Кое-что про зомби, или безумная бойня блюющих каннибалов

Но остался так называемый штаб. Из окон отчаянно хлестали пулеметы, но пули со звоном отскакивали от толстой брони, оставляя лишь маленькие вмятины. Но кое-что враг, все же, припас. Из дальнего окна со свистом вылетела ракета. Оставив в воздухе спиралевидный след, она угодила в бок одному из танков. Броня выдержала удар, но взрыв уничтожил правую гусеницу. Прежде чем «Абрамс» успел огрызнуться, из окна вылетела еще одна ракета. На этот раз взрывом оторвало башню. Второй танк отъехал чуть назад, так, чтобы горящий собрат защитил от следующего удара, и навел дуло на злополучное окно. Через мгновение стена, вместе с рамой вылетела под натиском огненной волны. Камни и пыль почти полностью поглотили здание. Но это не сломило дух сопротивления. Очередная ракета сорвалась откуда-то с крыши. Но удар вновь пришелся по первому танку.

Внезапно целый рой ракет расчертил воздух белым дымом, они принеслись откуда-то слева. Здание вздрогнуло. Крыша взмыла в небо грудой обломков, стены рванулись в стороны, на лету превращаясь в каменную окрошку, огненное облако, словно вырвавшийся на свободу зверь, закружилось вокруг.

Вскоре дым начал стелиться по земле и, наконец, из пелены вырисовались три темных силуэта. Шум лопастей заглушил треск огня. «Апачи» шли на посадку.

Майснер высунулся из люка и, придерживая одной рукой шляпу, осмотрелся. Пыль и мелкие камни больно хлестали по лицу и хрустели на зубах. Ковбой соскочил на землю и побежал к горящим развалинам.

Внезапно из облака выскочил джип и понесся к воротам. Взвыл электропривод минигана, и целая волна свинцовых градин нагнала уходящий автомобиль. За какие-то мгновения джип превратился в металлический огрызок.

Из кабины вылез человек. Он громко кашлял и отплевывался.

Майснер бежал как раз к нему.

— Ну что, дружище, завершим наш разговор, — произнес он, остановившись в двух метрах.

— Майснер, — прохрипел Гиена и потрогал пальцами глубокую рану на лбу.

— Ну что ж, значит я все же увижу, как ты подыхаешь, приятель.

— Теперь ты мой… — прошептал Майснер и выхватил нож.

— О, да, я ждал этого мига целый год. Сейчас я освежую тебя, а потом можно и умереть.

— Прошипел Гиена и последовал примеру соперника.

Мужчины начали медленно сближаться. Майснер перехватил нож и прижал лезвие к запястью, Гиена наоборот, согнул спину и выставил клинок вперед. Оказавшись на расстоянии удара, соперники закружились. Гиена пробовал раздернуть врага короткими движениями, но Майснер не поддавался. Наконец он атаковал. Сместившись в сторону, он дернул рукой, показывая, что бьет, но как только соперник уклонился, рубанул наотмашь. Майснер угадал замысел и, глубоко нырнув, пропустил лезвие над головой. Нож срубил верхушку шляпы. Провалив соперника, ковбой сместился влево и, выпрямляясь, распорол Гиене бок. Оказавшись за спиной врага, он развернулся и с размаху приложил его по голове. Кулак ударил в область уха, и Гиена рухнул на колени. Не теряя времени, Майснер сместился вправо и запустил в соперника чудовищный удар. Голень размозжила нос Гиене и свернула челюсть. Выронив оружие, он растянулся на земле. Майснер поднял валявшийся около джипа автомат и подошел к телу. Поправив шляпу, он дернул затвор и выпустил в Гиену весь рожок. Бросив оружие на обезображенное тело, он направился к вертолетам.

Примерно через десять минут в разрушенное логово въехал Ковчег.

Люди довольно разглядывали развалины, улыбки становились шире, когда на глаза попадались трупы.

Первым шел Вик Муррей.

Майснер сидел в вертолете, облокотившись на шестиствольный пулемет и курил.

— Значит победа, — бросил Вик.

— А как же. Майснер держит слово. Познакомься, это мои люди.

Вертолет обступило восемь человек с автоматами наперевес.

— С тобой приятно иметь дело, — Вик вскинул автомат на плечо и улыбнулся.

— С тобой тоже.

— Ковбой поправил шляпу.

— Что дальше?

— Помнишь я тебе говорил, что у меня есть план? — Варахиил глубоко затянулся и дернул пулемет.

— Ну да… — Ты в него не входишь… — Майснер щелчком выбросил сигару и открыл огонь.

Спрыгнув на землю, он оттолкнул дымящееся дуло и неспешно направился к танку.

Облокотившись на бензобак около «Абрамса» стоял Маркус.

Ковбой пошарил в нагрудном кармане и извлек оттуда огрызок сигары. Шаркнув зажигалкой, он поднес пламя к расщепленному краю и затянулся.

— Ну что скажешь… — Маркус широко улыбнулся и взглянул в небо. Горизонт был усыпан опознавательными огнями десятков грузовых вертолетов.

— Добро пожаловать в мир, который называется… — Майснер с наслаждением вдохнул дым, — Америка, — протянул он, выпустив серое облако и улыбнулся, продемонстрировав святому отцу белоснежный оскал.