Кладбищенский фестиваль

— Вот под этим невинным предлогом ты и попадешь в зал, а там как раз…

— Ты хочешь, чтобы я стала его любовницей?!

— Еще чего. Я хочу, чтобы ты попала в зал.

— Зачем?

— Условно говоря, перекусить.

— То есть? — Не поняла я. — Мне что, нельзя поесть в другом месте?

— Я же сказал, условно. Нам нужно слегка прикрыть растущую дыру в Инопространство, желательно не заставляя тебя убивать. Все, мне пора. Увидимся.

Прежде чем я успела открыть рот, Чудик исчез, напоследок скользнув губами по подбородку.

Что Лэйкер имел в виду, говоря «перекусить»?

— Вот ты где! — Бодрый голос Фриншнайца вернул меня к реальности. — Поспешим, Турнир начинается.

— Но я не…

— Знаю, извини, не очень удачная шутка. Тебя так легко привести в замешательство, да и реакция на стресс у тебя интересная, вот я и не удержался.

Нашел развлечение.

— К тому же, ты выглядела настолько подавленной, мне показалось, тебе не помешает немного развлечься. Ты же не будешь против, если сегодня я буду тебя сопровождать?

— Эм-м…

— Вот и хорошо, — расценив мое нечленораздельное мычание как положительный ответ, Мускульный Клубок ненавязчиво приобнял меня за плечи и уверенно повел по темному коридору.

Проклятье! Как бы мне не вляпаться еще больше. Я же теперь даже ретироваться успешно не смогу, не говоря о том, чтобы обороняться. И Лэйкер, зараза! Если ему так хотелось, чтобы я присутствовала на Турнире, почему не провел меня в качестве СВОЕЙ Luzmeru? Попробуй теперь расслабиться рядом с этим чемпионом реслинга в тяжелом весе.

Пункт вторичной регистрации представлял собой изолированное помещение с одиноко стоящим терминалом в его центре, где Оппозиционер выложил несколько предметов. Ими оказались красивые, правильной продолговатой формы камни, наполовину прозрачные. Будто мягко светясь изнутри, они переливались разными цветами, резонируя друг с другом. Радужные Камни. Очень крупные, размером с фалангу большого пальца. И невообразимо дорогие.

После введения данных подтверждения, Камни исчезли, а в полу образовался люк с уходящей вниз спиралевидной лестницей. Тут же меня оглушил невообразимый рев толпы, доносящийся из прохода в сопровождении металлического лязга. Там что, целый стадион?

Жестом приглашая следовать за собой, Фриншнайц начал спускаться по прозрачным ступенькам (лишь контуры их слегка подсвечивались). Прикрыв уши ладонями, чтобы не оглохнуть в первые же несколько кимн, я шагнула вниз… и едва удержалась на ногах. Такого мне еще не приходилось видеть. Прямо подо мной был не просто зал. И даже не стадион — необъятный, колоссальных размеров тоннель, ведущий в бездну. По крайней мере, так мне показалось на первый взгляд. Стены его представляли собой крошечные прозрачные комнатки, и внутри этих сот — десятки тысяч лирен. Грохот работающего сталепрокатного завода же оказался музыкой, настолько отличной от той, что мне приходилось слышать в Каремсе, насколько тибетское горловое пение не похоже на классический оперный вокал.

Едва я ступила на светящийся прозрачный пол ячейки-комнаты, как откуда-то сверху выпрыгнула девушка и зависла в воздухе прямо напротив нашего уровня. Она была очень красивой и полностью обнаженной. Нас должно было отделять большое расстояние, но прозрачная стена-экран, видимо, автоматически увеличила масштаб. Проведя ладонями по коротким розовым волосам, девушка подлетела к центру тоннеля и, прогнувшись назад, развела руки в стороны. В ответ ревущая толпа, разбросанная по сотам, пришла в неистовство.

— Эммерльга, — прокомментировал Фриншнайц, усаживая меня на полупрозрачный и бесформенный, похожий на выброшенную из моря медузу диван. — Лучший кукольник Оппозиции.

— Кукольник?

Мускульный Клубок ткнул пальцем куда-то вниз. Через секунду из темноты к девушке подлетели девять лирен: трое мужчин и шесть девушек, тоже обнаженных.

— Она сама программирует антигравитационную систему для выступлений, но все равно удивляюсь ее точности — малейшая ошибка в движениях фатальна. Я не говорю о контроле над импульсами. Да, ты, наверное, не знаешь, у нее особая способность — воздействие на электричество во всех его проявлениях. Поговаривают, что у нее красная категория. Так что все происходящее — исключительно ее рук дело. У Механиков тоже есть свой Кладбищенский Фестиваль.

Что-то в восторженном голосе Мускульного Клубка меня насторожило.

Между тем, Эммерльга плавно подлетела к первой девушке. И резким движением разорвала кожу на ее животе, как тряпку. У меня помутнело перед глазами…

С той же очаровательной улыбкой кукольник намотала на щиколотку и затянула узлом скользкую кишку, после чего направилась к следующей жертве. Я закрыла лицо руками, мысленно благодаря себя за то, что не поела. Внутри что-то дернулось. Но потом стало так хорошо. Облегчение растеклось с кончиков пальцев по остальному телу приятно дурманящим теплом… Перекусить, значит.