Короткие каштановые кудри

Малфой стоит напротив — скованный и напряжённый, затянутый в чёрные одежды, словно жнец, и протягивает ладонь. Она вспоминает слова мужа о том, что все заслуживают второго шанса, и что не всем везёт остаться сиротой, — на этих словах она всегда больно толкает его под рёбра, но когда Гарри продолжает свою мысль, любые планы о моментальном убийстве супруга исчезают из головы. Он говорит, что не уверен, как поступил бы, будь его родители живы. Смог ли геройствовать? Пойти на верную смерть, оставив их одних? Решился бы поставить всеобщее счастье выше своего собственного? Гермиона никогда не понимала его самоотверженности и способности к самоотречению, но стоило ему однажды сказать об этом, всё тут же встало на свои места. Гарри просто нечего было терять. Да, у него были друзья — она, Рон, Джинни, Невилл и другие. У него были все Уизли, которые заменяли ему семью, был Хагрид, Дамблдор, в конце концов. У него когда-то давно даже Сириус был — Гарри не может говорить об этом спокойно до сих пор, — но он всегда оставался сиротой. Чувствовал себя сиротой. Одиноким, чужим, лишённым заботы и родительской любви мальчиком, на которого внезапно свалилась слава и сопутствующие ей трудности. У него не было выбора так же, как его не было у Драко, — Гермиона молчаливо это принимает, пусть и не всегда может понять. И если Гарри хочет дать Малфою шанс, что ж, она тоже это сделает. Ведь они всегда всё делают вместе. Вдвоём.

Гермиона и Гарри.

Гарри и Гермиона.