Фандом: Сотня. В первой главе все начинается с Мёрфи и инопланетного существа, но чем дальше — тем больше персонажей, приключений и остросюжетки. Таймлайн от первого сезона до пост-третьего. Первая глава — полностью от лица инопланетного существа, вторая — пополам его взгляд и взгляд Мёрфи, далее — Мёрфи, Беллами, Кларк, Вика и остальных.
159 мин, 41 сек 19367
Тирр прекрасно понимала, что Мёрфи может не сдержать обещание. Даже если будет готов пойти на все ради этого — в чем кошка тоже отнюдь не была уверена. Как и не забывала о том, что стоит на кону. С вероятностью в одну треть через пятнадцать лет в этот мир рухнет инопланетный корабль с последними представителями своей расы, сбежавших после разрушения собственной планеты. Ну или в любой из двух соседних миров — с равной вероятностью. Корабль летел где-то там между звезд, его курс и скорость движения были предопределены. И для кошки это было уже видимое будущее. Только на Земле много измерений, и они слишком близко располагаются друг к другу. Точно сказать, в какое из них упадут беглецы, не мог даже рурр.
А через те же пятнадцать лет с вероятностью пятьдесят на пятьдесят бывших ковчеговцев будет возглавлять Беллами Блейк. Если, конечно, доживет до этого. Да, корабль может уйти в соседнее измерение или главой людей будет не Беллами, но если эти оба события совпадут, то тогда уже больше девяносто процентов на то, что ради защиты человечества Беллами Блейк полностью уничтожит чужую расу. Не потому что не будет другого выхода, а всего лишь из перестраховки — как вместе с Пайком недавно вырезал триста спящих союзников-аборигенов. И кошка видела, что даже при наилучших раскладах, учитывая «перевоспитание» от Мёрфи, эта последняя, самая значимая вероятность все равно не упадет ниже пятидесяти. И возможная цена этого выбора — гибель целой расы, для которой, между прочим, высокий уровень радиации — вообще не помеха.
И, по-хорошему, ни в коем случаем нельзя было спасать расу людей, почти уничтоживших эту планету, подставляя под удар, возможно, естественно-следующих хозяев этого мира. Это как спасти динозавров и пресечь возможность появления человечества в отдельно взятом измерении.
Но вот только кошка давно и сознательно отказалась от оперирования макро-понятиями. На таком уровне всего не предусмотришь и всех нюансов не увидишь, и как ни старайся поступить правильно, все равно вылезут какие-нибудь косяки. Тирр не спасала местное человечество — ни разу, даже не пыталась. Она просто помогала сначала одному отдельно взятому человеку — Кайлу Вику, а потом другому — Джону Мёрфи. Вопрос лишь в том, стоили ли они помощи рурра и какой.
И пусть местное человечество в своих лучших традициях практически поголовно хочет ее или съесть, или засунуть в лабораторный бокс, для Тирр были значимы именно исключения: насколько далеко, куда и как они готовы зайти, что способны увидеть в инопланетном существе и как к нему отнестись. Реакции Вика ее вполне устраивали, но они были довольно типичны — такие энтузиасты встречались редко, но в целом регулярно. В каждом человеческом мире таких людей можно найти — надо лишь хорошенько поискать.
Но вот Мёрфи оказался куда более редким, по-своему даже уникальным явлением. И в глазах кошки это стоило риска даже при настолько высоких ставках.
В конце концов, если уже делать глупости, то размашисто и глобально. А иногда верить в людей и прочих гуманоидов — было давней и любимой азартной игрой Тирр.
Скрываясь во тьме навеса ближайшей к воротам наблюдательной вышки, Кейн смотрел, как за ворота Аркадии выезжает загруженный под завязку научным оборудованием джип, увозящий в ночь трех его лучших инженеров и техников. А за воротами их поджидает хвостатая тень, поблескивающая в лунном свете тремя зелеными глазищами.
Штатную охрану вышки он лично отпустил полчаса назад, а маневры с расписанием дежурств на воротах заметил еще вчера. И по тому, что из четверых ночных охранников сегодня троими оказались Нейтан, Брайан и Харпер, он понял, что молодежь опять что-то затевает. И если бы не запись Джаспера, то наверняка постарался бы это пресечь. Но за последние два дня он прослушал эту запись, наверное, раз десять. И чем дальше, тем больше склонялся к мысли, что, возможно, лучшее, что он сейчас может сделать — это не мешать. Хотя ставки были слишком высоки.
Но Маркус Кейн умел принимать рискованные решения.
Через три недели кошка наконец-то покинула этот негостеприимный мир — на следующий же день после отключения последней АЭС. Кошка устала как собака, набегалась в призрачном виде на три года вперед и снова укатилась в почти нулевой энергетический баланс. Но остаться хотя бы на лишние сутки или еще раз наведаться в Аркадию категорически не захотела. Ну их к сильванам гхыровым! Стоит не убраться вовремя, как опять во что-то вляпается. Лучше уж сразу валить — и да здравствует новый мир и новые проблемы. А на этот ей теперь хвостом. Всего лишь один из тысячи миров, оставленных позади. Даже якоря на возврат не оставила. Ну, по крайней мере, Тирр на это очень надеялась. Сознательно она точно не создавала, а нечаянно тоже не должно было возникнуть — хоть какая-то польза от того, что в этом мире есть только люди, а они совершенно не умеют работать с энергетикой.
А через те же пятнадцать лет с вероятностью пятьдесят на пятьдесят бывших ковчеговцев будет возглавлять Беллами Блейк. Если, конечно, доживет до этого. Да, корабль может уйти в соседнее измерение или главой людей будет не Беллами, но если эти оба события совпадут, то тогда уже больше девяносто процентов на то, что ради защиты человечества Беллами Блейк полностью уничтожит чужую расу. Не потому что не будет другого выхода, а всего лишь из перестраховки — как вместе с Пайком недавно вырезал триста спящих союзников-аборигенов. И кошка видела, что даже при наилучших раскладах, учитывая «перевоспитание» от Мёрфи, эта последняя, самая значимая вероятность все равно не упадет ниже пятидесяти. И возможная цена этого выбора — гибель целой расы, для которой, между прочим, высокий уровень радиации — вообще не помеха.
И, по-хорошему, ни в коем случаем нельзя было спасать расу людей, почти уничтоживших эту планету, подставляя под удар, возможно, естественно-следующих хозяев этого мира. Это как спасти динозавров и пресечь возможность появления человечества в отдельно взятом измерении.
Но вот только кошка давно и сознательно отказалась от оперирования макро-понятиями. На таком уровне всего не предусмотришь и всех нюансов не увидишь, и как ни старайся поступить правильно, все равно вылезут какие-нибудь косяки. Тирр не спасала местное человечество — ни разу, даже не пыталась. Она просто помогала сначала одному отдельно взятому человеку — Кайлу Вику, а потом другому — Джону Мёрфи. Вопрос лишь в том, стоили ли они помощи рурра и какой.
И пусть местное человечество в своих лучших традициях практически поголовно хочет ее или съесть, или засунуть в лабораторный бокс, для Тирр были значимы именно исключения: насколько далеко, куда и как они готовы зайти, что способны увидеть в инопланетном существе и как к нему отнестись. Реакции Вика ее вполне устраивали, но они были довольно типичны — такие энтузиасты встречались редко, но в целом регулярно. В каждом человеческом мире таких людей можно найти — надо лишь хорошенько поискать.
Но вот Мёрфи оказался куда более редким, по-своему даже уникальным явлением. И в глазах кошки это стоило риска даже при настолько высоких ставках.
В конце концов, если уже делать глупости, то размашисто и глобально. А иногда верить в людей и прочих гуманоидов — было давней и любимой азартной игрой Тирр.
Скрываясь во тьме навеса ближайшей к воротам наблюдательной вышки, Кейн смотрел, как за ворота Аркадии выезжает загруженный под завязку научным оборудованием джип, увозящий в ночь трех его лучших инженеров и техников. А за воротами их поджидает хвостатая тень, поблескивающая в лунном свете тремя зелеными глазищами.
Штатную охрану вышки он лично отпустил полчаса назад, а маневры с расписанием дежурств на воротах заметил еще вчера. И по тому, что из четверых ночных охранников сегодня троими оказались Нейтан, Брайан и Харпер, он понял, что молодежь опять что-то затевает. И если бы не запись Джаспера, то наверняка постарался бы это пресечь. Но за последние два дня он прослушал эту запись, наверное, раз десять. И чем дальше, тем больше склонялся к мысли, что, возможно, лучшее, что он сейчас может сделать — это не мешать. Хотя ставки были слишком высоки.
Но Маркус Кейн умел принимать рискованные решения.
Через три недели кошка наконец-то покинула этот негостеприимный мир — на следующий же день после отключения последней АЭС. Кошка устала как собака, набегалась в призрачном виде на три года вперед и снова укатилась в почти нулевой энергетический баланс. Но остаться хотя бы на лишние сутки или еще раз наведаться в Аркадию категорически не захотела. Ну их к сильванам гхыровым! Стоит не убраться вовремя, как опять во что-то вляпается. Лучше уж сразу валить — и да здравствует новый мир и новые проблемы. А на этот ей теперь хвостом. Всего лишь один из тысячи миров, оставленных позади. Даже якоря на возврат не оставила. Ну, по крайней мере, Тирр на это очень надеялась. Сознательно она точно не создавала, а нечаянно тоже не должно было возникнуть — хоть какая-то польза от того, что в этом мире есть только люди, а они совершенно не умеют работать с энергетикой.
Страница 43 из 44
