Это случилось в конце восьмидесятых, когда ещё только закручивались лихие времена. Молодые отморозки уже сбивались в небольшие стайки, бухали, хулиганили, а в тёмное время суток (да и не только), раздобыв левые стволы, нападали на порядочных граждан. Грабили, избивали, и нередко даже убивали и насиловали…
Она пришла, обвинение подписал я, а в суде представлял другой прокурор — я не смог. Потом мне сказали, что она у судей на коленях просила высшую меру. Они сжалились над ней, поняли её…
Приговор привели в исполнение.
Я подвёл под расстрельную статью невинного человека. И до сих пор живу с этим.