С детства ко мне притягивались сексуальные извращенцы. Первое воспоминание о таком случае у меня относится к тому времени, когда мне было четыре года. Детство мое прошло в безоблачном Союзе, где секса не было, поэтому гулять отправляли детей с утра до вечера и, конечно, одних.
Добавить в моё избранное
4 мин, 54 сек 7109
Выскочив из подъезда, я пулей забралась в кусты у соседнего дома и стала наблюдать за своим подъездом, попутно себя уговаривая, что я себе все напридумывала, а человек в черной куртке шёл к кому-то на третьем-четвертом этаже в гости. Но он вышел через пару минут вслед за мной. И взглядом рыскал по сторонам… Я не знаю, сколько я, как парализованная, просидела еще в кустах, прежде чем страх отпустил меня, и я смогла снова двигаться.
Несколько дней я убеждала себя, что все напридумывала, и уже почти уговорила. Только вот спустя неделю-две к нам на классный час пришли милиционеры. У них был фоторобот темноволосого человека. Нас стали спрашивать, видели ли мы этого человека в черной кожаной куртке. Все сказали, что не видели, а я молчала — не могла говорить. Только смотрела на фоторобот и чувствовала паралич из-за ужаса, который возвращался ко мне. Позже я узнала, что это минский маньяк-педофил, на совести которого как минимум 9 жертв — все девочки от 8 до 12 лет.
Я никогда никому не рассказывала об этой истории, даже маме. Я только знаю, что никогда не избавлюсь от этого страха. Теперь мне еще страшнее — у меня есть дети. Веселые, наивные и жизнерадостные. Их я всегда учу, что страшнее, чем буки под кроватью, только люди… Это по-настоящему страшно.
Несколько дней я убеждала себя, что все напридумывала, и уже почти уговорила. Только вот спустя неделю-две к нам на классный час пришли милиционеры. У них был фоторобот темноволосого человека. Нас стали спрашивать, видели ли мы этого человека в черной кожаной куртке. Все сказали, что не видели, а я молчала — не могла говорить. Только смотрела на фоторобот и чувствовала паралич из-за ужаса, который возвращался ко мне. Позже я узнала, что это минский маньяк-педофил, на совести которого как минимум 9 жертв — все девочки от 8 до 12 лет.
Я никогда никому не рассказывала об этой истории, даже маме. Я только знаю, что никогда не избавлюсь от этого страха. Теперь мне еще страшнее — у меня есть дети. Веселые, наивные и жизнерадостные. Их я всегда учу, что страшнее, чем буки под кроватью, только люди… Это по-настоящему страшно.
Страница 2 из 2
