Фандом: Шерлок BBC. Шерлок Холмс — на больничной койке: взрыв в гостинице не прошёл бесследно. Где-то в Лондоне прячутся снайперы, укрывающие пострадавшего Джима Мориарти. Их необходимо найти. А ещё важнее — разобраться в отношениях с одним военным хирургом, занявшим в жизни Шерлока слишком важное место.
113 мин, 43 сек 9183
Когда его подстрелили в Афганистане, он точно узнал, что истории про жизнь, проносящуюся пред глазами за секунды — полнейшее враньё. Некогда о таком думать. Сначала пытаешься укрыться, чтобы не застрелили окончательно, потом теряешь сознание, а потом — если повезло — приходишь в себя в больнице. И уже там есть долгие часы на то, чтобы обдумывать и переживать, и прокручивать в голове, что захочется. Можно и жизнь от начала до конца просматривать, заниматься-то особо нечем.
Но сейчас всё было иначе. Наклоняясь над Шерлоком, Джон успел представить, что будет, если тот окажется мёртв. Он будто воочию увидел череду тоскливых, не наполненных ничем будней, себя, лишённого смысла, беспомощного и бесполезного, постаревшую миссис Хадсон, Майкрофта с посеребрившимися висками, печального Грега, который навещает Джона по привычке — и разрывающую пустоту в душе. Целые годы промелькнули в воображении за секунды. Он успел распрощаться со своим другом и только тогда обнаружил, что тот жив, но в обмороке. Бегать с сотрясением мозга, а потом падать, ударяясь головой, всё-таки вредно для здоровья. Но куда менее вредно, чем получать пулю в сердце — а снайпер выстрелил точно, и если бы не бронежилет…
Джон ударил кулаком по асфальту. Ничего он поделать не смог, никак Шерлоку не помог, а тот, кто едва не убил его друга, сейчас резво убегал от полиции. И Джону оставалось лишь надеяться, что ему удастся оказаться менее бесполезным потом. А пока он оттащит домой Шерлока. С сотрясением ходить не рекомендуется, потому нужно вызвать такси, затем позвонить и доложить Лестрейду обстановку, после чего останется только ждать и думать. О том, как хреново жить без Шерлока, как он не готов терять своего друга, и как ему повезло, что Шерлок остался жив.
Тунде не любил современную европейскую технику. Слишком быстро ломается. Не выдерживает хорошего напряжения. Да, скоростная — особенно, если немного покопаться в моторе. Но ненадёжная. Разве что очень хорошо покопаться в моторе. И поменять почти все детали. И помолиться как следует. И отключить ко всем предкам подушки безопасности!
Почему за глупо сделанные вещи нужно платить такие деньги, Огунмола не понимал. Анри, правда, зубоскалил: мол, не все производители знают, что нужно для профессиональных убийц, однако если мы им сообщим, то обязательно, просто вот сразу запустят в серийное производство… Но Тунде отказывался считать подавляющее большинство европейцев тупее себя.
А то недолго подхватить манию величия, вот как у нынешнего большого босса, и нарваться на противника, которого недооценил.
Дорога, освещаемая фонарями, неоновыми вывесками и полицейскими мигалками, стелилась под колёса фургончика. Паршивого, да, но всё-таки выручившего, когда стряслась беда.
Губить вещи, даже плохие, Тунде не любил. Поэтому шёпотом попросил у духа машины прощения.
Перед мостом обнаружилась баррикада, спешно возведённая местными полицейскими. Хорошие ребята, умелые. Понаставили «ежей» и справедливо рассчитывают, что нарушитель затормозит или, в крайнем случае, попадёт в аварию.
Тунде надавил на педаль газа и счастливо расхохотался.
Этому трюку его научил старик Акинванде. Ну, то есть, все называли его «старик», этого совершенно седого, но крепкого мужчину с выбитыми передними зубами и татуировкой в виде кобры на левом плече. Акинванде был настоящим психом, когда дело касалось техники белых, Тунде до него далеко. Но кое-что может и Огунмола.
Если фургон не рассыплется, конечно.
Всё произошло быстро. Тунде притормозил куда позже, чем они рассчитывали, только чтобы рвануть снова, с разворотом, используя «лежачего полицейского», как трамплин — кстати пришёлся, что ни говори. Фургончик невероятным образом перелетел через заграждения, чиркнул напоследок колесами по металлу и свалился в реку. Крики, пальба, вой сирен.
Темза оказалась удивительно грязной. Отплывший подальше от фургончика, дышащий через предусмотрительно захваченную в кафе соломинку, Тунде Огунмола весь путь под водой ругался без остановки.
Неправильно это, когда после купания в реке невыносимо хочется помыться! Как говорят местные — бесчеловечно.
За годы службы в армии и того, что Себастьян называл просто «работой», он налетался на разных транспортных средствах. И хреновина, уносившая их прочь от негостеприимного Альбиона, честно скажем, нервировала.
Нет, в салоне всё было в порядке. Даже чересчур «в порядке» — дорвавшегося до здешнего бара Тунде уже пора остановить, пока он с описания вонючести Темзы не перешёл к наглядной демонстрации своего раззамечательного трюка, уконтрапупившего всю британскую полицию скопом и стоящих возле моста ублюдков в частности. Моран спокойно относился к словесному поносу, охватывавшему нигерийца после удачно завершённой операции. В конце концов, Огунмола действительно погеройствовал знатно. Но пора и меру знать. Рушить здесь всё в намерения Себастьяна пока не входило.
— Тунде, тебе хватит.
— Да я…
— Хватит, Тунде.
Но сейчас всё было иначе. Наклоняясь над Шерлоком, Джон успел представить, что будет, если тот окажется мёртв. Он будто воочию увидел череду тоскливых, не наполненных ничем будней, себя, лишённого смысла, беспомощного и бесполезного, постаревшую миссис Хадсон, Майкрофта с посеребрившимися висками, печального Грега, который навещает Джона по привычке — и разрывающую пустоту в душе. Целые годы промелькнули в воображении за секунды. Он успел распрощаться со своим другом и только тогда обнаружил, что тот жив, но в обмороке. Бегать с сотрясением мозга, а потом падать, ударяясь головой, всё-таки вредно для здоровья. Но куда менее вредно, чем получать пулю в сердце — а снайпер выстрелил точно, и если бы не бронежилет…
Джон ударил кулаком по асфальту. Ничего он поделать не смог, никак Шерлоку не помог, а тот, кто едва не убил его друга, сейчас резво убегал от полиции. И Джону оставалось лишь надеяться, что ему удастся оказаться менее бесполезным потом. А пока он оттащит домой Шерлока. С сотрясением ходить не рекомендуется, потому нужно вызвать такси, затем позвонить и доложить Лестрейду обстановку, после чего останется только ждать и думать. О том, как хреново жить без Шерлока, как он не готов терять своего друга, и как ему повезло, что Шерлок остался жив.
Тунде не любил современную европейскую технику. Слишком быстро ломается. Не выдерживает хорошего напряжения. Да, скоростная — особенно, если немного покопаться в моторе. Но ненадёжная. Разве что очень хорошо покопаться в моторе. И поменять почти все детали. И помолиться как следует. И отключить ко всем предкам подушки безопасности!
Почему за глупо сделанные вещи нужно платить такие деньги, Огунмола не понимал. Анри, правда, зубоскалил: мол, не все производители знают, что нужно для профессиональных убийц, однако если мы им сообщим, то обязательно, просто вот сразу запустят в серийное производство… Но Тунде отказывался считать подавляющее большинство европейцев тупее себя.
А то недолго подхватить манию величия, вот как у нынешнего большого босса, и нарваться на противника, которого недооценил.
Дорога, освещаемая фонарями, неоновыми вывесками и полицейскими мигалками, стелилась под колёса фургончика. Паршивого, да, но всё-таки выручившего, когда стряслась беда.
Губить вещи, даже плохие, Тунде не любил. Поэтому шёпотом попросил у духа машины прощения.
Перед мостом обнаружилась баррикада, спешно возведённая местными полицейскими. Хорошие ребята, умелые. Понаставили «ежей» и справедливо рассчитывают, что нарушитель затормозит или, в крайнем случае, попадёт в аварию.
Тунде надавил на педаль газа и счастливо расхохотался.
Этому трюку его научил старик Акинванде. Ну, то есть, все называли его «старик», этого совершенно седого, но крепкого мужчину с выбитыми передними зубами и татуировкой в виде кобры на левом плече. Акинванде был настоящим психом, когда дело касалось техники белых, Тунде до него далеко. Но кое-что может и Огунмола.
Если фургон не рассыплется, конечно.
Всё произошло быстро. Тунде притормозил куда позже, чем они рассчитывали, только чтобы рвануть снова, с разворотом, используя «лежачего полицейского», как трамплин — кстати пришёлся, что ни говори. Фургончик невероятным образом перелетел через заграждения, чиркнул напоследок колесами по металлу и свалился в реку. Крики, пальба, вой сирен.
Темза оказалась удивительно грязной. Отплывший подальше от фургончика, дышащий через предусмотрительно захваченную в кафе соломинку, Тунде Огунмола весь путь под водой ругался без остановки.
Неправильно это, когда после купания в реке невыносимо хочется помыться! Как говорят местные — бесчеловечно.
За годы службы в армии и того, что Себастьян называл просто «работой», он налетался на разных транспортных средствах. И хреновина, уносившая их прочь от негостеприимного Альбиона, честно скажем, нервировала.
Нет, в салоне всё было в порядке. Даже чересчур «в порядке» — дорвавшегося до здешнего бара Тунде уже пора остановить, пока он с описания вонючести Темзы не перешёл к наглядной демонстрации своего раззамечательного трюка, уконтрапупившего всю британскую полицию скопом и стоящих возле моста ублюдков в частности. Моран спокойно относился к словесному поносу, охватывавшему нигерийца после удачно завершённой операции. В конце концов, Огунмола действительно погеройствовал знатно. Но пора и меру знать. Рушить здесь всё в намерения Себастьяна пока не входило.
— Тунде, тебе хватит.
— Да я…
— Хватит, Тунде.
Страница 30 из 32
