Клятвопреступники

Я еще раз посмотрел на них, убедиться, что они меня поняли. Судя по глазам, поняли еще как. Эта вообще, похоже, отрубиться сейчас. Я хлопнул ее по рожице, сунул трусы в карман и вышел. В коридоре никого уже не было, даже старперов. Жаль. Ладно, теперь надо выйти отсюда.

Не через главный вход, конечно. Больницы я не знал, но это не помеха. Я крыса, всю жизнь в канализациях. Лестница привела меня вниз, в какой-то подвал. Пошкрябанные двери, старье, ящики, трубы вдоль стен. Я шел быстро, по запаху, по инстинкту, зная, что непременно найду выход. А там один шаг и я дома, в подворотнях. Ищите меня, суки. За одним из поворотов я услышал голоса. Здесь была прачечная, судя по сваленным тюкам грязного и влажного белья. То, что надо.

Я прошмыгнул внутрь, ушел в бок, держась красной кирпичной стены и вскоре нашел окно-маленький лаз под потолком. Один удар ногой вышиб и стекло и старую раму. Куртка порвалась, пока я вылезал, руки уперлись в мокрый асфальт. Все, я вышел. На улице был дождь и на этой стороне не горел ни один фонарь. Я секунду постоял. Так, вроде там забор. Быстро, пока не очухались и этот мелкий ублюдок не поднял тревогу. Мне показалось, что я что-то услышал, но сквозь дождь было не разобрать. Пошел вперед и неожиданно уперся в стену. Черт, что это за звук? Стена закончилась, я завернул за угол и рванул. Где-то впереди вдруг взревел мотор. Я замер и тут же свет фар ударил в лицо. Через секунду черная машина вылетела на меня прямо из дождя. Удар. Боль. Темнота. Еще через несколько секунд я умер.

Детектив Бинкс и капитан Роуз стояли над покрытым белой простыней телом. Капитан приехал только-что, а Бинкс мок здесь уже второй час. За это время он успел осмотреть место происшествия и допросить виновника-доктора Роллинса.

— Что здесь произошло?

Бинкс по привычке пожал плечами:-«Похоже на несчастный случай. Доктор переставлял машину на другую парковку и этот парень выпрыгнул из-за угла прямо под колеса».

Капитан медленно поднял глаза на Бинкса, затем на Роллинса, сьежившегося возле своего старого фольксвагена с разбитым передком.

Потом он снова посмотрел на тело.

— Кто это?

— Чарли Бертон, по кличке «Паук». Мелкий уголовник, шпана.

— Как он тут оказался вообще?

— Видимо, хотел удрать. Его подрезали где-то и подбросили сюда. А он решил сделать ноги, даже залатать не успели.

Капитан замолчал. Бинкс зябко поежился. Ноги его уже давно промокли насквозь. Хорошо, что дождь разогнал зрителей. Остались лишь Роллинс и его медсестра.

— Ладно.

— Роуз посмотрел на часы.

— Я возвращаюсь в управление. Сделай мне рапорт до обеда, Бинкс.

— Хорошо, сэр.

Капитан уехал, а детектив подошел к Роллинсу.

— Езжайте домой, доктор. Ложитесь спать. Если потребуется, мы вас вызовем.

— Я сожалею, что так произошло, детектив, — доктор дрожал, видимо от холода.

— Да?— Бинкс посмотрел в сторону.

— Ничего, бывает. Идите, думаю, все обойдется.

Потом он обернулся к стоявшему рядом сержанту :— Езжайте, я пройдусь пешком.

Когда Бинкс вышел за ворота, дождь кончился и небо прояснилось. Он достал из кармана фляжку и взболтнул. Судя по звуку, оставалось еще на пару глотков. До управления хватит. Там он за полчаса напишет рапорт и тоже пойдет домой. Дело не стоило выеденного яйца. Тем более, что все ответы были у него в кармане.

Хотя, он и не задал ни одного вопроса, из тех, что должен был задать.

Например, он не спросил доктора Роллинса, что вдруг он решил посреди ночи перегонять машину на другую стоянку. И почему он вообще поставил ее там, если обычно заезжает с другой стороны? Или почему у него разбитые очки и распухший нос, а в салоне машины нет ни одного стеклышка и ни одной капельки крови? И почему у медсестры Джин такое заплаканное, перекошенное ужасом лицо, а в кармане у покойного обнаружились женские трусики?

Но он не спросил, ни этого, ни ничего другого и уже не спросит. Пусть все останется как есть, если доктор Роллинс сумеет совладать со своей совестью. Ну а ему, Бинксу, не привыкать.

Небо прояснилось. Детектив подумал, что сегодня утром на удивление чистый и свежий воздух. Лучше, чем вчера. Дышится так легко и хорошо. И он даже знал почему.