Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
538 мин, 42 сек 2946
Клодия к возмущению Яромира снова бросилась в бой, и он потратил немало усилий, стараясь прикрыть упрямицу. Рюдигер с удивлением заметил, что мелкие раны у этих тварей затягиваются также быстро, как и у него самого. Мрачно усмехнувшись, он стал более точен в своих ударах. Терн, пробившийся к самой кромке леса, вдруг увидел несущихся по поляне Лану и Важека, и поспешил к ним на помощь. В это мгновение из-за поваленного дерева на Лизу прыгнул еще один пес. Неожидавшая нападения, она все же ударила его мечом по морде и отскочила в сторону. Но удар получился смазанным и только разозлил странную тварь. Злобно зарычав, она снова кинулась на женщину, но Рюдигер стремительно бросился вперед, перекатился по земле, и вскочив на ноги прямо перед зверем, воткнул клинок в основание шеи. Подошедший Яромир брезгливо посмотрел на слабо подергивающего лапами пса и коротким сильным ударом добил несчастное животное.
— Кажется, это последний!
Марек, прихрамывая, спешил к ним, Одна из тварей вцепилась ему в ногу и разжать страшные челюсти удалось только, отрубив ей голову. Неожиданно среди деревьев мелькнула спина всадника. Один из егерей епископа спешил спасти свою жизнь. Марек достал висевший за спиной арбалет, принадлежавший ранее немому Гансу, не торопясь, зарядил посеребренным болтом и, прицелившись в почти скрывшегося за темными стволами елей человека, пустил стрелу. Раздался слабый вскрик, заржала испуганная лошадь. Лиза укоризненно взглянула на оборотня, эта смерть показалась ей уже лишней. Но Яромир понял ее без слов:
— Ты что хотела дать ему спокойно добраться до своих и поднять всех в погоню?
Они поспешили на старое кладбище, где обняли своих друзей, которых казалось не видели целую вечность. Прошедшая ночь, богатая на события, показалась им необычайно длинной. Римар и Важек донимали вампира расспросами, но Яромир решительно остановил их:
— Все разговоры потом! Священная реликвия теперь в наших руках и надо побыстрее убираться отсюда. Мы же в Готхейме и за вторжение в поместье его преосвященства нас никто по головке не погладит!
Лана с огорчением рассматривала уцелевшую в боях заячью тушку. Извалянная в грязи и надкушенная страшными зубами инквизиторских гончих ее добыча напоминала скорее половую тряпку, чем полноценный завтрак. Затем она посмотрела на висевшую на поясе флягу, и лицо ее просветлело.
— Эй, малыш, беги сюда. — она улыбнулась Элине, и открыв флягу, протянула ее маленькому вампиру.
— Попробуй, тебе должно понравиться!
Мальчик с недоверием понюхал содержимое, затем улыбнулся, и блестя глазенками, выпил все до капли. Элина вытерла ему испачканный рот одним из белоснежных платков, которые всегда имелись у нее при себе, и спросила:
— Это кровь?
Лана утвердительно кивнула:
— Теперь он долго не проголодается, к тому же он растет, и хотя бы через день это ему необходимо. Ну да разберетесь, главное, что вы с Римаром считаете его своим сыном, а остальное приложится.
Элина посмотрела на Курта, который уже сидел на лошади Римара и донимал приемного отца расспросами, и улыбнулась:
— Мне кажется, что он всегда был моим ребенком.
Пока они седлали лошадей и собирали вещи, а главное приводили Клодию в нормальный вид, собрав всю имеющуюся у них запасную одежду, небо незаметно затянуло тучами. На заброшенную деревню обрушился мощный июльский ливень.
Оборотни вместе с Терном укрылись в полуразвалившемся сарае, Яр с Клодией и Рюг с Лизой разместились под протекающим навесом для дров. Римар с Элиной и малышом Куртом успели вбежать на крыльцо одного из пустующих домой. Здесь было тесновато, но заходить внутрь нежилого дома им не хотелось.
Важек с Ланой нырнули под старую телегу, стоящую посреди двора. Усевшись друг напротив друга, они молчали и неизвестно чему улыбались. Волосы Ланы завились смешными рыжими кудряшками, нанесенные на лицо глиной хитрые узоры размокли и грязными коричневыми струйками сбегали за воротник её замшевой куртки. Важек попытался стереть непонятные знаки, но испачкал щеку девушки еще больше. Он виновато улыбнулся, Лана глубоко вздохнула и нежно поправила его мокрую челку, падающую прямо на глаза.
Рюдигер, наблюдавший эту умилительную картину из– под навеса, наконец не выдержал:
— Важек, она, к твоему сведению, вампирша!
— А сам-то ты кто? — невозмутимо откликнулся маленький гвардеец.
— Но твоей Лизхен это нисколько не мешает!
Яромир удивленно посмотрел на друзей, пытаясь понять, чем Важек вызвал странное неудовольствие Рюга. Лиза нахмурилась:
— Рюдигер, ты что не выспался, что ты такое говоришь?
Но барон вовсе не собирался отступать:
— К тому же она дикарка и язычница!
Важек мечтательно ответил:
— Она красавица и амазонка, если вы неучи, конечно, знаете, что это такое!
Яромир неуверенно протянул:
— Ну это такие бабы, которые думают, что умеют воевать и не хотят подчиняться мужчинам! Короче, полные дуры! Да я не про тебя, ты чего дерешься! — он оглянулся на жену, которая приняла его слова на свой счет и больно ткнула кулачком в бок.
— Кажется, это последний!
Марек, прихрамывая, спешил к ним, Одна из тварей вцепилась ему в ногу и разжать страшные челюсти удалось только, отрубив ей голову. Неожиданно среди деревьев мелькнула спина всадника. Один из егерей епископа спешил спасти свою жизнь. Марек достал висевший за спиной арбалет, принадлежавший ранее немому Гансу, не торопясь, зарядил посеребренным болтом и, прицелившись в почти скрывшегося за темными стволами елей человека, пустил стрелу. Раздался слабый вскрик, заржала испуганная лошадь. Лиза укоризненно взглянула на оборотня, эта смерть показалась ей уже лишней. Но Яромир понял ее без слов:
— Ты что хотела дать ему спокойно добраться до своих и поднять всех в погоню?
Они поспешили на старое кладбище, где обняли своих друзей, которых казалось не видели целую вечность. Прошедшая ночь, богатая на события, показалась им необычайно длинной. Римар и Важек донимали вампира расспросами, но Яромир решительно остановил их:
— Все разговоры потом! Священная реликвия теперь в наших руках и надо побыстрее убираться отсюда. Мы же в Готхейме и за вторжение в поместье его преосвященства нас никто по головке не погладит!
Лана с огорчением рассматривала уцелевшую в боях заячью тушку. Извалянная в грязи и надкушенная страшными зубами инквизиторских гончих ее добыча напоминала скорее половую тряпку, чем полноценный завтрак. Затем она посмотрела на висевшую на поясе флягу, и лицо ее просветлело.
— Эй, малыш, беги сюда. — она улыбнулась Элине, и открыв флягу, протянула ее маленькому вампиру.
— Попробуй, тебе должно понравиться!
Мальчик с недоверием понюхал содержимое, затем улыбнулся, и блестя глазенками, выпил все до капли. Элина вытерла ему испачканный рот одним из белоснежных платков, которые всегда имелись у нее при себе, и спросила:
— Это кровь?
Лана утвердительно кивнула:
— Теперь он долго не проголодается, к тому же он растет, и хотя бы через день это ему необходимо. Ну да разберетесь, главное, что вы с Римаром считаете его своим сыном, а остальное приложится.
Элина посмотрела на Курта, который уже сидел на лошади Римара и донимал приемного отца расспросами, и улыбнулась:
— Мне кажется, что он всегда был моим ребенком.
Пока они седлали лошадей и собирали вещи, а главное приводили Клодию в нормальный вид, собрав всю имеющуюся у них запасную одежду, небо незаметно затянуло тучами. На заброшенную деревню обрушился мощный июльский ливень.
Оборотни вместе с Терном укрылись в полуразвалившемся сарае, Яр с Клодией и Рюг с Лизой разместились под протекающим навесом для дров. Римар с Элиной и малышом Куртом успели вбежать на крыльцо одного из пустующих домой. Здесь было тесновато, но заходить внутрь нежилого дома им не хотелось.
Важек с Ланой нырнули под старую телегу, стоящую посреди двора. Усевшись друг напротив друга, они молчали и неизвестно чему улыбались. Волосы Ланы завились смешными рыжими кудряшками, нанесенные на лицо глиной хитрые узоры размокли и грязными коричневыми струйками сбегали за воротник её замшевой куртки. Важек попытался стереть непонятные знаки, но испачкал щеку девушки еще больше. Он виновато улыбнулся, Лана глубоко вздохнула и нежно поправила его мокрую челку, падающую прямо на глаза.
Рюдигер, наблюдавший эту умилительную картину из– под навеса, наконец не выдержал:
— Важек, она, к твоему сведению, вампирша!
— А сам-то ты кто? — невозмутимо откликнулся маленький гвардеец.
— Но твоей Лизхен это нисколько не мешает!
Яромир удивленно посмотрел на друзей, пытаясь понять, чем Важек вызвал странное неудовольствие Рюга. Лиза нахмурилась:
— Рюдигер, ты что не выспался, что ты такое говоришь?
Но барон вовсе не собирался отступать:
— К тому же она дикарка и язычница!
Важек мечтательно ответил:
— Она красавица и амазонка, если вы неучи, конечно, знаете, что это такое!
Яромир неуверенно протянул:
— Ну это такие бабы, которые думают, что умеют воевать и не хотят подчиняться мужчинам! Короче, полные дуры! Да я не про тебя, ты чего дерешься! — он оглянулся на жену, которая приняла его слова на свой счет и больно ткнула кулачком в бок.
Страница 135 из 147
