Утро. Понедельник. 1 апреля. 2018 год. 07:25.
72 мин, 34 сек 17834
— Понедельник. — говорилось в видео.
— Первое апреля. Сейчас придёт ОНО и будет меня убивать. Но я не боюсь. Прощай, Гуня.
— Понедельник, — говорилось в видео, — первое апреля. Сейчас придёт ОНО и будет меня убивать. Но я не боюсь. Прощай, Гуня.
С каждым сказанным словом биение сердца Лены все учащалось. Ей было интересно, кто зайдет в комнату? Неужели мама? Неужели это она так издевалась над дочерью? Этого просто быть не могло. Вот открылась дверь.
— Чёрт, не видно! Вот я дура! Камеру на себя направила! Блин! — более того, через пару секунд закончилось видео. Ведь после прихода это твари, Лена вновь проснулась утром этого же дня. Тут так же. На видео всё так же. Ничего нового. Хотя тот разговор с мамой… «Так, я сейчас позвоню ей и спрошу о том разговоре, а заодно спрошу, придёт ли Стас». Лена медленно встала с кровати.
— Так! Ну и где мои вещи? — строго задала сама себе вопрос Лена.
— Нужно спросить у Евгения Александровича. Тьфу, Сергеевича! — с этими словами Лена уже направлялась к двери.
— А! Чёрт, закрыто скорее всего! — вспомнила Гуня, повернув вниз дверную ручку.
— Открыто! Странно и не боится он оставлять «больную на голову» девушку открытой? Ахах…
Коридор, по которому шла Лена был белым-белым. Она даже щурила глаза от такого яркого света. Знаете, как бывает, когда из кинотеатра выходишь? Тут так же. Коридор был намного белее и красивее палаты Гуни. Как не странно, Лена шла одна по коридору, была мертвая тишина, никого… Ни единой души… «Что-то мне напоминает эта тишина… Мертвая»…
Лена уже заворачивала за угол.
«И тут сейчас эта тварь!» — завернув за угол, задорно подумала Лена. Но никого не было. Тут была дверь, в пяти метрах от Лены. И всё.«Наверное, кабинет его…» — промелькнула мысль.
Лена постучала в дверь, но никто не ответил. Лена ещё раз постучала. Но в ответ тишина. Лена уже открыла дверь, как вздрогнула:
— Ну и что мы тут делаем? — послышался голос и Гуня быстро закрыла дверь.
— Я вообще-то Евгения Сергеевича ищу! — не поворачиваясь, говорила Лена.
— Его сейчас нет. Тем более тут. Его кабинет на третьем этаже. А я с кем говорю?
— С Еленой Гунивой…
— Да-а? — протянул он.
— А мне кажется, что со спиной.
И Лена повернулась. Санитар. Обычный са-ни-тар.
— И что же мы бродим по коридорам, Елена Гунива? — продолжил он.
— Понимаете, я не сумасшедшая. Я тут случайно оказалась! А вещей моих нет! Вообще!
— Во-первых, Евгений Сергеевич здоровых сюда не берет и уж точно не держит. Во-вторых, вещи ваши у придурка того, который вас на улице ждал. В-третьих, сейчас у нас все спят и вам бы пройти в палату, ясно?
— У какого ещё придурка? — ответила вопросом на вопрос Лена.
— Когда тебя в кабинет к шефу привезли, он ещё на улице стоял, орал, чтобы мы тебя не трогали. Ахах, наивный… — засмеялся санитар.
— Стас?
— О, точно! А говоришь, что не знаешь.
— Я не помню, честно! — почему-то когда Лена представляла эту картину.
«Стас на улице…» — ей вспомнился тот момент, когда над ним проводили«ритуал» те твари…
— Харэ заливать, ок? Оу, — задумался санитар, — хотя, наверное, точно не помнишь. Ты же не могла слышать, окна в этой больничке звуконепроницаемые. Это мы слышали, — вновь заулыбался санитар, — когда окружили его, ахаха! Весело было… Так, всё! Заболтала к черту, психичка хренова. Все, дуй отсюда! Кому сказал, дуй быстро! — толкнул он шокированную Лену.
— Уроды! Твари! Да это вы всё! Вы! Вы!
— Лена поняла.
Те твари, которые стояли вокруг Стаса «первого апреля» — санитары! Неужели их было так много!
Она начала бить санитара в грудь. Тогда тот одним махом взял ее за две руки и потащил в палату со словами:
— Номер палаты, тварь?
— Уроды, сволочи… Тварь? Это я тварь? — началась истерика.
— Это я ещё тварь, урод! Тупица! Это вы все, это вы твари! Вы надо мной издевались изо дня в день! Твари на четвереньках! Сволочи, уроды, тупицы…
— Так, твари говоришь? — санитар задумался.
— Ну и отлично! В специальную комнату попрешься. В 555-ую палату.
— Дебил! Придурок! Ненавижу, ненавижу… — продолжала Лена.
— Задолбала, — санитар одной рукой держал две Ленины руки, а другой он ударил ее по лицу. Со всей силы.
— Мы тут не в игрушки играем, тварь поганая! Ты вообще никто! Сумасшедшая дура! У тебя ни мозгов, ничего!
— Лена с санитаром все ещё шли по коридору, он жестоко бил ее головой об стену… Он ужасно бил ее. А что? У них тут так принято!
Вот они около 555-ой палаты. Он открыл дверь, швырнул Лену туда и закрыл дверь с внешней стороны, оставив Лену там одну-одинёшеньку.
— Первое апреля. Сейчас придёт ОНО и будет меня убивать. Но я не боюсь. Прощай, Гуня.
— Понедельник, — говорилось в видео, — первое апреля. Сейчас придёт ОНО и будет меня убивать. Но я не боюсь. Прощай, Гуня.
С каждым сказанным словом биение сердца Лены все учащалось. Ей было интересно, кто зайдет в комнату? Неужели мама? Неужели это она так издевалась над дочерью? Этого просто быть не могло. Вот открылась дверь.
— Чёрт, не видно! Вот я дура! Камеру на себя направила! Блин! — более того, через пару секунд закончилось видео. Ведь после прихода это твари, Лена вновь проснулась утром этого же дня. Тут так же. На видео всё так же. Ничего нового. Хотя тот разговор с мамой… «Так, я сейчас позвоню ей и спрошу о том разговоре, а заодно спрошу, придёт ли Стас». Лена медленно встала с кровати.
— Так! Ну и где мои вещи? — строго задала сама себе вопрос Лена.
— Нужно спросить у Евгения Александровича. Тьфу, Сергеевича! — с этими словами Лена уже направлялась к двери.
— А! Чёрт, закрыто скорее всего! — вспомнила Гуня, повернув вниз дверную ручку.
— Открыто! Странно и не боится он оставлять «больную на голову» девушку открытой? Ахах…
Коридор, по которому шла Лена был белым-белым. Она даже щурила глаза от такого яркого света. Знаете, как бывает, когда из кинотеатра выходишь? Тут так же. Коридор был намного белее и красивее палаты Гуни. Как не странно, Лена шла одна по коридору, была мертвая тишина, никого… Ни единой души… «Что-то мне напоминает эта тишина… Мертвая»…
Лена уже заворачивала за угол.
«И тут сейчас эта тварь!» — завернув за угол, задорно подумала Лена. Но никого не было. Тут была дверь, в пяти метрах от Лены. И всё.«Наверное, кабинет его…» — промелькнула мысль.
Лена постучала в дверь, но никто не ответил. Лена ещё раз постучала. Но в ответ тишина. Лена уже открыла дверь, как вздрогнула:
— Ну и что мы тут делаем? — послышался голос и Гуня быстро закрыла дверь.
— Я вообще-то Евгения Сергеевича ищу! — не поворачиваясь, говорила Лена.
— Его сейчас нет. Тем более тут. Его кабинет на третьем этаже. А я с кем говорю?
— С Еленой Гунивой…
— Да-а? — протянул он.
— А мне кажется, что со спиной.
И Лена повернулась. Санитар. Обычный са-ни-тар.
— И что же мы бродим по коридорам, Елена Гунива? — продолжил он.
— Понимаете, я не сумасшедшая. Я тут случайно оказалась! А вещей моих нет! Вообще!
— Во-первых, Евгений Сергеевич здоровых сюда не берет и уж точно не держит. Во-вторых, вещи ваши у придурка того, который вас на улице ждал. В-третьих, сейчас у нас все спят и вам бы пройти в палату, ясно?
— У какого ещё придурка? — ответила вопросом на вопрос Лена.
— Когда тебя в кабинет к шефу привезли, он ещё на улице стоял, орал, чтобы мы тебя не трогали. Ахах, наивный… — засмеялся санитар.
— Стас?
— О, точно! А говоришь, что не знаешь.
— Я не помню, честно! — почему-то когда Лена представляла эту картину.
«Стас на улице…» — ей вспомнился тот момент, когда над ним проводили«ритуал» те твари…
— Харэ заливать, ок? Оу, — задумался санитар, — хотя, наверное, точно не помнишь. Ты же не могла слышать, окна в этой больничке звуконепроницаемые. Это мы слышали, — вновь заулыбался санитар, — когда окружили его, ахаха! Весело было… Так, всё! Заболтала к черту, психичка хренова. Все, дуй отсюда! Кому сказал, дуй быстро! — толкнул он шокированную Лену.
— Уроды! Твари! Да это вы всё! Вы! Вы!
— Лена поняла.
Те твари, которые стояли вокруг Стаса «первого апреля» — санитары! Неужели их было так много!
Она начала бить санитара в грудь. Тогда тот одним махом взял ее за две руки и потащил в палату со словами:
— Номер палаты, тварь?
— Уроды, сволочи… Тварь? Это я тварь? — началась истерика.
— Это я ещё тварь, урод! Тупица! Это вы все, это вы твари! Вы надо мной издевались изо дня в день! Твари на четвереньках! Сволочи, уроды, тупицы…
— Так, твари говоришь? — санитар задумался.
— Ну и отлично! В специальную комнату попрешься. В 555-ую палату.
— Дебил! Придурок! Ненавижу, ненавижу… — продолжала Лена.
— Задолбала, — санитар одной рукой держал две Ленины руки, а другой он ударил ее по лицу. Со всей силы.
— Мы тут не в игрушки играем, тварь поганая! Ты вообще никто! Сумасшедшая дура! У тебя ни мозгов, ничего!
— Лена с санитаром все ещё шли по коридору, он жестоко бил ее головой об стену… Он ужасно бил ее. А что? У них тут так принято!
Вот они около 555-ой палаты. Он открыл дверь, швырнул Лену туда и закрыл дверь с внешней стороны, оставив Лену там одну-одинёшеньку.
Страница 5 из 19
