Карачун

— Где наши гёрлз? — Едва ворочая языком, обратился Дрон к другу.

— Чо?! — Бросил тот, не отрываясь от плазменной панели.

— Ауа гёрлз где?

— Забей на этих сучек тупых! Смотри, как немой урод управляется со своей колотушкой! «Бей по темечку!» Крутяк!

Попытавшись ответить, Дрон открыл было рот, но задремал, бессильно уронив голову на грудь.

— Эй! Ты, не перданул?! Или панель таки научилась запахи передавать! — Зажимая нос, воскликнул Сэм. — Фу, какая вонища!

Вместо ответа прозвучал громкий храп.

— Ну и гадость! Чего ты сегодня хавал?! Гавняшки под соусом велюте?!

Отхлебнув виски, Сэм хотел продолжить веселье, но вдруг заметил, что кто-то стоит между плазменной панелью и торшером. В драной шубенке, куцей шапке и с посохом в руке, тощий как палка гость походил на нищего. В котле с кипящим супом топили кучера, но вид странного создания в гостиной показался мажору намного уморительнее.

— Ну, ты и урод?! — Зашелся он смехом. — Создала же природа такого упыря!

От воплей Сэма пробудился Дрон. Увидев великана, он долго моргал и тер глаза, а затем уставился на его пояс. Сначала пьяному мажору показалось, что незнакомец подпоясан резиновым жгутом, вроде тех, что в качестве мотора ставят на модельки самолетов. Но присмотревшись внимательнее, он разглядел маленькие косточки, привязанные к концам грязно-желтых волокон. Пояс скручен из жил! От страшной догадки у Дрона свело живот, а Сэм продолжал заливаться смехом.

— Как только тебя охрана пропустила, нищеброд?! Ты прикатил на электричке или метро? Ха-ха!

Тот к кому были обращены эти слова, стоял как древний дуб, словно не слыша усмешек. Внезапно, отдаленное подобие лица исказила злобная улыбка, и в гостиной загремел утробный голос.

— Васька-васенок, худой поросенок, ножки трясутся, кишки волокутся — почем кишки? По три денежки!

Взмахнув посохом, странный гость начал перемещаться по комнате. Полы шубы скрывали движения его ног, и, казалось, он летает, а не ходит. Судороги в животе не давали Дрону сорваться с дивана и бежать.

— Был себе царь Додон, застроил он костяной дом; набрали со всего царства костей, стали мочить — перемочили, стали сушить — кости пересохли, опять намочили, а когда намокнут, тогда доскажу! — Продолжал незваный гость.

— Вот дает! — Выкрикивал Сэм. — Дальше! Дальше жги!

— Чудак покойник: умер во вторник, стали гроб тесать, а он вскочил, да и ну плясать!

— Молодца! Красава! Бульдог Харламов отдыхает!

Дрона все больше и больше охватывал ужас от необычного выступления. И для чего его затеяло страшилище?! На конце посоха, напоминающего разбойничью дубину, мажор разглядел темное пятно.

— Рад празднику дурак. Кто празднику рад, тот до свету пьян! — Выкрикнул гость, приблизившись к друзьям.

— Бежать! Бежать! — Убеждал себя Дрон. — Пусть я и навалю в штаны, зато…

Описав дугу, посох обрушился на лоб Сэма. Услышав звук, напомнивший треск раскалывающегося кокосового ореха, Дрон сорвался с дивана и молнией понесся к входной двери.

— Бегать ему, что зайцу, приложа уши! Да от хвоста своего не уйдешь! — Бросил ему вслед старик.

Тело Сэма-Симеона остывало под вопли жертв жадного безжалостного трактирщика. Только уже никто не смеялся над сценами убийств, весьма смешных, по замыслу создателей фильма.

Новогодняя комедия совсем не радовала Гордея, а выходить слушать ругань взрослых не хотелось. Распахнув дверцы книжного шкафа, в котором лежали диски с играми, он принялся водить пальцем по красочным футлярам. Многих из них, заказывали из-за границы через Интернет, но сейчас Гордей выбрал игру, которую приобрел только потому, что тот роскошный магазин в шумном, блистательном как дворец торговом центре нельзя было покинуть с пустыми руками. В ней одинокий воин, собирал в подвалах замка красочные светящие шары, отбивался от зубастых жаб, и плюющихся ядом летучих мышей. Емельян частенько посмеивался над этой игрой, называя ее «пидорским отстоем». А все из-за того, что в ней поверженный враг банально растворялся в золотистом сиянии. Тогда как, в настоящем экшене можно от души пострелять из самого разного оружия, оставляя груды обезображенных трупов.

Действие нового уровня разворачивалось в лесу, но его Гордею никак не удавалось достичь. Здоровенный паладин, стоявший на страже замковых ворот, великолепно владел мечом и магией огня. При точном попадании, пущенная им шаровая молния отбирала почти все здоровье игрока.

И сейчас удача не приняла сторону Гордея. Когда он почти одолел врага, тот упав на колени, помолился, и шкала его здоровья вновь окрасилась зеленым. В подобных случаях, выручали коды и другие уловки, но в этот раз Гордею очень хотелось самому уничтожить типа в сверкающих латах, вставшего на его пути.

За стеной, в коридоре не на шутку разошлись взрослые.

— Это чо?! — Слышался голос отца.

— Расстройство желудка, полагаю! — Смеялся противный коротышка.

— Ты стоял и ждал, когда я открою, засеря?! — Ругалась мать. — Хоть бы дверь за собой закрыл, урод!

— Да, что там дверь! Успел ли он спустить штаны?! — Не унимался лысый.