Казаки-разбойники

Шерлок нахмурился и снова обратился к базам Интерпола. Совершенно некогда и незачем травить себе душу. Успеет ещё, потом, когда дело закончится. Тогда можно будет страдать, рыдать, топиться… в ванной с мороженым, а сейчас — хватит! Есть такая вещь, называется дисциплина ума, надо о ней вспомнить и воспользоваться.

Прекратить поток лишних эмоций удалось, но образ ванной с мороженым так и остался маячить где-то на краю сознания, как надоедливая муха. Он вобрал в себя всё разочарование сегодняшнего дня, и Шерлок подозревал, что именно в таком виде день и сохранится в его Чертогах.

— Похоже, мы его нашли. Взгляни, Грег. Айен Скоулз, тридцать восемь лет, клиника Принцессы Грейс на Ноттингем-плэйс.

Шерлок мог сколько угодно пренебрежительно относиться к сержанту Салли Донован, но потрясающей работоспособности этой женщины никто не отменял. И Грегори Лестрейд ценил в ней именно умение отдаваться работе целиком и полностью, без остатка.

Да, гением сержант Донован не была. Однако от неё сейчас требовались не гениальные озарения, а нудная, выматывающая нервы работа. Требовалось найти в Лондоне подходящего для лечения Джима Мориарти врача и проследить за ним. Собственно говоря, опергруппа этим и занималась третьи сутки.

Безумная задача? Да ничуть. Во-первых, травматологов не так уж и много. Хорошо, хорошо, чертовски много, однако всё же меньше, чем, скажем, почтальонов. Во-вторых, большинство лиц, предпочитающих сумки с надписью «Abibas», в случае, если им понадобится доктор, скорее доверятся белому мужчине среднего возраста или чуть старше, одетому не в джинсы и подранную майку, а в более-менее классический костюм. Простейшая психология и ничего больше.

— Отлично! Едем, погово… о, чёрт.

Лестрейд мрачно уставился на фотографию убитого. Салли, скривившись, пожала плечами. Что ж, даже с учётом проверенных методик белых врачей-травматологов среднего возраста в Лондоне действительно хватает, а большинство больниц требует от сотрудников дресс-код. В итоге, почти все белые травматологи носят более-менее приличные костюмы. Полиция не всегда успевает предупредить потенциальную жертву.

Найти-то врача нашли. Просто легче от этого не стало.

— Ладно, Андерсона позови — и выезжаем. Когда обнаружили тело?

— Утром. Бродяга заметил, как собаки разрывают гору картонных упаковок на заднем дворе супермаркета, подошёл, поглядел, заорал… Охрана вызвала полицию в семь двадцать восемь.

Лестрейд покосился на часы: почти девять утра. Салли заметила, хмыкнула:

— Дежурный перенаправил вызов в Четырнадцатый отдел. А оттуда уже позвонили нам. Их ребята сейчас у тела.

Появился Андерсон, как всегда, сонный и скучный. Вяло пожал Лестрейду руку, и оперативная группа двинулась к машине.

Вообще-то, почти смущённо признался себе Грег, не помешало бы вызвать ещё кое-кого… Но работа в полиции — это не только расследование преступлений, но и политика, большая и малая. Тащить Шерлока Холмса в компании одновременно Салли Донован и Андерсона; при этом учитывать, что Шерлок, вполне возможно, не до конца ещё отошёл от травмы и может отреагировать неадекватно… ладно-ладно, ещё более неадекватно, чем обычно. Будет сердиться, наговорит гадостей. Вряд ли это поможет делу, а вот помешать может запросто. Особенно учитывая Грегсона из Четырнадцатого, который только рад будет отпустить пару-тройку шпилек: у бедолаги недавно уплыла премия, причём уплыла именно к Лестрейду, а не к кому-то ещё. Вот и гадай теперь, что поможет больше: гениальные озарения и разваленная работа опергруппы или слаженные действия коллектива, но без блистательных прорывов?

А, к чёрту. Если Шерлоку понадобится, потом можно будет свозить его на место преступления. И показать в морге труп, вытерпев все язвительные замечания о затоптанных следах и тупости полицейских. Но зато — только Шерлок, без вступающегося за честь мундира Андерсона и цепляющейся к каждому слову Салли.

Надо сделать больше фотографий, чем обычно, чтобы наш гений не выступал на тему непрофессионализма сотрудников Скотланд-Ярда.

Труп валялся среди раскиданных коробок разной формы и размера. Лестрейд поморщился: добровольные друзья полиции поторопились извлечь тело, наверняка уничтожив все следы. На левом ботинке мёртвого мужчины виднелись отпечатки собачьих зубов — это в расчёт не берём, явно посмертные повреждения.

Грегсон, увидав коллегу, радостно разулыбался. Ясно, следов не обнаружили и будут рады сплавить дело соседям.

Обменявшись дежурным рукопожатием, Лестрейд кивнул на труп:

— Я знаю имя, возраст и место работы. Твоя группа что-нибудь выяснила?

Грегсон пожал плечами:

— Ну, я, кажется, знаю больше. Он лежит здесь второй или третий день, точнее скажет патанатом. Ножевое проникающее в сердце, плюс перелом осевого шейного позвонка третьей степени. То ли сначала свернули шею, а затем ударили ножом, то ли наоборот. Ставлю на первое: за доктором шли, намереваясь ударить ножом в спину, он обернулся, увидал нападающего, начал сопротивляться, ну и…