Король и Шут

Таверна оказалась огромной, в полтора десятка столов на первом этаже и в десяток на балконе второго. На деревянных перилах которого крепились масляные лампы. Такой архитектурной задумке позавидовал бы Йохан из Броумена. Посетители верхнего яруса могли наблюдать за теми, кто гулял ниже их, да и музыкантов видно хорошо, если таковы тут имеются. Единственный минус такого обустройства — падать высоко, если драка начнется, шею запросто свернуть можно. А в том, что буза будет, шут даже не сомневался. Что за гульбище без зуботычин, пары сломанных ребер и десятка выбитых зубов?! Зачем вообще тогда приходить сюда и надираться до поросячьего визга? Драка — это народная забава, без нее никак нельзя.

За столами сидело довольно-таки много посетителей, но и свободных мест хватало. Фрэд и Даниэль заняли места, а Прохор прямиком направился к стойке, за которой плешивый толстяк протирал тряпкой свежевымытые пивные кружки. Глядя на хозяина, шут подумал, что, возможно, всех трактирщиков выращивают на каком-нибудь острове, ибо они все выглядят одинаково: маленькие, толстые и лысые, разнятся они только наличием усов. И, как правило, у них весьма привлекательные жены!

Именно одна из таких пышногрудых красавиц проплыла через трапезный зал, направляясь к новым посетителям, которые заказали три тарелки тушеного мяса и круг хлеба помимо всего прочего. Естественно, не считая обязательного минимума: пива с сухарями.

Прохор проводил женщину взглядом и с улыбкой посмотрел на хозяина заведения. Тот же, наоборот, нахмурился и сдвинул брови, мол, только дай мне повод, я тебе оторву все, что болтается.

— Приветствую, уважаемый, — шут кашлянул в кулак, якобы случайно показывая перстень с королевской монограммой. Этот факт не ушел от внимания толстяка. — Нам бы комнату снять. Вы можете помочь?

— Конечно, — тут же расплылся в улыбке тот. — Моя гостиница — лучшая на всем Западном рубеже. Не верите — спросите у кого угодно!

— От чего же, верю, — сказал Прохор, подбрасывая в руке кошель. — Значит так: на завтрак мы предпочитаем хорошее вино и жульен с отварным картофелем. Будить нас не надо. Но предупреждаю, встаем мы рано.

Хозяин кивнул.

— Я тоже. Меня, кстати, зовут Йохан.

Этот факт вновь заставил шута задуматься о своей догадке. Проигнорировав последнюю фразу трактирщика, он вернул к друзьям, которые уже пили пиво, принесенное женой хозяина. Прохор сел и сразу осушил кружку наполовину, после чего смачно рыгнул и утер губы рукавом куртки.

— Сейчас поедим и приступим к сбору информации.

Пока троица, как и прочие посетители, набивали животы, в харчевне появились музыканты. Двое из них играли на мандолинах, двое на скрипках, а трое на рожках. Одеты они были в обычные платья, в которых ходят горожане. Едва зазвучала музыка, Прохор понял, что он вот-вот заснет. На разные голоса артисты запели что-то заунывное, мало того, они еще принялись ходить между сТо ликами, а завсегдатае стали кидать им монеты в кружки, притороченные к поясным ремням. Шут поискал в кошеле деньгу поменьше и подал голосящему мужику с впалыми щеками и трехдневной щетиной.

— Как их еще не убили, — подметил мастер, пережевывая мясо. — От такой музыки может расстройство желудка случиться. У меня уже там бурчать начало.

— Надо им денег дать, чтоб они заткнулись, — сказал писарь, хлебая пиво, которое стекало у него по подбородку и капало на колет.

Шут вытер руки о полотенце, которое прилагалось к заказу.

— В следующий раз надо будет наших сюда привезти, да? — Он посмотрел на своих спутников, и те закивали. — Пусть покажут местным, как играть и петь нужно.

— Это точно!

— Ага!

Прохор повернулся в пол оборота и постучал по плечу одного из посетителей, что сидел за последним сТо ликом. Им оказался почтенный гражданин с окладистой бородой, в дорогих одеждах и меховой шапкой на голове. Он только повернул голову и пробасил.

— Чаво тебе надо?

— Уважаемый, вы местный?

Тот нахмурился и переспросил.

— А какая разница? Если ты что-то имеешь против того, что я не из здешних мест, то говори прямо. Я, в свою очередь, готов тебя переубедить, — и он помахал кулаком, размером с тыкву, перед носом Прохора.

Шут и ухом не повел.

— Дядя, тебе вопрос задали конкретный и надеялись получить прямой ответ, а ты юлить начал, как шпион какой. Не местный, так и скажи, а если у тебя кулаки чешутся — это другой разговор. Я бы поддержал вашу идею, но, к сожалению, у меня дел много, не до этого сейчас. А посему не тратте мое время, отвернитесь и не смотрите в нашу сторону.

Прохор прекрасно понимал, что провоцирует мужика на драку, но по-другому разговаривать он не умел. И если здоровяк ударил хотя бы один раз, то он, шут, собрал бы все столы в кучу и возможно потерял бы сознание. Но бородач тоже не был дураком, к чему неприятности, тем более такой щуплый противник не стал бы борзеть, не имея за спиной какой-либо поддержки. Вон, перстень дорогущий на руке. В общем, драки не случилось, что несказанно расстроило всех, кто слышал разговор и надеялся на обратное.