Каникулы в Спрингфилде

— Конечно! — Санни оживился, как всегда, когда речь заходила об его обожаемом мотоцикле. Древняя «Ямаха», которая ездила, что называется, «на честном слове и одном крыле». Этот не раз порывался её продать, но мать не позволила, за что Санни был ей безмерно благодарен. И дело было даже не в том, насколько круто иметь свой мотоцикл парню его возраста. Джефф-то, понятное дело, думал только о том, что «Кошки» утрутся от зависти, когда они будут по очереди, громыхая, носиться по городку, а девчонки сами повыпрыгивают из штанишек, но для Санни мотоцикл был чем-то гораздо большим. Это единственное, что осталось ему от отца.

— Мне осталось только перебрать мотор, ну и закончить косметический ремонт. Знаешь там, закрасить пару царапин, налепить наклейки…

— С черепами! — глаза Гранта загорелись. — И пламя такое по бокам. А ещё можно дырки от пуль…

Санни кивнул. Ему не очень-то нравились черепа, но с Джеффом не поспоришь. Тот отчего-то на удивление хорошо к нему относился, прощая даже столь «недостойные настоящего пацана» вещи, как эмоциональность и миролюбие, но злоупотреблять этим всё же не стоило.

— Лады, увидимся, — Джефф махнул рукой и пошёл домой, а Санни свернул к себе и сразу направился в гараж.

В гараже было уютнее, чем в иной квартире. К его боковым стенам примыкали два больших стеллажа с множеством полочек, на которых аккуратно, хоть и бессистемно, стояла и лежала уйма полезных вещей: на одном — банки с маслом, запчасти, аэрозоли с красками, инструменты и всё в этом духе, на другом — не связанные с мотоциклом предметы, вроде настольных игр и книг. У дальней стены на стареньком, но довольно приличном с виду ковре можно было обнаружить пару кресел-мешков песочного цвета и низенький столик. В углу прислонилась к стене сложенная раскладушка, где при желании здесь можно было и спать, что Санни всё чаще и делал в последнее время. Возвращаться домой не хотелось совершенно: слишком много отчимов и младших братьев на квадратный метр. А здесь было всё, что необходимо для жизни: портативный холодильник, чайник, микроволновка, ноутбук и две его главные радости — музыкальный центр с долби-звуком и, конечно же, обожаемая «Ямаха». Будь его воля, он бы и совсем переехал сюда жить. Вот только у матери эта идея восторга не вызывала, а с этим приходилось считаться. Пока что она оплачивала его счета, о чём периодически не забывала напоминать, что бесило Санни едва ли не больше, чем попытки отчима его воспитывать. Но как это изменить, он не представлял, ведь учёбу сложно совместить с работой — которую надо ещё найти. Много ли возможностей для этого у школьника?

Аккуратно поставив рюкзак на одно из кресел, Санни скинул ветровку и вымыл руки в висящем тут же умывальнике. Домой идти пока неохота, начнутся расспросы про оценки — да, не то чтобы они были особо хорошими — упрёки и всё такое. Лучше уж разогреть купленный по дороге чизбургер, перекусить и заняться «Ямахой». Хотя бы снять и разобрать мотор, а уж завтра — заменить необходимые детали.

Однако планам его не суждено было сбыться. Едва Санни дожевал бургер, дверь гаража распахнулась и на пороге появился отчим.

— Так я и думал, что найду тебя здесь, — недовольным тоном заявил он. — Тебе тут словно мёдом намазано. На семью наплевать. Мать ждёт его со школы, хочет услышать об его успехах, а он чуть что — бежит к своей железяке.

— Вот именно, об успехах. Если мои отметки в табеле недостаточно высоки, она смотрит на меня, как на посудомоечную машину, которая отчего-то перестала отмывать тарелки дочиста. Я думал, семья — это люди, которые тебя всегда поддержат, а не засыплют упрёками, если ты не соответствуешь их идеальным представлениям!

Санни пожалел об этих словах, едва они сорвались с его губ, но было поздно. Никогда он не мог сдержаться, если что-то казалось ему несправедливым. Отчим посмотрел на него тяжёлым взглядом, будто судья на преступника перед вынесением приговора с назначением крайней меры.

— Учиться надо как следует, а не с дружками вроде этого Гранта по улицам шляться, — сурово изрёк он. — Мать о тебе заботится, хочет, чтобы ты человеком стал, многого добился в жизни, а чего хочешь ты? Жить на пособие?

— Хочу быть автомехаником, — угрюмо сообщил Санни. — В мастерской Лестера меня готовы взять учеником после школы. И им плевать на мои отметки, главное — что руки растут из нужного места.

— Не выдумывай, — отрезал отчим. — Ты должен окончить хотя бы колледж и получить достойную профессию.

— Ты мне никто, чтобы указывать! — не выдержал Санни. — Это моя жизнь, и жить я буду так, как хочется мне. Вы родили себе ребёнка — его и воспитывайте!

— Именно этим мы и займёмся, — заверил отчим. — А ты на пасхальных каникулах отправишься к моей двоюродной сестре в Новую Англию — думать о своём поведении. А сейчас будь добр пойти в дом. Немедленно. Мать ждёт тебя!

С этими словами он покинул гараж, громко хлопнув металлической дверью.

Спрингфилд, Мэн. Санни Рейн