Контракты души

Люциус прошел мимо Гарри, став у окна, так что решетчатый витраж обрамил его голову и плечи. Преднамеренно-непреднамеренный эффект. Гарри почувствовал растущее раздражение и пробуждающийся охотничий азарт. Все эти слизеринцы, с их лживостью, с их склонностью к театральным позам, так что они и сами не могут разобраться, где заканчивается их истинное «Я» и начинается придуманный образ, явно что-то скрывали. Они будто вели между собой мысленную беседу, и Гарри чувствовал себя, точно глухой в комнате, наполненной оживленно болтающими людьми — единственный, кто не знает, о чем идет речь. Он пробыл в гостиной что-то около минуты, но казалось, что он стоит тут, как истукан, целую вечность. Странно, но Колин, казалось, не чувствовал ни малейшего неудобства. Более того, складывалось впечатление, что и он включился в безмолвный разговор.

— Драко, профессор Снейп, — Гарри пришлось приложить усилие, чтобы его голос звучал ровно и вежливо, — рад был с вами повидаться. Не могли бы вы оставить нас с мадам Малфой? Мне необходимо задать ей несколько вопросов. Мистер Малфой, придется попросить вас о том же.

Мгновение он и Люциус Малфой смотрели друг другу в глаза. Потом Малфой пожал плечами и вышел без единого слова, с тем же бесстрастным выражением лица. Черт, выругал себя Гарри, надо было смотреть на Нарциссу. Как она отреагировала на то, что остается без защиты? Он поспешно перевел взгляд на лицо женщины, но было уже поздно — если она и выказала страх или разочарование, то уже справилась с собой. Драко, кажется, был настроен поспорить, но Снейп решительно взял его под руку и вывел из гостиной.

Гарри оглянулся в поисках Колина и обнаружил, что тот уже устроился в кресле, где до него сидел Снейп. Трость он положил на пол. Гарри кивнул, отодвинул кресло Драко так, чтобы не заставлять Нарциссу нервничать из-за вторжения в ее личное пространство. Вероятно, у нее есть и другие поводы для волнения.

— Мадам Малфой. Надеюсь, что не отниму у вас много времени.

Нарцисса кивнула и слабо улыбнулась.

— С вашего позволения, я буду записывать ваши показания. Куда я могу это положить? — Гарри показал ей пергамент и самопишущее перо.

Губы Нарциссы округлились, изобразив слабое «О». Она огляделась, затем хлопнула в ладоши.

— Убери это, — велела она появившемуся эльфу, указывая на поднос с чайным прибором, стоявший на изящном столике розового дерева.

— Может быть, вы хотите чаю? Или кофе? — добавила она, спохватившись. — Так невежливо с моей стороны… из-за болезни я сама не своя.

Гарри обернулся к Колину. Тот отрицательно качнул головой. Гарри вспомнил об инциденте с Тонкс и невольно улыбнулся.

— Спасибо, ничего не нужно. Мы не станем надолго вас задерживать, тем более, что вы плохо себя чувствуете.

— О, это просто… слабость, — руки Нарциссы судорожно сжались.

Да что же она так нервничает? Гарри посмотрел на тонкие, прозрачные пальцы. О том, чтобы она могла задушить энергичную, крепкую журналистку, и речи не было. Если только с применением какого-то заклинания. Но эксперты клялись, что в доме, где произошло убийство, применялось единственное заклинание — убийца очистил пол, заботясь о том, чтобы не оставить следов на пыльном полу. В желудке Скитер не нашли ничего, кроме остатков ужина. Значит, ее не напоили зельем, которое могло бы ее усыпить или ослабить ее внимание. Нет, она вполне могла сопротивляться, если бы нападение не было так неожиданно, а убийца — так силен.

— Вот, положите пергамент сюда, — Нарцисса махнула рукой в сторону освободившегося столика. — О, Мерлин, бедная Рита…

— Зачем вы с ней встретились, мадам Малфой?

— Просто столкнулись на улице. Она пригласила меня зайти в «Савой», выпить чашку чая. Конечно, она жутко, неприлично любопытная… была, — Нарцисса нервно облизнула губы. Гарри ободряюще кивнул.

— Да, мы все знаем, какая она была. Значит, она задавала вам вопросы?

— Сначала — нет. Мы болтали об общих знакомых… сплетничали, — Нарцисса слабо улыбнулась, — я ведь нигде не бываю, а новости узнать хочется.

Она снова улыбнулась, той же призрачной улыбкой, и Гарри вдруг понял, почему Колин в свое время пожалел эту усталую, стареющую женщину.

— Ну вот, — Нарцисса опустила глаза и рассеянно намотала на палец прядь волос. — Потом я похвасталась моими розами — я начала разводить розы в оранжерее. Они цветут круглый год… Потом она стала выспрашивать, как мы живем, про Люциуса, про Драко… сначала осторожно, потом все настойчивее — как гиена, которая кругами ходит вокруг добычи. Я знаю, что нельзя так говорить, — но какая она все-таки была неприятная! Стала вдруг намекать на какие-то отношения между Драко и Северусом. О Мерлин, Северус — крестный Драко, и всегда заботился о нем, как о собственном сыне! Какие еще отношения между ними могут быть!

Скулы Нарциссы порозовели, в глазах вспыхнула злость, и Гарри подумал, что слухи о слишком теплых отношениях между Снейпом и младшим Малфоем, возможно, не так уж беспочвенны.