Квартира превращалась в бордель. Подобные метаморфозы раздражали, возмущали и даже пугали. После долгих размышлений Лиза все же решила заложить подружку хозяйке, как только та вернется из командировки…
149 мин, 42 сек 8348
Татьяна вышла на площадку, не скрывая своего волнения. Одно дело высказывать свои опасения по телефону, другое — при встрече.
Но сестра Лизы, похоже, сама поняла, что представлял собой Макс. Екатерина предложила обсудить возникшую проблему в квартире судьи и поинтересовалась: не смутит ли Таню присутствие при разговоре еще двоих человек. Девушка отрицательно покачала головой.
И все же, чувствуя пристальное внимание мудрого судьи и участливого Андрея, она слегка краснела, рассказывая историю своих отношений с Максимом.
— Моя дорогая, почему вы не заявили в милицию? — возмутился старый судья. — Место молодчика на скамье подсудимых!
— Будь вы девушкой, смогли бы пойти на такой позор? — поинтересовался Андрей. — Таких нужно наказывать, пользуясь их же методами.
— Ты неправ, Андрей! — горячился судья. — Самосуд — не выход, для этого существует закон.
Молчаливая Екатерина проникновенно посмотрела на него и тихо спросила:
— Вы бы смогли отправить свою Вику на медэкспертизу и дотошные допросы следователей? Или же сами, применив все связи и средства, наказали негодяя? Тихо, не привлекая внимания, не подвергая дочь еще одному, возможно большему, унижению?
Представив единственную дочь в подобной ситуации, Артур Филиппович смутился.
— К сожалению, за меня некому было вступиться, — грустно вздохнула Таня, — я же сирота. Мой брат, единственный родственник, постоянно на заработках за границей. Поверьте, с вашей Лизой Макс подобное не сделает — он просто соблазнит ее.
— Успокоила, — печально произнесла Катя. — Давайте придумаем, что делать. Грубо действовать нельзя — по себе знаю, что в таком влюбленном состоянии она поверит скорее Максиму, чем нам. Поэтому не хочу выглядеть в глазах родной сестры врагом.
Ничего стоящего в голову не шло. Андрей предложил пригрозить парню расправой, если он добровольно не оставит Лизу в покое.
Таня тут же объяснила, что этот план не подходит: Максу есть, что предоставить как контраргумент. Это он скорее напугает их своими родственниками: отец Максима — преуспевающий бизнесмен, а дядя — далеко не последний человек в прокуратуре.
— Постойте, милая барышня, — всполошился судья, — его фамилия случайно не Артемов? Недаром я, увидев его на лестнице, подумал, что лицо больно знакомо…
Картина обрисовывалась занятная: молодой человек предстал неуязвимым подлецом, противостоять которому, увы, открыто нельзя.
Некоторых людей судьба одаривает несправедливо щедро. Красивая внешность, изощренный ум, харизма и влиятельные родственники — все, что нужно для счастья. Но, по-видимому, такова участь всех мажоров: не участвуя в борьбе за место под солнцем, умирать от скуки и вследствие чего пускаться во все тяжкие. При этом утягивая за собой других.
— Да, — задумчиво протянула Катя, — а с виду и не скажешь, что «золотой мальчик», обычный вроде парень. Ни соответствующего прикида, ни крутой тачки…
— Автомобиль ему не позволяет иметь отец — несколько лет назад мать Максима погибла в аварии, — пояснила Таня. — А так это вполне самодовольный, уверенный в себе, ревнивый тип.
— Повтори, что ты сказала! — быстро потребовала Катя.
— Самодовольный, уверенный в себе, ревнивый тип, — удивленно произнесла девушка, не понимая, в чем дело.
Артур Филиппович тоже понял ход размышлений Екатерины и, хитро прищуриваясь, уточнил:
— А насколько он ревнивый? До шекспировского Отелло дотягивает?
Татьяна задумалась. Кажется, она тоже поняла, на чем хотят сыграть ее новые знакомые.
— Да, он, пожалуй, ревнив, как мавр. Только вот где вы найдете кандидата на роль Яго?
— Нет-нет! Я — пас! — возмутился Андрей, увидев обращенные на себя взоры невесты и судьи. — Нет, я никогда не был и не буду наживкой!
Умоляющий взгляд любимой женщины заставил его смягчиться в принятом решении.
— Хорошо, как вы это себе представляете? — спросил недовольно мужчина. — Если план будет глупым, я умою руки. Мне проще сделать звонок — и паренек надолго сляжет в больницу…
— Андрей! — сердито оборвала его Катя и строго потребовала: — Милый мой, прекрати говорить гадости!
— Да, не надо привлекать криминальный элемент — как бы ни было хуже, — ввязался судья.
А Татьяна еще добавила:
— И еще неизвестно, кто попадет в больницу, если все раскроется…
Четверка заговорщиков принялась обсуждать план.
А в это время вечеринка достигла своего апогея. Пиво выпито, игры и конкурсы потеряли свою привлекательность перед предложением потанцевать. Идея принадлежала Максу, и он, злорадно поглядывая на старосту, с полным на то правом обнимал Лизу, ведя ее в медленном танце.
Девушка была как-то по-особенному хороша в этот миг. Ее миндалевидные глаза, в старинных романах такие называли глазами лесной лани, лучились неприкрытым счастьем. И такого теплого взгляда Максим не встречал ни у кого ранее.
Но сестра Лизы, похоже, сама поняла, что представлял собой Макс. Екатерина предложила обсудить возникшую проблему в квартире судьи и поинтересовалась: не смутит ли Таню присутствие при разговоре еще двоих человек. Девушка отрицательно покачала головой.
И все же, чувствуя пристальное внимание мудрого судьи и участливого Андрея, она слегка краснела, рассказывая историю своих отношений с Максимом.
— Моя дорогая, почему вы не заявили в милицию? — возмутился старый судья. — Место молодчика на скамье подсудимых!
— Будь вы девушкой, смогли бы пойти на такой позор? — поинтересовался Андрей. — Таких нужно наказывать, пользуясь их же методами.
— Ты неправ, Андрей! — горячился судья. — Самосуд — не выход, для этого существует закон.
Молчаливая Екатерина проникновенно посмотрела на него и тихо спросила:
— Вы бы смогли отправить свою Вику на медэкспертизу и дотошные допросы следователей? Или же сами, применив все связи и средства, наказали негодяя? Тихо, не привлекая внимания, не подвергая дочь еще одному, возможно большему, унижению?
Представив единственную дочь в подобной ситуации, Артур Филиппович смутился.
— К сожалению, за меня некому было вступиться, — грустно вздохнула Таня, — я же сирота. Мой брат, единственный родственник, постоянно на заработках за границей. Поверьте, с вашей Лизой Макс подобное не сделает — он просто соблазнит ее.
— Успокоила, — печально произнесла Катя. — Давайте придумаем, что делать. Грубо действовать нельзя — по себе знаю, что в таком влюбленном состоянии она поверит скорее Максиму, чем нам. Поэтому не хочу выглядеть в глазах родной сестры врагом.
Ничего стоящего в голову не шло. Андрей предложил пригрозить парню расправой, если он добровольно не оставит Лизу в покое.
Таня тут же объяснила, что этот план не подходит: Максу есть, что предоставить как контраргумент. Это он скорее напугает их своими родственниками: отец Максима — преуспевающий бизнесмен, а дядя — далеко не последний человек в прокуратуре.
— Постойте, милая барышня, — всполошился судья, — его фамилия случайно не Артемов? Недаром я, увидев его на лестнице, подумал, что лицо больно знакомо…
Картина обрисовывалась занятная: молодой человек предстал неуязвимым подлецом, противостоять которому, увы, открыто нельзя.
Некоторых людей судьба одаривает несправедливо щедро. Красивая внешность, изощренный ум, харизма и влиятельные родственники — все, что нужно для счастья. Но, по-видимому, такова участь всех мажоров: не участвуя в борьбе за место под солнцем, умирать от скуки и вследствие чего пускаться во все тяжкие. При этом утягивая за собой других.
— Да, — задумчиво протянула Катя, — а с виду и не скажешь, что «золотой мальчик», обычный вроде парень. Ни соответствующего прикида, ни крутой тачки…
— Автомобиль ему не позволяет иметь отец — несколько лет назад мать Максима погибла в аварии, — пояснила Таня. — А так это вполне самодовольный, уверенный в себе, ревнивый тип.
— Повтори, что ты сказала! — быстро потребовала Катя.
— Самодовольный, уверенный в себе, ревнивый тип, — удивленно произнесла девушка, не понимая, в чем дело.
Артур Филиппович тоже понял ход размышлений Екатерины и, хитро прищуриваясь, уточнил:
— А насколько он ревнивый? До шекспировского Отелло дотягивает?
Татьяна задумалась. Кажется, она тоже поняла, на чем хотят сыграть ее новые знакомые.
— Да, он, пожалуй, ревнив, как мавр. Только вот где вы найдете кандидата на роль Яго?
— Нет-нет! Я — пас! — возмутился Андрей, увидев обращенные на себя взоры невесты и судьи. — Нет, я никогда не был и не буду наживкой!
Умоляющий взгляд любимой женщины заставил его смягчиться в принятом решении.
— Хорошо, как вы это себе представляете? — спросил недовольно мужчина. — Если план будет глупым, я умою руки. Мне проще сделать звонок — и паренек надолго сляжет в больницу…
— Андрей! — сердито оборвала его Катя и строго потребовала: — Милый мой, прекрати говорить гадости!
— Да, не надо привлекать криминальный элемент — как бы ни было хуже, — ввязался судья.
А Татьяна еще добавила:
— И еще неизвестно, кто попадет в больницу, если все раскроется…
Четверка заговорщиков принялась обсуждать план.
А в это время вечеринка достигла своего апогея. Пиво выпито, игры и конкурсы потеряли свою привлекательность перед предложением потанцевать. Идея принадлежала Максу, и он, злорадно поглядывая на старосту, с полным на то правом обнимал Лизу, ведя ее в медленном танце.
Девушка была как-то по-особенному хороша в этот миг. Ее миндалевидные глаза, в старинных романах такие называли глазами лесной лани, лучились неприкрытым счастьем. И такого теплого взгляда Максим не встречал ни у кого ранее.
Страница 28 из 42
