Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
538 мин, 42 сек 2951
— Вот черти лесные! — выругался Яромир, заметив, что двое Псов в грязно зеленой одежде с прикрепленными к ней ветками и листьями исчезли в темном проеме над ступенями крыльца.
— Все-таки добрались…
Рюдигер почувствовал, как что-то кольнуло в сердце. Внутри священная реликвия, там женщины, малыш и без того натерпевшийся от слуг инквизиции, там его жена…
— Ну нет, я им не позволю… — он не договорил, и едва дождавшись, когда остановится очередной дождь из стрел, бросился к крыльцу в открытую. Яромир, ругаясь, бежал следом:
— Хоть бы пригнулся, тебя же видно как на ладони!
Но барон уже был внутри, а нового залпа из арбалетов пока не последовало. Наоборот, двое выскочивших из –за деревьев чужаков вдруг резко остановились, один упал, другой прихрамывая, повернул обратно. Яромир поднял глаза и увидел в чердачном окне Лану с арбалетом в руках. Девушка слегка сощурила глаза, прицеливаясь, и с одной из елей, коротко вскрикнув, свалился стрелок, за ним последовал еще один.
Клодия всерьез переживала, что приходится томиться от бездействия, когда за бревенчатыми стенами кипит настоящее сражение, Лана быстро нашла себе занятие по душе. Невидимые человеческому глазу стрелки посыпались с окружавших поляну деревьев, словно переспевшие яблоки в осеннем саду.
Лиза, увидев, как на ее супруга набросились сразу трое, в бессильном отчаянии отвернулась от небольшого окошка и очутилась лицом к лицу с с парнем в грязно-зеленой куртке.
— Ого, а мне не говорили, что среди них есть женщины, да еще такие! Смотри, какая милашка! — он смело протянул руку к ее волосам, но молодая женщина отшатнулась от непрошеной ласки и больно ударила его рукоятью меча в лицо, не забыв добавить ногой по колену. Прижимая к себе сумку с драгоценным артефактом, Лиза бросилась от него подальше.
Грязно ругаясь, Пес догнал ее и зажал в угол между стеной и кроватью, угрожая мечом. Раздробленное колено почему-то совсем его не беспокоило.
— Ах, ты вампирская шлюха, да ведь позабавиться можно и с мертвой! — его глаза со странно сузившимися зрачками, словно занозы, впились в лицо баронессы. Его товарищ, медленно приближавшийся к Элине, укрывшейся за печкой, строго отчитал грубияна:
— Как не стыдно тебе, Аксель, даже в мыслях держать подобное. Наша задача добыть священный талисман, а затем уничтожить всех выродков, а не предаться с ними греховным забавам. Ты солдат инквизиции, а не разбойник, пора позабыть старые привычки!
— Ну ты и зануда, Мариус, — Аксель сделал еще один шаг и наконец почувствовал дикую боль в колене, — но с этой алданской дрянью я сделаю все то, что обещал, а господин епископ отпустит нам все грехи одним разом!
Пес резко выбросил руку вперед, но Лиза отбила удар и резво, словно коза, вскочила на кровать. Не теряя времени, она ударила ногой в лицо негодяя, надеясь, что потеря передних зубов сделает его менее разговорчивым. К ее ужасу, он сплюнул кровь и, одним прыжком перемахнув через кровать, очутился рядом.
Неприятно улыбаясь, он завертел длинным мечом, покрытым серебром, желая доказать, что его слова не пустой звук. Лиза с трудом успевала отвечать на его стремительные удары, и хотя отступать она не собиралась, ей приходилось нелегко. Точку в поединке поставила Клодия, от всей души треснув по голове Пса новенькой крепко сколоченной скамеечкой. Свалившись на пол с пробитой головой, он не подавал признаков жизни. Клодия улыбнулась подруге:
— Прости, но я решила, что затягивать не стоит! На кухне еще один!
— Я знаю, что вы здесь! Не надо играть со мной! — второй Пес медленно оглядывал небольшое пространство между печкой и окном. От дрожавшей в простенке Элины с малышом Куртом его отделяла всего пара шагов. На мгновение наступила звонкая тишина, затем за печкой вдруг раздалось звонкое:
— Ой!
Солдат Лауфера решительно направился на детский голос, но вдруг пошатнулся. В спине у него торчал кухонный нож, по размерам не уступающий хорошему кинжалу. Медленно обернувшись, он увидел на пороге слепого хозяина.
— Ты… Слепой ублюдок… — он не договорил и тяжело рухнул лицом вниз.
— Вот здорово! Так ему и надо! — вдруг подал голос маленький вампир, выскочивший из тесного укрытия. Элину передернуло:
— Да что же тут хорошего, он же человека убил. Это страшно…
Клодия приласкала мальчишку:
— Он убил врага, который мог убить кого-то из нас.
Старик согласно кивнул и повернул обезображенное лицо к Курту:
— Когда подрастешь, у тебя еще лучше получится! А ты, мамаша, привыкай. Уж не знаю, откуда у тебя такой занятный парнишка, но у их породы это в крови– убивать быстро.
Говорят, в Алдании из них хорошие солдаты получаются.
Он отвернулся, считая разговор оконченным, и Элина растерянно промолчала, не зная, что возразить. Она лишь внимательно всмотрелась в лицо найденыша, но ребенок доверчиво улыбнулся и обнял ее, разрушая нелепые страхи.
— Все-таки добрались…
Рюдигер почувствовал, как что-то кольнуло в сердце. Внутри священная реликвия, там женщины, малыш и без того натерпевшийся от слуг инквизиции, там его жена…
— Ну нет, я им не позволю… — он не договорил, и едва дождавшись, когда остановится очередной дождь из стрел, бросился к крыльцу в открытую. Яромир, ругаясь, бежал следом:
— Хоть бы пригнулся, тебя же видно как на ладони!
Но барон уже был внутри, а нового залпа из арбалетов пока не последовало. Наоборот, двое выскочивших из –за деревьев чужаков вдруг резко остановились, один упал, другой прихрамывая, повернул обратно. Яромир поднял глаза и увидел в чердачном окне Лану с арбалетом в руках. Девушка слегка сощурила глаза, прицеливаясь, и с одной из елей, коротко вскрикнув, свалился стрелок, за ним последовал еще один.
Клодия всерьез переживала, что приходится томиться от бездействия, когда за бревенчатыми стенами кипит настоящее сражение, Лана быстро нашла себе занятие по душе. Невидимые человеческому глазу стрелки посыпались с окружавших поляну деревьев, словно переспевшие яблоки в осеннем саду.
Лиза, увидев, как на ее супруга набросились сразу трое, в бессильном отчаянии отвернулась от небольшого окошка и очутилась лицом к лицу с с парнем в грязно-зеленой куртке.
— Ого, а мне не говорили, что среди них есть женщины, да еще такие! Смотри, какая милашка! — он смело протянул руку к ее волосам, но молодая женщина отшатнулась от непрошеной ласки и больно ударила его рукоятью меча в лицо, не забыв добавить ногой по колену. Прижимая к себе сумку с драгоценным артефактом, Лиза бросилась от него подальше.
Грязно ругаясь, Пес догнал ее и зажал в угол между стеной и кроватью, угрожая мечом. Раздробленное колено почему-то совсем его не беспокоило.
— Ах, ты вампирская шлюха, да ведь позабавиться можно и с мертвой! — его глаза со странно сузившимися зрачками, словно занозы, впились в лицо баронессы. Его товарищ, медленно приближавшийся к Элине, укрывшейся за печкой, строго отчитал грубияна:
— Как не стыдно тебе, Аксель, даже в мыслях держать подобное. Наша задача добыть священный талисман, а затем уничтожить всех выродков, а не предаться с ними греховным забавам. Ты солдат инквизиции, а не разбойник, пора позабыть старые привычки!
— Ну ты и зануда, Мариус, — Аксель сделал еще один шаг и наконец почувствовал дикую боль в колене, — но с этой алданской дрянью я сделаю все то, что обещал, а господин епископ отпустит нам все грехи одним разом!
Пес резко выбросил руку вперед, но Лиза отбила удар и резво, словно коза, вскочила на кровать. Не теряя времени, она ударила ногой в лицо негодяя, надеясь, что потеря передних зубов сделает его менее разговорчивым. К ее ужасу, он сплюнул кровь и, одним прыжком перемахнув через кровать, очутился рядом.
Неприятно улыбаясь, он завертел длинным мечом, покрытым серебром, желая доказать, что его слова не пустой звук. Лиза с трудом успевала отвечать на его стремительные удары, и хотя отступать она не собиралась, ей приходилось нелегко. Точку в поединке поставила Клодия, от всей души треснув по голове Пса новенькой крепко сколоченной скамеечкой. Свалившись на пол с пробитой головой, он не подавал признаков жизни. Клодия улыбнулась подруге:
— Прости, но я решила, что затягивать не стоит! На кухне еще один!
— Я знаю, что вы здесь! Не надо играть со мной! — второй Пес медленно оглядывал небольшое пространство между печкой и окном. От дрожавшей в простенке Элины с малышом Куртом его отделяла всего пара шагов. На мгновение наступила звонкая тишина, затем за печкой вдруг раздалось звонкое:
— Ой!
Солдат Лауфера решительно направился на детский голос, но вдруг пошатнулся. В спине у него торчал кухонный нож, по размерам не уступающий хорошему кинжалу. Медленно обернувшись, он увидел на пороге слепого хозяина.
— Ты… Слепой ублюдок… — он не договорил и тяжело рухнул лицом вниз.
— Вот здорово! Так ему и надо! — вдруг подал голос маленький вампир, выскочивший из тесного укрытия. Элину передернуло:
— Да что же тут хорошего, он же человека убил. Это страшно…
Клодия приласкала мальчишку:
— Он убил врага, который мог убить кого-то из нас.
Старик согласно кивнул и повернул обезображенное лицо к Курту:
— Когда подрастешь, у тебя еще лучше получится! А ты, мамаша, привыкай. Уж не знаю, откуда у тебя такой занятный парнишка, но у их породы это в крови– убивать быстро.
Говорят, в Алдании из них хорошие солдаты получаются.
Он отвернулся, считая разговор оконченным, и Элина растерянно промолчала, не зная, что возразить. Она лишь внимательно всмотрелась в лицо найденыша, но ребенок доверчиво улыбнулся и обнял ее, разрушая нелепые страхи.
Страница 140 из 147
