Я сидел в машине и смотрел на старый добрый двухэтажный дом, в котором некогда жила моя бабушка. Она скончалась пару дней назад. Не то чтобы это вылилось в какое-то семейное горе, но приятного было мало. Всю свою жизнь она прожила в этом доме, мы её часто навещали, предлагали переехать к нам в город, жить в квартире: как-никак, для одинокой старушки такой огромный дом ни к чему. Но она всегда отказывалась и, несмотря на свой большой возраст, сама убиралась и наводила в доме порядок.
Добавить в моё избранное
104 мин, 52 сек 13703
Что это?
— Предмет такой, по изучению инопланетян.
— У ас есь аой бет, абааться! — выпалил восхищённо Джейкоб с набитым ртом.
— Он говорит, что очень здорово, раз у вас есть такой предмет, — сказал я, уже начиная понимать этого придурка.
— Уеее — промялил тот.
— А у вас какие предметы?
— Скука дикая… всякая биология, химия, алгебра…
— Ух ты, я не знаю ни одного предмета из того, что ты назвал! — удивилась Эшли, — о чём они?
— Ну по биологии мы изучаем всяких животных и организмов, живущих на нашей планете, по химии учим всякие соединения, таблицу Менделеева, знаешь такого? Блин, не знаешь, конечно же, он с нашей же планеты! Эмм… по алгебре учим всякие формулы, считаем, решаем задачки.
— У вас просто по-другому они называются, — улыбнулась Эшли, — ваша биология у нас антология, химия — реалтелика, а алгебра счётоведение.
— Ахренеть, — сказал удивлённо Джейкоб.
— Что у вас ещё другое? — поинтересовался я, — сколько лет вы учитесь?
— Восемнадцать.
— Хаха! А мы одиннадцать! Лу-зе-ры! — засмеялся Джейкоб.
— У вас есть понятие минуты?
— Чего?
— Ясно, у тебя есть часы, электронные?
— Эмм, вон стоят, — показала Эшли на полку.
Я взял часы и стал их изучать.
— Так, вот это у нас минуты.
— Это же свации.
— Отлично, а это что? — показал я на место часов.
— Часы.
— Ну хоть что-то у нас не разное.
— Сколько у вас сваций в часе?
— Двадцать, да зачем тебе?
— Сейчас, сейчас, — сказал я и стал сверять часы Эшли со своими.
Одна свация у них длилась полторы нашей минуты, то есть в одном часе было тридцать минут.
— Дни у вас есть?
— Что за глупый вопрос?
— Сколько в одном дне часов, а точнее в сутках?
— 10 часов, считая день и ночь.
— В году сколько дней?
— Сто.
— То есть, примерно три с половиной вашего года равны одному нашему. Так, что, Джейкоб, — улыбнулся я, — лузеры не они, а мы.
— Интересно, — задумчиво проговорил Джейкоб, — то есть, эмм… двадцать на десять… у вас в сутках двести минут… извиняюсь, сваций. Ваши сутки равны одному нашему земному фильму, хехе!
— Хм, тогда получается, что скоро рассвет, тебе разве не нужно спать? — спросил я у Эшли.
— Спать? Обычно мы спим два часа в пятнадцать суток, так что я пока бодра, — улыбнулась она.
— Всё у вас не как у людей, — бросил Джейкоб и снова принялся за поедание трикарсмов.
— Смешно, но я не вижу у тебя компьютера, вы ещё их не изобрели? — усмехнулся я.
— Кого? Это слово, боюсь, мне не знакомо.
— Ну такие штуки, на них можно играть в игры, создавать документы, общаться с людьми онлайн, слушать музыку, — пояснил Джейкоб.
— Это напоминает мобильник.
— Эмм, компьютер и мобильник это разные вещи… у нас.
— Ну значит у нас нет, — достала Эшли небольшое подобие сотового телефона, — вот значит онлайн сеть, как вы говорили, — развернула она светло-голубой лазерный экран прямо в воздухе.
— Да мазоль мне в пятку! — проронил Джейкоб крошки от вафелек на пол, — эта штука божественна!
— Вот вам и общение и музыка!
— Что это за жанр? — глянул я на список композиций.
— Эмм, это токсикал, это павэр, неужели у вас всё по другому?
— Ой, у нас только хип-хоп и айрен би — скука, — с интересом стал пялиться в экран Джейкоб.
— Скажи, а что означают твои иероглифы на теле, — поинтересовался я, глядя на Эшли.
— Эй, не надо пялиться на мои иероглифы, пошляк! — заявила та, прикрывая надписи.
— Вот это попадос, — заметил я, — бесстыдно рассматривая свои рисунки на теле.
— Вы с помощью них размножаетесь? — выпалил Джейкоб.
— Ты бл… — начал тут же я, но вовремя умолк, — я думаю, стоит поговорить о чём-нибудь другом…
— О чём, например?
— Например, было бы неплохо и возвращаться, — сказал я, — там ещё мой двойник живёт в моём доме, если ты не забыл.
— Эх, видать нам и вправду пора, — задумчиво проговорил тот.
— Что же вы так, — огорчилась Эшли, ещё даже рассвет не наступил!
— Извини, если что, обещаю — мы ещё вернёмся, — уверил я её, — а сейчас мы валим, приятно было познакомиться.
— Эх… и что… вы сейчас телепортируетесь или типа того? — спросила она.
— Нет… нам нужна картина! Твой, видать, папа или дядя, я не знаю с кем ты живёшь, но кто-то рисовал картину наверху, она нам нужна!
— Да, мой папа, но зачем вам его картина? — удивлённо посмотрела на нас Эшли.
— Это часть телепорта. Не могла бы ты нам помочь добраться до неё? Будешь путь нам прокладывать, чтобы нас не спалили твои родители.
— Предмет такой, по изучению инопланетян.
— У ас есь аой бет, абааться! — выпалил восхищённо Джейкоб с набитым ртом.
— Он говорит, что очень здорово, раз у вас есть такой предмет, — сказал я, уже начиная понимать этого придурка.
— Уеее — промялил тот.
— А у вас какие предметы?
— Скука дикая… всякая биология, химия, алгебра…
— Ух ты, я не знаю ни одного предмета из того, что ты назвал! — удивилась Эшли, — о чём они?
— Ну по биологии мы изучаем всяких животных и организмов, живущих на нашей планете, по химии учим всякие соединения, таблицу Менделеева, знаешь такого? Блин, не знаешь, конечно же, он с нашей же планеты! Эмм… по алгебре учим всякие формулы, считаем, решаем задачки.
— У вас просто по-другому они называются, — улыбнулась Эшли, — ваша биология у нас антология, химия — реалтелика, а алгебра счётоведение.
— Ахренеть, — сказал удивлённо Джейкоб.
— Что у вас ещё другое? — поинтересовался я, — сколько лет вы учитесь?
— Восемнадцать.
— Хаха! А мы одиннадцать! Лу-зе-ры! — засмеялся Джейкоб.
— У вас есть понятие минуты?
— Чего?
— Ясно, у тебя есть часы, электронные?
— Эмм, вон стоят, — показала Эшли на полку.
Я взял часы и стал их изучать.
— Так, вот это у нас минуты.
— Это же свации.
— Отлично, а это что? — показал я на место часов.
— Часы.
— Ну хоть что-то у нас не разное.
— Сколько у вас сваций в часе?
— Двадцать, да зачем тебе?
— Сейчас, сейчас, — сказал я и стал сверять часы Эшли со своими.
Одна свация у них длилась полторы нашей минуты, то есть в одном часе было тридцать минут.
— Дни у вас есть?
— Что за глупый вопрос?
— Сколько в одном дне часов, а точнее в сутках?
— 10 часов, считая день и ночь.
— В году сколько дней?
— Сто.
— То есть, примерно три с половиной вашего года равны одному нашему. Так, что, Джейкоб, — улыбнулся я, — лузеры не они, а мы.
— Интересно, — задумчиво проговорил Джейкоб, — то есть, эмм… двадцать на десять… у вас в сутках двести минут… извиняюсь, сваций. Ваши сутки равны одному нашему земному фильму, хехе!
— Хм, тогда получается, что скоро рассвет, тебе разве не нужно спать? — спросил я у Эшли.
— Спать? Обычно мы спим два часа в пятнадцать суток, так что я пока бодра, — улыбнулась она.
— Всё у вас не как у людей, — бросил Джейкоб и снова принялся за поедание трикарсмов.
— Смешно, но я не вижу у тебя компьютера, вы ещё их не изобрели? — усмехнулся я.
— Кого? Это слово, боюсь, мне не знакомо.
— Ну такие штуки, на них можно играть в игры, создавать документы, общаться с людьми онлайн, слушать музыку, — пояснил Джейкоб.
— Это напоминает мобильник.
— Эмм, компьютер и мобильник это разные вещи… у нас.
— Ну значит у нас нет, — достала Эшли небольшое подобие сотового телефона, — вот значит онлайн сеть, как вы говорили, — развернула она светло-голубой лазерный экран прямо в воздухе.
— Да мазоль мне в пятку! — проронил Джейкоб крошки от вафелек на пол, — эта штука божественна!
— Вот вам и общение и музыка!
— Что это за жанр? — глянул я на список композиций.
— Эмм, это токсикал, это павэр, неужели у вас всё по другому?
— Ой, у нас только хип-хоп и айрен би — скука, — с интересом стал пялиться в экран Джейкоб.
— Скажи, а что означают твои иероглифы на теле, — поинтересовался я, глядя на Эшли.
— Эй, не надо пялиться на мои иероглифы, пошляк! — заявила та, прикрывая надписи.
— Вот это попадос, — заметил я, — бесстыдно рассматривая свои рисунки на теле.
— Вы с помощью них размножаетесь? — выпалил Джейкоб.
— Ты бл… — начал тут же я, но вовремя умолк, — я думаю, стоит поговорить о чём-нибудь другом…
— О чём, например?
— Например, было бы неплохо и возвращаться, — сказал я, — там ещё мой двойник живёт в моём доме, если ты не забыл.
— Эх, видать нам и вправду пора, — задумчиво проговорил тот.
— Что же вы так, — огорчилась Эшли, ещё даже рассвет не наступил!
— Извини, если что, обещаю — мы ещё вернёмся, — уверил я её, — а сейчас мы валим, приятно было познакомиться.
— Эх… и что… вы сейчас телепортируетесь или типа того? — спросила она.
— Нет… нам нужна картина! Твой, видать, папа или дядя, я не знаю с кем ты живёшь, но кто-то рисовал картину наверху, она нам нужна!
— Да, мой папа, но зачем вам его картина? — удивлённо посмотрела на нас Эшли.
— Это часть телепорта. Не могла бы ты нам помочь добраться до неё? Будешь путь нам прокладывать, чтобы нас не спалили твои родители.
Страница 28 из 29
