Контроллер

Женщина сразу же вышла из состояния шока и подбежав к парню, выхватила у него из рук иглу, попытавшись привести его в чувства.

— РЕН, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ!

Игла с нитью свисала с щеки парня. Разозлившись, он начал силой выталкивать мать из ванной комнаты, запираясь внутри.

— РЕН, ПРЕКРАТИ! НЕ НАДО, ОТКРОЙ ДВЕРЬ!.

Парень не слышал ее и продолжал накладывать шов. Уже поздно, Рен принял свое решение — он пойдет по пути Клокворк и никто ему не помешает.

Абигейл, позвонив в скорую, выбежала из дома к соседям. Добежав до одного из домов, женщина начала стучаться в дверь и звать Мистра Герольда.

Через несколько минут свет в окнах зажегся и сонный мужчина одетый в майку и шорты открыл дверь.

— Ммгх, Абигейл? Что случилось?

Женщина схватила его за руку и мужчина заметил на ней пятна крови.

— Там мой сын — Рен! Он заперся в ванной и не открывает дверь!

Мужчина быстро отправился за Абигейл. Он знал, где расположены комнаты в доме, так как иногда помогал им с ремонтом. Подойдя к двери ванной, мужчина начал звать парня и дергать за ручку, но поняв, что это бесполезно, тот начал выбивать дверь, сильными ударами ногой.

Через несколько минут Геральд с разбегу выбил дверь, она слетела с петель. На полу, в маленькой луже запекшейся крови, лежал Рен.

Женщина подбежала к парню и попыталась привести его в сознание, мужчина же присел и опрокинув руку парня к себе на плечо, приподнял его. Услышав звуки сирен, Абигейл быстро вышла из дома, чтобы встретить медиков.

Вскоре, они поместили Рена в машину скорой помощи. Во время этого парень начал приходить в себя и открыл глаза. Мать ужаснулась, увидев его безумный взгляд. У парня случилось кровоизлияние глаз, из-за давления и других проблем со здоровьем, белки были залиты кровью. Рен очнулся и пытался встать, говоря какой-то бред о контроле и мести, но парамедики пытались заткнуть парня, отчего тот начал сопротивляться. После укола успокоительного, парень начал медленно успокаиваться и засыпать.

На утро, Рен медленно открыл глаза, яркий белый свет ударил в лицо. Он попытался закрыть лицо рукой, но не смог этого сделать. Руки, ноги и живот парня был привязаны ремнями к кровати, чтобы тот не смог навредить себе или сбежать. Рен начал сильнее дергаться и вырываться, но это было бесполезно. На шум в палату прибежала мать парня, которая все это время стояла в коридоре. Увидев Абигейл, Рен начал злобно рычать и биться в конвульсиях, пытаясь освободиться от ремней. Медсестра, проходившая мимо увидела это и позвала врача. Врач, который вскоре вошел в палату, вывел женщину оттуда, чтобы не провоцировать пациента.

Рен почувствовал на своих щеках пластыри и вату.

— Что вы сделали со мной!?.

Врач встал перед парнем и сказал, что швы не сняли, так как Рен слишком сильно повредил щеки, и если бы они решили снять швы, то они порвались бы. Рен услышав это, начал смеяться, а из под пластырей потекла кровь,

Врач же вышел из кабинета,а медсестра — молодая девушка, сделала парню укол с успокоительным, чтобы он уснул и не напрягал щеки. Вытерев кровь с лица и заменив пластыри, медсестра вышла из палаты. Она сказала Абигейл ехать домой и отдохнуть, убедив, что если что-то произойдет — они обязательно позвонят ей.

Абигейл кивнула, и забрав из палаты свою сумку и одежду, ушла домой, чтобы больше не злить сына, когда тот снова очнется.

Рен в это время лежал как овощ, смотря в потолок и погрузившись с головой в воспоминания.

Он думал о своей старой подруге Керин, которая закончила свою жизнь суицидом в прошлом году. Парень до сих пор испытывал вину из-за того, что он никак не смог помочь ей.

Разум вырисовывал их старую переписку, где парень задавал подруге вопросы, чтобы девушка рассказала о своих проблемах.

«Я хочу спать. Снова просыпаюсь в 9. Ладно. Надо встать, это выходные и нужно хоть что-то сделать. Что-то не так. Я по прежнему сонная. Осматриваюсь, в комнате темно, как всегда. Мне тяжело. Ох как тяжело… Что-то не так. Замутненное сознание, я хожу — брожу, но ничего не могу сделать. Включаю свет, как всегда слёзы, и тут я понимаю, что в моей комнате нет ничего интересного…»

Хочется есть. Ладно. Не… К черту, я ничего не хочу. Полежать и поиграть. Телефон сел. Отлично… Может спать? Не, я не усну. Ясно. Что-то мне не хорошо… Тошнит. Не буду есть в принципе. Проходит час, и я понимаю в чём дело, но мне плевать. Реально, зачем беспокоиться, всё равно это… Ох, точно, это будет длиться несколько недель, месяцев.

Депрессивный эпизод. Я хочу жить по новому, вместе со своим другом, чтобы никто не болел. Я так устала.. Ничего, я ничего не могу, я ничего не умею. Почему я такая больная?… Искалеченная.. не могу ходить, так еще и моральный инвалид.

Мне очень плохо. Давящая пустота, нужно попытаться снова окружить себя любимым делом — порезать конечности, чтобы кровь стекала и капала на пол. Я люблю видеть кровь: собственную или чужую…