Фандом: Гарри Поттер. Гермиона идет на Бал. Но не с Крамом. Что она потеряет этой немного сумасшедшей ночью, а что приобретет — читайте и узнаете.
50 мин, 36 сек 2274
— Эта девушка! Которую он пригласил. Она же должна была попасть просто в ужасную ситуацию. Гарри заболел буквально в последний момент перед праздником. И что же ей теперь было делать? Получается, что из-за его болезни она проторчала у себя в комнате целый вечер! Это и правда ужасно!
Профессор вдруг выпрямилась на стуле.
— Вы говорите, мистер Поттер заболел? Прямо перед праздником? И вы верите в это?
— А почему я должна этому не верить? Его же не было на Балу.
— Знаете что, мисс Грейнджер? — в голосе Макгонагалл вдруг зазвенели строгие нотки. — Иногда надо отрываться от учебников и оглядываться по сторонам!
— Я… не понимаю… — она была искренне растеряна.
— Вот что! Вы говорили, что Гарри заболел? Значит, он в больничном крыле? Прекрасно! Ну так сходите и проведайте его прямо сейчас.
— Сейчас? Но сейчас уже ночь, он, наверное, давно спит.
— Мне почему-то кажется, что он не спит.
— Из-за своей болезни?
— Д… да, из-за болезни… Идите прямо сейчас и нигде не задерживайтесь, нечего юной девушке бегать среди ночи по замку в одиночестве. Идите же!
Она сделала пальцами отсылающее движение.
— Гляди, это же Керли Дюк! — Рон буквально подпрыгнул на месте.
Для Гермионы это было пустым звуком, все музыканты «Ведуний» для нее были на одно лицо — длинноволосые и неопрятные. Она не одобряла их образ и поведение и не сходила с ума по их музыке, хотя отвращения тоже не испытывала. Группа как группа. Но для Рона они были кумирами, поэтому, стоило им появиться вблизи сцены, как он немедленно впился в них глазами. Они уже подошли к сцене поближе, ожидая начала выступления, но пару музыкантов задержала группа фанатов, окруживших их плотным кольцом с восторженными криками.
— Послушай, я на минутку, ладно? Только возьму у него автограф и тут же назад. Хорошо?
Рон рванул в толпу, а она осталась одна, слегка растерянно глядя по сторонам. Вокруг нее на некотором расстоянии стояли пары, и ей стало немного неуютно в одиночестве посреди пустого участка танцпола. Она машинальным движением обняла себя за плечи, с нетерпением ожидая возращения Рона, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. И даже не один. Она обернулась. Группка студентов расположилась поодаль, и сразу было очевидно, что они обсуждают именно ее. В центре возвышался… Виктор Крам, собственной персоной, не отрывающий от нее глаз. Он держал под руку свою партнершу из Шармбатона, которая с улыбкой смотрела то на него, то на Гермиону. Рядом стояли и что-то оживленно обсуждали пара его друзей со своими спутницами, один из них был тот самый, что успел с ней потанцевать. И тут же вполоборота стояла Флёр Делакур, указывая пальчиками через плечо в ее сторону, не на нее прямо, это было бы невежливо, но так, что не оставалось никаких сомнений, кого она имеет в виду.
Стало совсем неловко, она почувствовала, как розовеет. Что такого в ней они могли обсуждать? Она бегло осмотрела себя, всё ли в порядке с ее гардеробом, даже сделала попытку заглянуть за спину, но решила, что будет совсем похожа на дурочку. Вроде бы, никакого беспорядка в одежде не обнаруживалось, но мало ли что эти старшие студенты, успешные и самоуверенные молодые люди, да еще иностранцы, нашли такого, чтобы над ней посмеяться. То, что они именно смеялись, и именно над ней, она почти не сомневалась, с чего бы еще им ее обсуждать?
Она за своей смущенной паникой даже и не заметила, как Крам отделился от своих знакомых и оказался буквально в двух шагах от нее.
«Ну вот, дождалась!» Теперь они точно устроят какую-нибудь злую шуточку. Где же этот Рон?!
Она уже едва не бросилась удирать, чтобы избежать возможных насмешек, но, судя по выражению лица Крама, непохоже было, что он задумал шутку. Да и момент для бегства был упущен, он уже обратился к ней, протягивая большую ладонь.
— Разрешить с вами потанцевать? — произнес он, и она обомлела.
«Он что — серьезно?!»
Она потерянным движением указала куда-то себе за спину.
— Мой… мм… спутник…
И в этот момент заиграла музыка.
«Что ж, Рон виноват сам, что оставил меня тут одну!» — как бы оправдываясь, подумала она и схватилась за пальцы болгарина.
Гарри в черных брюках и белой рубашке лежал на больничной койке поверх одеяла, подложив под затылок собственные ладони и уставившись в потолок. Черная праздничная мантия свешивалась через спинку кровати. Больше в громадной палате не было ни души. Все остальные приболевшие предпочли преодолеть свои недуги и отправиться на Святочный Бал.
— О, это ты, Гермиона! — воскликнул Гарри с удивлением, немедленно садясь на кровати. — Ты почему здесь?
— Вот, пришла тебя проведать. Как ты себя чувствуешь?
— Уже нормально, не волнуйся.
— Как тебя угораздило? Отравился чем-то?
— Наверное, — он замялся. — А… где Рон?
— Не знаю, — она отвернулась, смахивая внезапно появившуюся слезинку.
— Эй, Гермиона, ты что, плакала?
— Нет, нет, — она изо всех сил постаралась взять себя в руки.
Хорошо еще, что волшебная косметика не размазывалась, а не то давно пришлось бы бежать в уборную, смывать ужас с лица.
Профессор вдруг выпрямилась на стуле.
— Вы говорите, мистер Поттер заболел? Прямо перед праздником? И вы верите в это?
— А почему я должна этому не верить? Его же не было на Балу.
— Знаете что, мисс Грейнджер? — в голосе Макгонагалл вдруг зазвенели строгие нотки. — Иногда надо отрываться от учебников и оглядываться по сторонам!
— Я… не понимаю… — она была искренне растеряна.
— Вот что! Вы говорили, что Гарри заболел? Значит, он в больничном крыле? Прекрасно! Ну так сходите и проведайте его прямо сейчас.
— Сейчас? Но сейчас уже ночь, он, наверное, давно спит.
— Мне почему-то кажется, что он не спит.
— Из-за своей болезни?
— Д… да, из-за болезни… Идите прямо сейчас и нигде не задерживайтесь, нечего юной девушке бегать среди ночи по замку в одиночестве. Идите же!
Она сделала пальцами отсылающее движение.
— Гляди, это же Керли Дюк! — Рон буквально подпрыгнул на месте.
Для Гермионы это было пустым звуком, все музыканты «Ведуний» для нее были на одно лицо — длинноволосые и неопрятные. Она не одобряла их образ и поведение и не сходила с ума по их музыке, хотя отвращения тоже не испытывала. Группа как группа. Но для Рона они были кумирами, поэтому, стоило им появиться вблизи сцены, как он немедленно впился в них глазами. Они уже подошли к сцене поближе, ожидая начала выступления, но пару музыкантов задержала группа фанатов, окруживших их плотным кольцом с восторженными криками.
— Послушай, я на минутку, ладно? Только возьму у него автограф и тут же назад. Хорошо?
Рон рванул в толпу, а она осталась одна, слегка растерянно глядя по сторонам. Вокруг нее на некотором расстоянии стояли пары, и ей стало немного неуютно в одиночестве посреди пустого участка танцпола. Она машинальным движением обняла себя за плечи, с нетерпением ожидая возращения Рона, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. И даже не один. Она обернулась. Группка студентов расположилась поодаль, и сразу было очевидно, что они обсуждают именно ее. В центре возвышался… Виктор Крам, собственной персоной, не отрывающий от нее глаз. Он держал под руку свою партнершу из Шармбатона, которая с улыбкой смотрела то на него, то на Гермиону. Рядом стояли и что-то оживленно обсуждали пара его друзей со своими спутницами, один из них был тот самый, что успел с ней потанцевать. И тут же вполоборота стояла Флёр Делакур, указывая пальчиками через плечо в ее сторону, не на нее прямо, это было бы невежливо, но так, что не оставалось никаких сомнений, кого она имеет в виду.
Стало совсем неловко, она почувствовала, как розовеет. Что такого в ней они могли обсуждать? Она бегло осмотрела себя, всё ли в порядке с ее гардеробом, даже сделала попытку заглянуть за спину, но решила, что будет совсем похожа на дурочку. Вроде бы, никакого беспорядка в одежде не обнаруживалось, но мало ли что эти старшие студенты, успешные и самоуверенные молодые люди, да еще иностранцы, нашли такого, чтобы над ней посмеяться. То, что они именно смеялись, и именно над ней, она почти не сомневалась, с чего бы еще им ее обсуждать?
Она за своей смущенной паникой даже и не заметила, как Крам отделился от своих знакомых и оказался буквально в двух шагах от нее.
«Ну вот, дождалась!» Теперь они точно устроят какую-нибудь злую шуточку. Где же этот Рон?!
Она уже едва не бросилась удирать, чтобы избежать возможных насмешек, но, судя по выражению лица Крама, непохоже было, что он задумал шутку. Да и момент для бегства был упущен, он уже обратился к ней, протягивая большую ладонь.
— Разрешить с вами потанцевать? — произнес он, и она обомлела.
«Он что — серьезно?!»
Она потерянным движением указала куда-то себе за спину.
— Мой… мм… спутник…
И в этот момент заиграла музыка.
«Что ж, Рон виноват сам, что оставил меня тут одну!» — как бы оправдываясь, подумала она и схватилась за пальцы болгарина.
Гарри в черных брюках и белой рубашке лежал на больничной койке поверх одеяла, подложив под затылок собственные ладони и уставившись в потолок. Черная праздничная мантия свешивалась через спинку кровати. Больше в громадной палате не было ни души. Все остальные приболевшие предпочли преодолеть свои недуги и отправиться на Святочный Бал.
— О, это ты, Гермиона! — воскликнул Гарри с удивлением, немедленно садясь на кровати. — Ты почему здесь?
— Вот, пришла тебя проведать. Как ты себя чувствуешь?
— Уже нормально, не волнуйся.
— Как тебя угораздило? Отравился чем-то?
— Наверное, — он замялся. — А… где Рон?
— Не знаю, — она отвернулась, смахивая внезапно появившуюся слезинку.
— Эй, Гермиона, ты что, плакала?
— Нет, нет, — она изо всех сил постаралась взять себя в руки.
Хорошо еще, что волшебная косметика не размазывалась, а не то давно пришлось бы бежать в уборную, смывать ужас с лица.
Страница 5 из 14
