Рамси Сноу припарковала свой «порш» перед красным особняком и заглушила мотор. Когда стихло успокаивающее урчание двигателя, неприятные ощущения навалились все разом: чувство лёгкого укачивания после долгой поездки, копившаяся всю неделю усталость и недосып, скребущая боль простывшего горла. Все эти ощущения Рамси перечеркнула и выбросила из сознания: сейчас девушку беспокоило что-то другое…
29 мин, 40 сек 7200
— Шлюха! — изрыгнул он проклятие. — Ловкая шлюха!
— Да, — подтвердила Рамси. — Мы, шлюхи, такие.
Она опустилась на колени перед связанной жертвой. Гладкое лицо мальчишки было словно отлито из шоколада. Рамси едва удерживалась, чтобы не облизнуть его и убедиться, что оно действительно сладкое. Девушка изнывала от желания расцарапать эти нежные щёчки, укусить их, приложиться к ним оплеухой.
Можно сходить за плёткой в «арсенал» и выпороть его до смерти.
Больше пленник всё равно ни на что не годился. Язык знает плоховато, так что его даже и не допросишь. А жаль! Рамси с удовольствием бы поворковала с симпатичным мальчиком, извлекая ответы плёткой, ножом и иголками.
Вместо этого она вновь потянулась за телефоном и набрала номер таинственного «папы». После нескольких гудков трубку сняли и незнакомый голос что-то сказал не по-русски.
— Папа? — прошептала Рамси.
Мужчина в трубке надсадно крякнул, после чего ответил на чистейшем русском:
— Ты ещё кто такая?
— Я — Рамси Сноу.
— А… Шлюха.
— Моя слава опережает меня. С кем я говорю?
— Я — Халид! Отвечай: где Камиль?
— Прямо передо мной. Связан. В плече торчит нож.
— Дурак! — зарычал Халид. — Самоуверенный дурак! Какого чёрта он полез в дом? Он должен был просто наблюдать!
После этой тирады собеседник замолчал. После короткой паузы он вернулся — хриплый, озлобленный и жесткий:
— Слушай меня сюда, женщина. Я еду к вам. У тебя три выхода. Первый: ты можешь дождаться меня, тогда я обещаю убить тебя быстро. Второй: ты можешь убежать, но я всё равно тебя найду и смерть твоя будет долгой. Третий: можешь вызвать полицию. В этом случае… ты же видела шрамы своего приятеля? Перед смертью у тебя появятся такие же.
— Где же четвёртый вариант, Халид? Тот, где милашка-шлюха остаётся в живых.
Голос в трубке расхохотался:
— Ты дерзкая! Мне нравится. Но тебя это не спасёт.
— А если так: я не трогаю Камиля, а просто исчезаю? С Виктором делайте, что хотите. Могу даже перевязать его подарочной ленточкой специально для тебя.
— Так не пойдёт, — хохотнул Халид.
Рамси Сноу сжала телефон так, что затрещал пластик. Из её тона выветрилась вся игривость:
— А ещё говорят, что на востоке умеют торговаться… Жаждешь моей крови, Халид? А хочешь, я освежую твоего ненаглядного сыночка и сделаю себе стильный плащик из его кожи? Как тебе такой вариант, упоротый ты петух?
Рамси поднесла трубку к притихшему Камилю и пошевелила нож в его ране. От душераздирающего визга у Рамси зазвенело в ушах. Она снова заговорила:
— Надо же, вроде мужик, а пищит как девчонка.
— Я посмотрю как ты будешь пищать, сука! Жди! Через полчаса я приду.
Это всё, что Рамси хотела узнать.
— Жду — не дождусь! — рявкнула девушка и повесила трубку.
Юный афганец оказался крепче, чем рассчитывала Рамси. На полноценный допрос у девушки времени не было, поэтому пришлось действовать жестко. Парень сломался только когда Рамси стала демонстрировать ему отрезанные части его же тела. Камиль, насколько позволяли знания языка, быстро удовлетворил её информационный голод.
С его слов выходило, что бежать ей и правда некуда. Афганцы пасли дом уже две недели, и ещё в прошлый четверг узнали номер её «порша». Потому-то Халид и не удивился, когда она представилась.
Халид знает её адрес и настоящее имя. Выхода у Рамси не оставалось.
Я убью их. Я убью их всех.
Камиль сказал, что из Афганистана они приехали вчетвером.
«Не так уж и много» — решила девушка. — «Ждём в гости ещё троих».
Виктор очнулся от стонов мальчика. У него хватило лишь на то, чтобы сесть на диван.
— Господи, Рамси…
— У тебя есть две минуты, Виктор, — прервала его девушка. — Расскажи мне то, что я должна знать. Как ты попал в лапы этим головорезам и почему они жаждут тебя убить. Выкладывай.
— Это началось…
— Упрощу задачу. Я знаю, что ты был в Афгане, на войне.
— Да… В гарнизоне, в Кабуле. Однажды в городе начались беспорядки, одного из наших ребят застрелили на рынке. Сашку… Друга моего. И меня просто переклинило. Я посадил своих бойцов на бэ-тэ-эры, и мы пронесли по городу, расстреливая духов из пулемётов. Ты когда-нибудь видела, как осколочная граната разрывается в толпе людей? Конечно не видела, откуда тебе…
— Меньше лирики, Вик. У тебя осталась одна минута.
— Вскоре, нам указали на один подозрительный дом и мы вломились туда. Мужчин не нашли, было только несколько женщин. Девчонок. И ещё один мальчик.
Виктор говорил так сухо, словно горло у него было забито песком афганской пустыни:
— Мы, в общем… От крови пьянеешь, Рамси. Тебе ли этого не знать? В тот день мы пролили её немало, и когда мои солдаты увидели этих девочек, я не сумел их остановить. Да и не хотел, в общем-то. Мы изнасиловали их. Пустили по кругу, а потом застрелили. На глазах у мальчика. Я сказал, что это будет ему уроком. И мальчик…
— Халид.
— Да, так его звали… Халид сказал, что вырастет и убьёт меня.
— Меня интересуют шрамы, Виктор. У тебя тридцать секунд.
— Да, — подтвердила Рамси. — Мы, шлюхи, такие.
Она опустилась на колени перед связанной жертвой. Гладкое лицо мальчишки было словно отлито из шоколада. Рамси едва удерживалась, чтобы не облизнуть его и убедиться, что оно действительно сладкое. Девушка изнывала от желания расцарапать эти нежные щёчки, укусить их, приложиться к ним оплеухой.
Можно сходить за плёткой в «арсенал» и выпороть его до смерти.
Больше пленник всё равно ни на что не годился. Язык знает плоховато, так что его даже и не допросишь. А жаль! Рамси с удовольствием бы поворковала с симпатичным мальчиком, извлекая ответы плёткой, ножом и иголками.
Вместо этого она вновь потянулась за телефоном и набрала номер таинственного «папы». После нескольких гудков трубку сняли и незнакомый голос что-то сказал не по-русски.
— Папа? — прошептала Рамси.
Мужчина в трубке надсадно крякнул, после чего ответил на чистейшем русском:
— Ты ещё кто такая?
— Я — Рамси Сноу.
— А… Шлюха.
— Моя слава опережает меня. С кем я говорю?
— Я — Халид! Отвечай: где Камиль?
— Прямо передо мной. Связан. В плече торчит нож.
— Дурак! — зарычал Халид. — Самоуверенный дурак! Какого чёрта он полез в дом? Он должен был просто наблюдать!
После этой тирады собеседник замолчал. После короткой паузы он вернулся — хриплый, озлобленный и жесткий:
— Слушай меня сюда, женщина. Я еду к вам. У тебя три выхода. Первый: ты можешь дождаться меня, тогда я обещаю убить тебя быстро. Второй: ты можешь убежать, но я всё равно тебя найду и смерть твоя будет долгой. Третий: можешь вызвать полицию. В этом случае… ты же видела шрамы своего приятеля? Перед смертью у тебя появятся такие же.
— Где же четвёртый вариант, Халид? Тот, где милашка-шлюха остаётся в живых.
Голос в трубке расхохотался:
— Ты дерзкая! Мне нравится. Но тебя это не спасёт.
— А если так: я не трогаю Камиля, а просто исчезаю? С Виктором делайте, что хотите. Могу даже перевязать его подарочной ленточкой специально для тебя.
— Так не пойдёт, — хохотнул Халид.
Рамси Сноу сжала телефон так, что затрещал пластик. Из её тона выветрилась вся игривость:
— А ещё говорят, что на востоке умеют торговаться… Жаждешь моей крови, Халид? А хочешь, я освежую твоего ненаглядного сыночка и сделаю себе стильный плащик из его кожи? Как тебе такой вариант, упоротый ты петух?
Рамси поднесла трубку к притихшему Камилю и пошевелила нож в его ране. От душераздирающего визга у Рамси зазвенело в ушах. Она снова заговорила:
— Надо же, вроде мужик, а пищит как девчонка.
— Я посмотрю как ты будешь пищать, сука! Жди! Через полчаса я приду.
Это всё, что Рамси хотела узнать.
— Жду — не дождусь! — рявкнула девушка и повесила трубку.
Юный афганец оказался крепче, чем рассчитывала Рамси. На полноценный допрос у девушки времени не было, поэтому пришлось действовать жестко. Парень сломался только когда Рамси стала демонстрировать ему отрезанные части его же тела. Камиль, насколько позволяли знания языка, быстро удовлетворил её информационный голод.
С его слов выходило, что бежать ей и правда некуда. Афганцы пасли дом уже две недели, и ещё в прошлый четверг узнали номер её «порша». Потому-то Халид и не удивился, когда она представилась.
Халид знает её адрес и настоящее имя. Выхода у Рамси не оставалось.
Я убью их. Я убью их всех.
Камиль сказал, что из Афганистана они приехали вчетвером.
«Не так уж и много» — решила девушка. — «Ждём в гости ещё троих».
Виктор очнулся от стонов мальчика. У него хватило лишь на то, чтобы сесть на диван.
— Господи, Рамси…
— У тебя есть две минуты, Виктор, — прервала его девушка. — Расскажи мне то, что я должна знать. Как ты попал в лапы этим головорезам и почему они жаждут тебя убить. Выкладывай.
— Это началось…
— Упрощу задачу. Я знаю, что ты был в Афгане, на войне.
— Да… В гарнизоне, в Кабуле. Однажды в городе начались беспорядки, одного из наших ребят застрелили на рынке. Сашку… Друга моего. И меня просто переклинило. Я посадил своих бойцов на бэ-тэ-эры, и мы пронесли по городу, расстреливая духов из пулемётов. Ты когда-нибудь видела, как осколочная граната разрывается в толпе людей? Конечно не видела, откуда тебе…
— Меньше лирики, Вик. У тебя осталась одна минута.
— Вскоре, нам указали на один подозрительный дом и мы вломились туда. Мужчин не нашли, было только несколько женщин. Девчонок. И ещё один мальчик.
Виктор говорил так сухо, словно горло у него было забито песком афганской пустыни:
— Мы, в общем… От крови пьянеешь, Рамси. Тебе ли этого не знать? В тот день мы пролили её немало, и когда мои солдаты увидели этих девочек, я не сумел их остановить. Да и не хотел, в общем-то. Мы изнасиловали их. Пустили по кругу, а потом застрелили. На глазах у мальчика. Я сказал, что это будет ему уроком. И мальчик…
— Халид.
— Да, так его звали… Халид сказал, что вырастет и убьёт меня.
— Меня интересуют шрамы, Виктор. У тебя тридцать секунд.
Страница 6 из 9
