Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Саймон Иллиан вступает в должность шефа Имперской СБ, но вместе с должностью получает от предшественника непростое наследство. Это проблемы, враги и сотрудники. И одно иногда сложно отличить от другого.
220 мин, 41 сек 17323
Иллиан лег рядом, не отстраняясь, не выстраивая никаких барьеров — ни в мыслях, ни физически, напряженным корсетом мышц. Черт его знает, что думает про двусмысленность этой ситуации Стефанис и замечает ли ее вообще, но сам-то Иллиан — взрослый человек и к самообману не склонен. Да и трудно обманывать себя, если каждый миг твоей жизни подкреплен безжалостным документальным свидетельством чипа. Так вот, Стефанис ему нравится. Ага, физически. Сексуально. Показывать это не обязательно, но знать нужно непременно.
— Я заказываю музыку? Прекрасно. Тогда можешь интимно нашептать мне на ухо, зачем лично тебе весь этот цирк. Про знакомство и доверие ты мне уже рассказывал, но то, что происходит — малость вылезает за грань разумного.
— Хочется? — предложил Стефанис свой вариант.
Теплый бок рядом непривычно грел, однако ощущение было скорее умиротворяющим, чем тревожащим. Стефанис уверенно потянул его за запястье, пристраиваясь затылком на его откинутой руке и придерживая Иллиана за бедро так, чтобы он не сполз с дивана. Можно было бы пресечь этот неуместный жест, но спокойней — оставить все, как есть. Телячьими нежностями все это было, вот что, но не давай происходящему ярлыков — и оно покажется почти в порядке вещей.
— В такой позе «хочется» обозначает вполне конкретные вещи, — сказал он мягко. — Ты рассчитываешь на секс или провоцируешь меня на подобный вывод? Давай говорить как взрослые мужики, а то бери отдельный спальный мешок, застегивайся и спи.
— Я не говорил про секс, — усмехнулся сержант, но руки не убрал и даже чуть шевельнул пальцами, точно незаметно погладил. — Еще и не начинал. Знаешь, что мне в тебе нравится? Ты очень и очень любопытный тип, Иллиан. Есть в тебе что-то эдакое. То ли характер, то ли чип. И мне начинает казаться, что оно сгодится для шефа СБ, — он тихо засмеялся.
— Но этого не выясняют в постели.
В постели надо делать совсем другое, но тут одна тонкость: Стефанис — его подчиненный, и даже если в голову тебе придет игривая мысль, это «другое» зовется неуставными отношениями.«Ограничься невинным лежанием бок-о-бок, капитан».
— А где выяснять, если не тут? — Стефанис перешел на доверительный полушепот. — И когда? Ты все время занят. Вот разве ночью можно с тобой пообщаться, да и то недолго. В постели ты меня вполне устраиваешь. Ведь спали уже вместе, и мир не рухнул.
— И ты готов из одного желания познакомиться терпеть стянутое одеяло, чужое сопение в ухо и закинутые на тебя конечности? Тут уже физический интерес нужен. А от него рукой подать до того слова на букву «с», которое не «субординация» и о котором мы не говорим.
— Так ты предполагаешь, что я хочу с тобой под шумок переспать пару раз? — сержант покачал головой. — О, нет. Секс на разок — это несолидно. А мы же с тобой люди серьезные, да и не дети уже.
И, как бы подтверждая свой серьезный и основательный интерес, Стефанис повернулся на бок и пододвинулся ближе. Если до этого они лежали рядом, то теперь он тесно прижался, и ладонь, так естественно придерживающая Иллиана за бок, легла уже на спину. Но прикосновение никакого отторжения не вызывало: сержант не давил, не перехватывал контроль над ситуацией, а всего лишь устраивался поудобнее.
— О, так ты предлагаешь нам пожениться? — Иллиан попытался прибегнуть к иронии. — Полететь на Бету, создать семью, записаться в двоюродные любовники по контракту на трехгодичный срок?
Стефанис фыркнул:
— Браво, какая картина! Хотя ты почти угадал. Семья — ключевое слово. Это для тебя родные — где-то в провинции, и ты им шлешь открытки на Зимнепраздник. А для меня семейным делом была Имперская Безопасность. Мне так… надо. Хочешь, считай капризом, а хочешь — давней привычкой в кабинет к шефу СБ без стука заходить. Вот теперь ты вместо бати. И усыновить ты меня никак не в силах, уж извини, а вот если будем спать вместе, то это, пожалуй — самое оно. — Сержант приподнялся на локте, поглядел на него сверху, серьезно и настойчиво. — По-другому я не умею и не хочу. Да, считай меня блатным и избалованным. Но я хочу служить с тем, кому всей шкурой верю, и к кому могу придти и не щелкать каблуками по уставу. А обняться. Ну, а интим… это дело совсем отдельное, хотя чертовски полезное в деле сокращения дистанции.
И он сократил ту самую дистанцию, устроив голову у Иллиана на плече, и положив руку ему пониже спины
— На всякий случай, должность кузена и ученая степень алкоголика-собеседника у тебя в плане вовсе не предусмотрены?
— Затейник ты, Иллиан! Про выпить мы с тобой уже обсуждали. И какие беседы, выспаться бы успеть. Вот и получается, что самое оно — это спать с тобой. — Стефанис уткнуся в него лицом, потер нос о ключицу, то ли почесываясь, то ли ласкаясь — с настойчивостью крупного кота, ищущего в постели свое законное место. — И ты не хуже спиртного действуешь на меня, я уже чуток захмелел, похоже.
— Да ну? — Иллиан потянулся и зевнул
— Я заказываю музыку? Прекрасно. Тогда можешь интимно нашептать мне на ухо, зачем лично тебе весь этот цирк. Про знакомство и доверие ты мне уже рассказывал, но то, что происходит — малость вылезает за грань разумного.
— Хочется? — предложил Стефанис свой вариант.
Теплый бок рядом непривычно грел, однако ощущение было скорее умиротворяющим, чем тревожащим. Стефанис уверенно потянул его за запястье, пристраиваясь затылком на его откинутой руке и придерживая Иллиана за бедро так, чтобы он не сполз с дивана. Можно было бы пресечь этот неуместный жест, но спокойней — оставить все, как есть. Телячьими нежностями все это было, вот что, но не давай происходящему ярлыков — и оно покажется почти в порядке вещей.
— В такой позе «хочется» обозначает вполне конкретные вещи, — сказал он мягко. — Ты рассчитываешь на секс или провоцируешь меня на подобный вывод? Давай говорить как взрослые мужики, а то бери отдельный спальный мешок, застегивайся и спи.
— Я не говорил про секс, — усмехнулся сержант, но руки не убрал и даже чуть шевельнул пальцами, точно незаметно погладил. — Еще и не начинал. Знаешь, что мне в тебе нравится? Ты очень и очень любопытный тип, Иллиан. Есть в тебе что-то эдакое. То ли характер, то ли чип. И мне начинает казаться, что оно сгодится для шефа СБ, — он тихо засмеялся.
— Но этого не выясняют в постели.
В постели надо делать совсем другое, но тут одна тонкость: Стефанис — его подчиненный, и даже если в голову тебе придет игривая мысль, это «другое» зовется неуставными отношениями.«Ограничься невинным лежанием бок-о-бок, капитан».
— А где выяснять, если не тут? — Стефанис перешел на доверительный полушепот. — И когда? Ты все время занят. Вот разве ночью можно с тобой пообщаться, да и то недолго. В постели ты меня вполне устраиваешь. Ведь спали уже вместе, и мир не рухнул.
— И ты готов из одного желания познакомиться терпеть стянутое одеяло, чужое сопение в ухо и закинутые на тебя конечности? Тут уже физический интерес нужен. А от него рукой подать до того слова на букву «с», которое не «субординация» и о котором мы не говорим.
— Так ты предполагаешь, что я хочу с тобой под шумок переспать пару раз? — сержант покачал головой. — О, нет. Секс на разок — это несолидно. А мы же с тобой люди серьезные, да и не дети уже.
И, как бы подтверждая свой серьезный и основательный интерес, Стефанис повернулся на бок и пододвинулся ближе. Если до этого они лежали рядом, то теперь он тесно прижался, и ладонь, так естественно придерживающая Иллиана за бок, легла уже на спину. Но прикосновение никакого отторжения не вызывало: сержант не давил, не перехватывал контроль над ситуацией, а всего лишь устраивался поудобнее.
— О, так ты предлагаешь нам пожениться? — Иллиан попытался прибегнуть к иронии. — Полететь на Бету, создать семью, записаться в двоюродные любовники по контракту на трехгодичный срок?
Стефанис фыркнул:
— Браво, какая картина! Хотя ты почти угадал. Семья — ключевое слово. Это для тебя родные — где-то в провинции, и ты им шлешь открытки на Зимнепраздник. А для меня семейным делом была Имперская Безопасность. Мне так… надо. Хочешь, считай капризом, а хочешь — давней привычкой в кабинет к шефу СБ без стука заходить. Вот теперь ты вместо бати. И усыновить ты меня никак не в силах, уж извини, а вот если будем спать вместе, то это, пожалуй — самое оно. — Сержант приподнялся на локте, поглядел на него сверху, серьезно и настойчиво. — По-другому я не умею и не хочу. Да, считай меня блатным и избалованным. Но я хочу служить с тем, кому всей шкурой верю, и к кому могу придти и не щелкать каблуками по уставу. А обняться. Ну, а интим… это дело совсем отдельное, хотя чертовски полезное в деле сокращения дистанции.
И он сократил ту самую дистанцию, устроив голову у Иллиана на плече, и положив руку ему пониже спины
— На всякий случай, должность кузена и ученая степень алкоголика-собеседника у тебя в плане вовсе не предусмотрены?
— Затейник ты, Иллиан! Про выпить мы с тобой уже обсуждали. И какие беседы, выспаться бы успеть. Вот и получается, что самое оно — это спать с тобой. — Стефанис уткнуся в него лицом, потер нос о ключицу, то ли почесываясь, то ли ласкаясь — с настойчивостью крупного кота, ищущего в постели свое законное место. — И ты не хуже спиртного действуешь на меня, я уже чуток захмелел, похоже.
— Да ну? — Иллиан потянулся и зевнул
Страница 23 из 64
