Камни не умеют смеяться

Погоди-ка, сказал себе Кей. Камень… Что-то было связано с камнем… Ну как же! Надпись на статуе! Как сказал Дик? «Не вырезана, не нарисована, а именно выцарапана». Значит, эта статуя — и есть Невилл? «Здоро-овая», припомнились ему слова Барби.

Загремел ключ в замке. Щурясь от света, доктор поглядел на посетителя.

— Сэм? Дружище, как я рад… — Погоди радоваться, — адвокат был неожиданно хмур.

— Зачем ты водил к себе в дом этих детей? Чего ты от них хотел?

— Я пытался помочь им в поиске родных, — пояснил доктор.

— Это запрещено?

— Пусть этим занимаются те, кому за это платят, — отрезал Сэм.

— Ты знаешь, что написано в заявлении, сопровождающее твой арест? Совращение малолетних и подозрение на убийство, даже на три!

— Я даже знаю, кто автор заявления, — доктор стукнул кулаком о ладонь.

— Невилл Клау. Угадал?

— Сейчас не время играть в загадки, — адвокат раскрыл «дипломат».

— Напиши все, как было. Я постараюсь не дать делу ход.

— Возьмите показания у детей, — попросил доктор перед уходом.

— Они лучше все расскажут.

— Я ничего не обещаю, но сделаю все, что смогу, — и адвокат попрощался.

Прошло несколько долгих дней, пока доктора не согласились выпустить под залог. За это время он успел составить и отвергнуть массу планов, пока, наконец, не остановился на одном. Он и предположить не мог, как скоро придется его применить.

На улице уже начинало темнеть. Доктор Гордон огляделся по сторонам. Возле самого входа в участок его поджидал Боб. Он вспотел, а его прозрачно-голубые глаза потемнели от усталости.

— Я за вами, док, — сказал он, тяжело дыша.

— Скорее, мы еще можем успеть.

— В чем дело? — доктор внутренне напрягся, ожидая самого худшего.

— Барби. Ее нет. Она пропала. Невилла тоже нет. И статуя исчезла, — отрывисто говорил Боб, пока они торопливо шли по дороге к цирку.

— Я знаю, что делать, — доктор замахал рукой, ловя такси.

— Иди домой, успокой остальных, а я скоро буду.

Боб припустил по улице, а возле доктора затормозило такси. Спустя десять минут он был уже дома. Забежав в гараж, он вытащил несколько ламп дневного света и принялся ковыряться в капоте машины, прикручивая моток проводов к аккумулятору. Затем он прикрепил лампы к крыше машины и, сев в салон, завел мотор. Лампы ярко вспыхнули, озарив затемненную улицу дневным светом.

Взревев, машина рванулась вперед. Подъехав к цирку, доктор увидел бешено машущего ему Боба.

— Скорее! — доктор распахнул дверь, и Боб на ходу впрыгнул на переднее сиденье.

— У нас мало времени!

— Зачем лампы, док? — мальчик, пристегиваясь ремнем безопасности, никак не мог его защелкнуть.

— Увидишь, — доктор вывернул с асфальта на грунтовую дорогу, ведущую в горы.

— Тебя ожидает эффектное зрелище!

Они колесили по горным тропам около двух часов, как вдруг Боб принялся толкать доктора в плечо.

— Я вижу их, док! Вижу! — прыгал он.

— Вон они!

Доктор мгновенно развернул машину в ту сторону, куда указывал мальчик, одновременно выключив лампы, оставив гореть одни фары. В их свете он различил громадную, словно вытесанную из камня, фигуру, которая карабкалась по скале. На плече у нее висела маленькая, словно кукольная, Барби.

— Сейчас я включу лампы, — сказал доктор срывающимся голосом, — и эта тварь окаменеет. Мы просто снимем у него с плеча Барбару и вернемся домой.

— Док, а если она окаменеет тоже? — Боб утирал пот, струящийся со лба.

— Или они сорвутся и упадут, и разобьются вдребезги!

Доктор в замешательстве посмотрел на переключатель. В самом деле! Но, если он не успеет, Барби может погибнуть!

— Давайте попробуем с ним договориться! — Боб схватил доктора за плечо.

— Может, мы выкупим жизнь Барбары?

— Чем? — доктор едва не расхохотался.

— Что нужно троллю?

— Может, нам удастся уговорить кого-нибудь уйти с ним вместо сестры?

— Ни за что! — доктор решительно взялся за переключатель.

— Тролли — это не люди. Они не станут никого слушать и ни с кем договариваться! Так что все-таки я рискну!

— Но там же моя Барби! — Боб чуть не плакал.

— Я не вижу другого выхода, — доктор щелкнул переключателем… … И получил такой удар по голове, что мгновенно потерял сознание.

— Значит, мы договорились? — доктор с трудом разобрал эту фразу, которую сказал Боб. В голове его шумело, а открыть глаза мешала засохшая кровь, натекшая на веки.

— Мы договорились еще раньше, — раздался в ответ голос, услышав который, доктор представил себе перемалываемые в порошок камни.

— Договор есть договор.

— Прости, что тебе пришлось ждать так долго, — голосок Барби.

О чем это она?

— Ради этого я готов ждать вечно, — прогромыхал в ответ тролль.

— Одна жизнь за жизнь целого племени — невелика цена.

— Он ведь почти догадался, верно? — доктор дернулся и захрипел. Этот низкий, роняющий слова, как капли, басок он не спутал бы ни с чьим другим.

— Даже если и так, — каменный хруст разламывал голову доктора на куски, — что с того? Ему уже все равно.

— Да он живо-ой! — удивленно протянул новый, на сей раз незнакомый голос.

— Доктор, вы целы?