересчур хорошо знающие свое дело руки гладили его по спине и плечам, пощипывали, ласкали; хотелось постанывать и льнуть к ним, чего, разумеется, делать было нельзя. — Нет, ты определенно лучше, вот, гладкий какой. И не драчливый. Вот у Эйрела рука тяжелая, не дай бог снова.
— Ты… с ним не в ладах? — вопрос не праздный, хотя, наверное, после того, как Форкосиган лично направил Стефаниса ему в помощники, несколько неожиданный.
Иллиан прижался щекой к чужому затылку, к жестким, коротко постриженным волосам, и очень мягко добавил:
— Кстати, руку оттуда убрал бы.
— Не вопрос, — ладонь Стефаниса прошлась по боку и плечу, безошибочно ласкающим движением. — Но ты в эти самые руки отлично идешь.
— … А ты их не распускаешь. И это не вопрос, а приказ. Негоже клеить своего командира как доступную девицу.
— Тебе решать, шеф, — однако ладонь не прекращала своего мягкого, настойчивого блуждания под футболкой, имевшего явной целью заставить Иллиана замурлыкать и подставить для почесывания спину. — Я хочу не дразнить тебя и не злить, а, наоборот, сделать так, чтобы тебе было со мной удобно и приятно. Вообще-то, по всем правилам инициатива должна быть за тобой, и я ничуть не против, чтобы это ты меня щупал. Но только не сегодня. Сегодня тебе надо засыпать, поэтому расслабься, мы пообнимаемся чуток, и баиньки, ну а если я тебе приснюсь в интересном виде…
Иллиан невольно улыбнулся:
— Много чести. Вообще-то, я почти не вижу снов — а исключение составляют скорее кошмарные.
— Бедняга, — Стефанис наклонился ближе к нему, и Иллиан подумал, что тот хочет что-то добавить с особо близкого расстояния, но жаркое дыхание и долгое вдумчивое прикосновение губ к шее под ухом и ниже едва не заставили его ахнуть. И все же выгнуться, потянувшись всем телом, было бы естественно, зато совершенно неуместно, а, главное, послужило бы для Стефаниса прямым приглашением «заваливать можно, вперед!». Так что он всего лишь двинул сержанта локтем в бок: так, не слишком сильно, предупреждающе.
Стефанис вздохнул и чуть отстранился.
— Ладно, надеяться на эротические сновидения не приходится. Попробуем обойтись приятными разговорами. Расскажи, кто тебе нравится? Ну, не считая Форкосигана?
— Форкосиган? — удивился Иллиан вполне искренне. — А кому он не нравится? Это уже как-то не патриотично даже, да и, с его харизмой, маловероятно. Но таких, как он, больше не найдется, поэтому брать его за базу для сравнения бессмысленно.
— Иллиа-ан, — мурлыкнул ему Стефанис чуть не в самое ухо. — Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я. Ты к нему неровно дышишь… Он не станет ревновать?
Иллиан аж приподнялся от неожиданности. И в потрясении от неуместной осведомленности сержанта относительно вещей, бывших давно, недолго и вообще похороненных в секретных рапортах тогдашнего лейтенанта СБ.
— Какого черта ты про Эйрела так говоришь, словно мы с ним спим? Он женат, и ему бы такое заявление очень не понравилось.
— Не спите, так спали… Про это все говорили… эй, не дерись! — от очередного тычка локтем он увернулся.
— Ты знаешь, кто распускал эти слухи, — поморщился Иллиан. — У Джеса Форратьера был чересчур длинный и весьма грязный язык.
— Я в курсе. Как ты думаешь, чьим делом было ставить информблокаду после вашего возвращения с Эскобара? Негри передал все данные мне. Значит, говоришь, не спали? А вот я — спал.
И сверкнул глазами почти победоносно. Мол, знай наших.
Ну вот, подумал Иллиан устало, только этого еще не хватало. Он бы превосходно обошелся без подробностей относительно личной жизни Эйрела с участием одного вездесущего типа. Следовало осадить его, заявить, что сплетничать насчет регента даже в постели и даже с шефом СБ не слишком уместно, но его уже охватывала пассивность первой дремоты. Он только неодобрительно покачал головой.
— Поверил? — Стефанис необидно рассмеялся. — Ага, спали. Вместе. В ходе общего запоя на одном диване. Не буду врать, не без непристойных намерений в начале, но очень быстро мы поняли, что у нас друг на друга не стоит. Похожие мы с ним слишком, не прими за манию величия. Эйрел меня совершенно не привлекает, не то, что ты.
— Ты бы придержал язык насчет милорда регента, — все же попросил Иллиан.
— Язык — пожалуйста, если не попросишь еще и руки придержать, — руки, эти наглые и чересчур хорошо знающие свое дело руки гладили его по спине и плечам, пощипывали, ласкали; хотелось постанывать и льнуть к ним, чего, разумеется, делать было нельзя. — Нет, ты определенно лучше, вот, гладкий какой. И не драчливый. Вот у Эйрела рука тяжелая, не дай бог снова.
— Ты… с ним не в ладах? — вопрос не праздный, хотя, наверное, после того, как Форкосиган лично направил Стефаниса ему в помощники, несколько неожиданный.
Страница 24 из 64
