Король и Шут

Сопровождение не отставало до самой Дворцовой площади, и лишь завидев у входа в замок самого короля, ватага остановилась. Малыши стали переглядываться, потом поклонились Генриху и, пятясь как раки, испарились, шепча друг другу.

— Король!

— Сам Государь!

— Никто не поверит!

Правитель Серединных Земель медленно двинулся навстречу шуту, поправляя корону, что норовила свалиться. Прохор улыбался краешком губ и потирал о портки взмокшие от волнения ладони. Фрэд плелся чуть позади. Наконец, король воскликнул.

— Мой шут! — и заключил того в объятия. — Ты живой!

Весельчак крякнул. Сюзерен хоть и был стар, но, как говориться, дури в нем еще хватало.

— Ты меня сейчас задушишь, Онри, — прохрипел балагур. Писарь безмолвной тенью проплыл мимо и поспешил скрыться во дворце.

— Давай уже, рассказывай, что там стряслось. Слухи слухами, но хочется услышать все из первых уст. Как же я скучал! — и Генрих снова сжал своего любимчика.

Прохор кое-как вырвался и, нахмурившись, сказал.

— Можно, Ваше Величество, я сначала смою с себя всю дорожную пыль, загляну на кухню и еще кое-куда, — Он подмигнул королю.

Тот глупо улыбнулся, прикрыл рот ладонью и посмотрел по сторонам, словно за разговором мог кто-то наблюдать.

— Шалун! Только не задерживайся, — Сюзерен приобнял слугу и жестом предложил пойти в замок. — Спасу нет, как хочется про твои подвиги услышать. Да, я в твою честь бал устраиваю и праздничный обед, так что про кухню забудь, отобедаем в Трапезном Зале. Только за мной зайти не забудь.

Августейший приподнял свою горностаевую мантию, чтобы не запутаться в ней и не упасть, как уже случалось, и направился к входу. Прохор, покачав головой, двинулся следом, всматриваясь в дворцовые окна, на стеклах которых плясали солнечные блики. В одном из них он увидел, как качнулась занавесь, и мелькнула тень. Его ждали.

Дверь приоткрылась, и по коридору пролетел шепот тех, кто вовсе не хотел, чтобы их увидели вместе.

— Ну задержись еще на чуть-чуть, никуда твой король не денется, и дичь не улетит, она жареная, — уговаривал кого-то женский голос.

Ей ответил суховатый мужской.

— Я непременно вернусь, обещаю. Сейчас он начнет меня искать, ты же его знаешь.

— М-м, — обиженно произнесла дама. — Ты меня больше не любишь.

Раздался тяжелый вздох.

— Не начинай, пожалуйста. Все, я побежал, — по коридору разнесся звук поцелуя.

Через мгновение из-за двери тихонько выскользнул Прохор в черно-красном шутовском наряде, сжимая колпак. Рука, пытавшаяся его удержать, скрылась в темноте, после чего створа закрылась. Бубенчики на башмаках с загнутыми носами и угловатом вороте предательски звякнули. Насвистывая веселую мелодию, весельчак вприпрыжку пересек коридор, увешанный портретами, остановился у огромного зеркала в позолоченной раме, привел себя в порядок и поклонился отражению. Только он собрался постучать в массивные створы, что находились тут же, как за его спиной скрипнули петли, и из-за приоткрытой двери буквально вывалился писарь, который на ходу поправлял рубаху и застегивал колет.

— Опаньки! — искренне удивился шут. — А ты здесь чего делаешь?

— Я это… — Фрэд шмыгнул носом. — Того… Музыкантов ищу.

— Тут? Ты, часом, ничего не перепутал? Они на первом этаже, а тут королевские апартаменты, да покои фрейлин. Даже я в коморке под крышей живу.

Фрэд стушевался.

— Заблудился малость. Пойду я, пожалуй, — Он нацепил берет с новым павлиньим пером, ибо старое потерял, когда спасал изобретателя.

— Ага, — Прохор проводил взглядом летописца, пока тот не скрылся за углом и, покачав головой, вошел в покои короля.

Сюзерен сидел возле окна и читал книгу, слюнявя палец и перелистывая страницу. Едва на пороге возник шут, увесистый том, словно пушинка, улетел на кровать, а сам Государь вскочил со стула, обошел шахматный сТо лик и вновь заключил любимца в объятия.

— Изольда! — крикнул Августейший так, что Прохор едва не оглох. — Мы ждем тебя в Обеденной зале, поторопись!

За стеной раздался грохот, и еле слышный голос ответил.

— Одеваюсь уже!

Король и шут переглянулись.

— Ты не забыл моей просьбы? — вдруг спросил Генрих, и весельчак непонимающе посмотрел на хозяина. — Ну на счет голубя…

— Какого голубя?

— Такого! — сквозь зубы выдавил Августейший. — От которого моя супруга понесла. Кстати, совсем недавно опять странные звуки из ее покоев раздавались, еще и часа не прошло. Видимо, опять кошмар.

Прохор понимающе кивнул.

— Сегодня на балу у нее прямо и спрошу. Она будет расслаблена, и тут главное неожиданность. Проговорится. Да ты и сам можешь поинтересоваться, а потом сравним.