Фандом: Сотня. В первой главе все начинается с Мёрфи и инопланетного существа, но чем дальше — тем больше персонажей, приключений и остросюжетки. Таймлайн от первого сезона до пост-третьего. Первая глава — полностью от лица инопланетного существа, вторая — пополам его взгляд и взгляд Мёрфи, далее — Мёрфи, Беллами, Кларк, Вика и остальных.
159 мин, 41 сек 19366
— А смысл? — Тирр извилисто взмахнула хвостом. — Тогда мы вернемся к тому же, с чего начинали час назад.
Беллами с отчаянием посмотрел в побледневшее, безжизненное лицо Мёрфи. Он помнил, как кошка лечила его самого, — она может чертовски многое, но только не восстановить последствия большой кровопотери. А Мёрфи тут уже неизвестно сколько истекает кровью, и сейчас уходят последние драгоценные секунды, когда его еще можно спасти. Беллами некогда уговаривать эту хвостатую террористку. Она хотела получить его труп? Она его получит! К самому Мёрфи у нее претензий нет. Все из-за него, из-за Беллами. А когда его не станет — она поможет Мёрфи, никуда не денется. Он для нее важен — она вон даже в плен тогда ради него сдалась. Главное — успеть, пока Мёрфи еще жив.
Решившись, Беллами подобрал лежащий на земле возле Мёрфи нож и размашисто полоснул себя им по горлу.
Вернее, замахнулся. Но кошка сидела слишком близко, и коварный длинный хвост незаметно подкрался сзади. И в последний момент плашмя заехал костяным кончиком в висок Беллами, на излете еще и отбив по инерции продолжавшее движение к шее лезвие.
Беллами мешком завалился на землю. Мёрфи тут же вскинулся, не вставая на ноги, рванулся к нему и обхватил за плечи.
— Стой, куда понесся? Вот же неугомонный! — кошка легонько треснула его по затылку свернутым в петлю хвостом. — Я ведь едва контроль сердцебиения убрала. Вырубишься же от нагрузки.
Мёрфи ее проигнорировал, переворачивая упавшего Беллами на спину и проверяя пульс. Вроде бы все в порядке, но от удара хвостом на виске Беллами осталась довольно глубокая кровоточащая царапина.
— Да ничего ему не станется, — проворчала Тирр, — полежит и очухается.
— Долго он в отключке будет?
Тирр внимательнее присмотрелась к Беллами.
— Минут пятнадцать как минимум. Давай сюда свое горло. А то развели тут антисанитарию — грязными руками по свежей ране, а мне теперь еще и с заразой всякой возись…
Эта безумная идея принадлежала Мёрфи. И Тирр действительно перерезала ему хвостом горло. Вот только срастила основные вены и артерии сразу же — в ближайшие секунды после пореза. Но крови успело натечь достаточно для убедительно темной лужи на траве. Закончив первое креативно-частичное лечение под творческим руководством Мёрфи (сама Тирр ворчала и ругалась) и добившись результата, чтобы жизни порез не угрожал, но смотрелся жутко и устрашающе, кошка ускакала звать Беллами. А вернувшись, потом еще и замедляла сердцебиение пациента для пущей убедительности устроенного для Беллами представления.
— Ну, увидела, что я могу его изменить? — довольно уточнил несостоявшийся труп.
— Голову наклони, — скомандовала кошка, игнорируя вопрос.
Но ведь молчание можно считать знаком согласия.
Закончив лечение, Тирр направилась к зарослям.
— Ты куда?
— В Аркадию.
— Будешь в открытую помогать?
— Да сейчас, — фыркнула Тирр, — с разбегу. Нет, умыкну себе Вика и того мальчонку, что в меня снотворное вколол, и где-нибудь в более укромном и безопасном месте техническими изысками займемся.
— Тирр, — снова позвал Мёрфи уже почти скрывшуюся в листве кошку.
— Что? — та обернулась.
— Спасибо.
Тирр заковыристо взмахнула хвостом и прыжками унеслась в сторону лагеря людей.
Мёрфи самодовольно улыбнулся. Когда-то он не мог выдрать у кошки из лап даже жареного зайчика, а теперь выцарапал целого Беллами. С этими мыслями он обнял свою добычу, прижимая покрепче, чтобы уже никто не отнял.
Когда Беллами открыл глаза, первым, что он увидел, было лицо склонившегося над ним Мёрфи: бледное, встревоженное, с подсохшей корочкой крови на щеке и подбородке, но — живое!
Взгляд помимо воли метнулся к его шее, но там все было еще качественнее залито запекшейся кровью, и Беллами даже не смог понять, остался ли шрам, но, по крайней мере, жуткой раны там точно уже не наблюдалось.
— Белл…
Голос Мёрфи звучал неожиданно виновато, и это стало последней каплей. Беллами дернулся вверх, зарываясь рукой в его волосы, притягивая к себе и приникая губами к его губам. Он просто должен убедиться, что Мёрфи живой, да и сам он — тоже. Что все это — не галлюцинации и не предсмертный бред.
Чего Беллами не ожидал, так это что ему ответят на поцелуй, да еще и с таким энтузиазмом. И лишь, наконец, оторвавшись от губ Мёрфи, он осознал, что они выжили и никаких злобных трехглазых инопланетянок поблизости нет.
Беллами с отчаянием посмотрел в побледневшее, безжизненное лицо Мёрфи. Он помнил, как кошка лечила его самого, — она может чертовски многое, но только не восстановить последствия большой кровопотери. А Мёрфи тут уже неизвестно сколько истекает кровью, и сейчас уходят последние драгоценные секунды, когда его еще можно спасти. Беллами некогда уговаривать эту хвостатую террористку. Она хотела получить его труп? Она его получит! К самому Мёрфи у нее претензий нет. Все из-за него, из-за Беллами. А когда его не станет — она поможет Мёрфи, никуда не денется. Он для нее важен — она вон даже в плен тогда ради него сдалась. Главное — успеть, пока Мёрфи еще жив.
Решившись, Беллами подобрал лежащий на земле возле Мёрфи нож и размашисто полоснул себя им по горлу.
Вернее, замахнулся. Но кошка сидела слишком близко, и коварный длинный хвост незаметно подкрался сзади. И в последний момент плашмя заехал костяным кончиком в висок Беллами, на излете еще и отбив по инерции продолжавшее движение к шее лезвие.
Беллами мешком завалился на землю. Мёрфи тут же вскинулся, не вставая на ноги, рванулся к нему и обхватил за плечи.
— Стой, куда понесся? Вот же неугомонный! — кошка легонько треснула его по затылку свернутым в петлю хвостом. — Я ведь едва контроль сердцебиения убрала. Вырубишься же от нагрузки.
Мёрфи ее проигнорировал, переворачивая упавшего Беллами на спину и проверяя пульс. Вроде бы все в порядке, но от удара хвостом на виске Беллами осталась довольно глубокая кровоточащая царапина.
— Да ничего ему не станется, — проворчала Тирр, — полежит и очухается.
— Долго он в отключке будет?
Тирр внимательнее присмотрелась к Беллами.
— Минут пятнадцать как минимум. Давай сюда свое горло. А то развели тут антисанитарию — грязными руками по свежей ране, а мне теперь еще и с заразой всякой возись…
Эта безумная идея принадлежала Мёрфи. И Тирр действительно перерезала ему хвостом горло. Вот только срастила основные вены и артерии сразу же — в ближайшие секунды после пореза. Но крови успело натечь достаточно для убедительно темной лужи на траве. Закончив первое креативно-частичное лечение под творческим руководством Мёрфи (сама Тирр ворчала и ругалась) и добившись результата, чтобы жизни порез не угрожал, но смотрелся жутко и устрашающе, кошка ускакала звать Беллами. А вернувшись, потом еще и замедляла сердцебиение пациента для пущей убедительности устроенного для Беллами представления.
— Ну, увидела, что я могу его изменить? — довольно уточнил несостоявшийся труп.
— Голову наклони, — скомандовала кошка, игнорируя вопрос.
Но ведь молчание можно считать знаком согласия.
Закончив лечение, Тирр направилась к зарослям.
— Ты куда?
— В Аркадию.
— Будешь в открытую помогать?
— Да сейчас, — фыркнула Тирр, — с разбегу. Нет, умыкну себе Вика и того мальчонку, что в меня снотворное вколол, и где-нибудь в более укромном и безопасном месте техническими изысками займемся.
— Тирр, — снова позвал Мёрфи уже почти скрывшуюся в листве кошку.
— Что? — та обернулась.
— Спасибо.
Тирр заковыристо взмахнула хвостом и прыжками унеслась в сторону лагеря людей.
Мёрфи самодовольно улыбнулся. Когда-то он не мог выдрать у кошки из лап даже жареного зайчика, а теперь выцарапал целого Беллами. С этими мыслями он обнял свою добычу, прижимая покрепче, чтобы уже никто не отнял.
Когда Беллами открыл глаза, первым, что он увидел, было лицо склонившегося над ним Мёрфи: бледное, встревоженное, с подсохшей корочкой крови на щеке и подбородке, но — живое!
Взгляд помимо воли метнулся к его шее, но там все было еще качественнее залито запекшейся кровью, и Беллами даже не смог понять, остался ли шрам, но, по крайней мере, жуткой раны там точно уже не наблюдалось.
— Белл…
Голос Мёрфи звучал неожиданно виновато, и это стало последней каплей. Беллами дернулся вверх, зарываясь рукой в его волосы, притягивая к себе и приникая губами к его губам. Он просто должен убедиться, что Мёрфи живой, да и сам он — тоже. Что все это — не галлюцинации и не предсмертный бред.
Чего Беллами не ожидал, так это что ему ответят на поцелуй, да еще и с таким энтузиазмом. И лишь, наконец, оторвавшись от губ Мёрфи, он осознал, что они выжили и никаких злобных трехглазых инопланетянок поблизости нет.
Страница 42 из 44
