Королева бала

Алина, считавшая, что все еще держит меня на коротком поводке, всячески демонстрировала свою немилость. Да пофиг. Достала. Давно бы свалил из нашей компашки, превращенной девушкой в подобие королевской свиты, но кое-что меня держало. Сандра. Некрасивая подруга, резко похорошевшая. Сандра не распространялась, как ей это удалось, но она внезапно похудела. Задорные ямочки продолжали играть на щеках, а вот лишние сантиметры с талии стаяли, словно прошлогодний снег. Веснушчатое, вечно покрытое неровным румянцем лицо побледнело, а губы, наоборот, стали яркими и чересчур пухлыми. Об этих губах я не мог перестать думать последние несколько недель. Даже глаза девушки в моем воображении сменили цвет с невнятного бутылочного на благородный карий с оттенком красного дерева.

Проблема в том, что Сандра у нас верная подруга. Алина ее и раньше шпыняла, почем зря, а в последнее время особенно. Но эта глупышка только преданно в глаза «королеве» заглядывает и доводов разума слушать не хочет. Сегодня на большой перемене я попытался взять роль разума на себя. А после уроков ко мне подвалили друзья — теперь, похоже, уже бывшие — и доходчиво объяснили, что следует делать гласу разума. А именно: молчать в тряпочку, склоняясь перед королевской волей. Иначе… Ну их всех. Полгода осталось, потом свалю в техникум. В другом городе. Я уже все продумал. Мединститут мне с зарплатой матери не светит, а вот через техникум есть шанс пробраться на бюджет. На пару лет дольше, но я не спешу.

— Ты должен беречь себя, — Клара нахмурилась.

— Мне больной не нужен.

Достала, заноза мелкая.

Я присел, оказываясь на одном уровне с девочкой. Сощурился внимательно глядя ей в глаза.

— Послушай, мелочь, — начал я, выбрав тон посуровее.

— Тебе не кажется, что шутка затянулась? Ну кто тебе сказал, что ты мне нравишься? Я малолетками не интересуюсь. Да у меня, может, уже есть девушка, — тут я немного приврал, но был твердо намерен исправить положение в ближайшее время. Через пару дней дурацкий школьный бал, вот тогда и объяснюсь с Сандрой.

— Поосторожнее с такими словами, — предупредила Клара, хлопая белыми ресницами.

От пристального взгляда ее блеклых глаз стало не по себе. А малявка, зная о произведенном эффекте, взгляд не отводила, медленно растягивая губы в многообещающей улыбке. По спине побежала струйка холодного пота. Голову тисками сжала мысль, что может случиться нечто непоправимое, если я… Пока соображал, что «если», Клара сделала шаг вперед, вытягивая губы для поцелуя. Я так опешил, что даже не успел вовремя среагировать: ледяные губы девочки скользнули по моим.

Вскочил, отталкивая малявку и яростно вытирая рот рукавом. Клара не устояла на ногах и шлепнулась в лужу, расплескивая ржаво-красные брызги глинистого болота. Даже не пытаясь подняться, она рассмеялась, слизывая капельку моей крови, оставшуюся на верхней губе. Медленно и нарочито.

Поежившись от внезапно нахлынувшего ужаса, я поспешил к подъезду.

— Ты вернешься, — раздалось вслед многообещающе.

Перекатываю буровато-красную горошину на ладони. Невесомый гладкий шарик скользит, глянцево поблескивая. В голову настойчиво лезут ассоциации с капелькой крови.

— Да не ссы ты. Забористая шняга. Реально улетишь с этой горошины. И главное — никаких последствий, — Михай подтолкнул меня под руку.

— Давай быстрее, вдруг шмон.

В дымном полумраке школьного туалета улыбка одноклассника показалась оскалом. Похоже, сам Михай уже закинулся.

— Чувак, не расстраивай меня, — настаивал он, видя, что я продолжаю колебаться.

— Знаешь, сколько эта дурь у барыги стоит? А я нашару раздобыл.

Конечно. Если на шару, то нужно в рот тянуть всякую дрянь. Хотя… Что я теряю? Вечер и так паршивый — дальше некуда. Скука смертная, бухло пронести не удалось, Сандра продинамила. Договаривались же, что зайду за ней, но к моему приходу подруги дома уже не было. Я все равно приперся на чертов «бал». Девушка шушукалась с Алиной, скучающе поглядывающей на вяло мнущиеся по центру спортзала под очередной «медляк» парочки. Не желая подходить к Алине, помахал Сандре издалека, но та сделала вид, что не замечает.

Дверь туалета резко распахнулась. Я поспешно сунул в рот горошину и сглотнул. Ложная тревога. Всего лишь Эчи, судя по шатающейся походке, где-то доставший спиртное.

Медляки закончились, на помосте-сцене топтались наши отличнички-активисты. Кажется, назревает полоса занудных конкурсов и прочих атрибутов детского утренника.

— Настал черед главного события нашего вечера! — визгливо провозгласила Николеточка.

— Вы все сегодня голосовали, отдавая свои голоса самой красивой девушке вечера. И теперь пришла пора объявить нашу Королеву бала!

Женская половина зала взорвалась исполненными надежды аплодисментами.

— И ей становится… — Василь сделал эффектную паузу.

— Алина!

Вот теперь овации стали действительно бурными. Старались наши. Картинно зардевшаяся «королева» принимала поздравления.

— А еще у нашей Королевы послезавтра день рождения. Шестнадцатилетие. От всей души поздравляем! — завершила речь Николета.