Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
538 мин, 42 сек 2914
— Вот черт, уже три часа ночи. Может, прирежем их по быстрому, все равно они законченные мерзавцы, и по домам. Ведь твоя Лизхен уже здесь, и тебе не надо ей ничего объяснять, а Дарина просто звереет, если я задержусь на службе!
Лизу несколько покоробило решение прирезать негодяев, принятое с такой легкостью, и она хотела возразить, но Рюдигер слегка сжал ее руку и согласно кивнул:
— Нехорошо заставлять женщину волноваться, а что касается всех этих сопливых заговорщиков, то вряд ли они могут быть чем– либо полезны, их действительно лучше уничтожить, чтобы свои семьи не позорили! Рагнар Темный теперь уже окончательно окочурился, и поди догадайся, о каких решительных действиях он хотел поговорить с ними!
Ненароком Рюг наступил на руку Магнуса, замершего без движений на грязном полу в надежде, что о нем забудут. Под сапогом барона пальцы хрустнули, и шпион жалобно вскрикнул. Рюг поглядел себе под ноги:
— Начнем-ка пожалуй с этого!
Магнус в ужасе обнял его за ногу, оросив пыльный сапог слезами и даже поцеловав.
пару раз:
— Нет, пожалуйста, господин барон, разве вы меня не узнали? Я расскажу все, что мне известно, только сохраните мне жизнь!
Рюдигер удивился:
— Какой интерес в этом у мелкого торговца?
— О, я всего лишь выполняю поручение важных господ! Если бы ваши восточные области ушли из под власти короны, то это было бы на руку определенным кругам во Фрисланде.
Да и Готхейм не станет возражать против разделения Алдании. Осталось только посеять крамольные мысли среди молодежи…
Ивар вдруг зло пнул ногой одного из пленников.
— Уйти из под власти короны… Да если вам так хочется сдохнуть, купите серебрянных стрел и перестреляйте друг друга! Вы знаете, что делают с такими, как мы, в Фрисланде и Готхейме? Лично я только здесь понял, что значит просто нормально жить, не опасаясь, что в любой момент безумные фанатики могут спалить дом и убить близких! Пожалуй, тебе стоит познакомиться с господином полковником!
— Похоже, Рюдигер фон Шлотерштайн, тебе придется вернуться к военной службе гораздо раньше, чем ты надеялся. — вздохнул Генрих фон Зальц, когда фрисландского лазутчика вывели из его кабинета.
— Вся эта история говорит только о том, что наши западные соседи хотят войны. Мне бы не хотелось вас расстраивать, тем более сейчас, когда все только и обсуждают свадьбу ее Высочества, но война — это всего лишь вопрос времени.
Старший граф Розенберг и еще пятеро представителей старых кланов с надеждой смотрели на Рюга и Ивара.
— Господин барон, мы просто умоляем вас не предавать все это огласке. Наши дети попали.
под плохое влияние, но они уже осознали свои ошибки и будут находиться под строжайшим надзором. Надеюсь, что лично вы не держите на моего сына зла, и между нашими семьями не будет кровной вражды.
Рюдигер заверил старого вампира, что в его планы совсем не входит растрезвонить на всю Алданию об этой нелепой истории, а о кровной вражде вообще не может быть речи. Ивар, одетый в свой лучший костюм, выглядел самым настоящим аристократом. Графа он слушал плохо, зато с неподдельным интересом разглядывал стоящие перед ними старинные кубки, сделанные похоже из чистого золота. Рюдигер заметил, куда направлен взгляд приятеля, и тихонько наступил ему на ногу. Не хватало еще, что бы после их ухода пропало что-нибудь ценное!
Один присутвующих, важный господин лет пятидесяти, пронзив Рюга острыми иглами темных глаз, произнес:
— О, достаточно одного вашего слова, чтобы снять камень с моей души! Ваша принадлежность к славному роду фон Шлотерштайнов исключает любой обман. Но ваш друг… Сможет ли он надежно хранить эту тайну? К какой семье он принадлежит, надеюсь, он благородного происхождения?
Ивар вдруг потерял всякий интерес к золотой посуде и с тревогой окинул взглядом просторный кабинет. Вот уж точно говорят, с кем поведешься, того и наберешься! Благодаря Рюгу с его наивными понятиями о чести и благородстве они попали в настоящее змеиное гнездо! Сейчас эти высокородные господа решат, что самой надежной гарантией сохранения тайны будет не честное слово барона фон Шлотерштайна, а серебрянный нож под ребра! Вон за дверями двадцать стражников и все нелюди! Ну хотя бы оценили неплохо! По десять на одного, и на том спасибо! Он сжал рукой эфес шпаги, готовый хоть сейчас вступить в бой. Но Рюг, взглянув ему в глаза, отрицательно покачал головой.
— Его семья была богата и влиятельна, да ведь благородное происхождение видно издалека, — равнодушно ответил барон.
Все присутствующие согласно закивали, ведь глядя на зеленоглазого красавца в богатом наряде, никто не поверил бы, что он не один год зарабатывал на жизнь ночными кражами. Между тем Рюдигер тоже ощутил некоторую фальшь в поведении радушных хозяев, и подумал, что пора бы им и откланяться.
Лизу несколько покоробило решение прирезать негодяев, принятое с такой легкостью, и она хотела возразить, но Рюдигер слегка сжал ее руку и согласно кивнул:
— Нехорошо заставлять женщину волноваться, а что касается всех этих сопливых заговорщиков, то вряд ли они могут быть чем– либо полезны, их действительно лучше уничтожить, чтобы свои семьи не позорили! Рагнар Темный теперь уже окончательно окочурился, и поди догадайся, о каких решительных действиях он хотел поговорить с ними!
Ненароком Рюг наступил на руку Магнуса, замершего без движений на грязном полу в надежде, что о нем забудут. Под сапогом барона пальцы хрустнули, и шпион жалобно вскрикнул. Рюг поглядел себе под ноги:
— Начнем-ка пожалуй с этого!
Магнус в ужасе обнял его за ногу, оросив пыльный сапог слезами и даже поцеловав.
пару раз:
— Нет, пожалуйста, господин барон, разве вы меня не узнали? Я расскажу все, что мне известно, только сохраните мне жизнь!
Рюдигер удивился:
— Какой интерес в этом у мелкого торговца?
— О, я всего лишь выполняю поручение важных господ! Если бы ваши восточные области ушли из под власти короны, то это было бы на руку определенным кругам во Фрисланде.
Да и Готхейм не станет возражать против разделения Алдании. Осталось только посеять крамольные мысли среди молодежи…
Ивар вдруг зло пнул ногой одного из пленников.
— Уйти из под власти короны… Да если вам так хочется сдохнуть, купите серебрянных стрел и перестреляйте друг друга! Вы знаете, что делают с такими, как мы, в Фрисланде и Готхейме? Лично я только здесь понял, что значит просто нормально жить, не опасаясь, что в любой момент безумные фанатики могут спалить дом и убить близких! Пожалуй, тебе стоит познакомиться с господином полковником!
— Похоже, Рюдигер фон Шлотерштайн, тебе придется вернуться к военной службе гораздо раньше, чем ты надеялся. — вздохнул Генрих фон Зальц, когда фрисландского лазутчика вывели из его кабинета.
— Вся эта история говорит только о том, что наши западные соседи хотят войны. Мне бы не хотелось вас расстраивать, тем более сейчас, когда все только и обсуждают свадьбу ее Высочества, но война — это всего лишь вопрос времени.
Старший граф Розенберг и еще пятеро представителей старых кланов с надеждой смотрели на Рюга и Ивара.
— Господин барон, мы просто умоляем вас не предавать все это огласке. Наши дети попали.
под плохое влияние, но они уже осознали свои ошибки и будут находиться под строжайшим надзором. Надеюсь, что лично вы не держите на моего сына зла, и между нашими семьями не будет кровной вражды.
Рюдигер заверил старого вампира, что в его планы совсем не входит растрезвонить на всю Алданию об этой нелепой истории, а о кровной вражде вообще не может быть речи. Ивар, одетый в свой лучший костюм, выглядел самым настоящим аристократом. Графа он слушал плохо, зато с неподдельным интересом разглядывал стоящие перед ними старинные кубки, сделанные похоже из чистого золота. Рюдигер заметил, куда направлен взгляд приятеля, и тихонько наступил ему на ногу. Не хватало еще, что бы после их ухода пропало что-нибудь ценное!
Один присутвующих, важный господин лет пятидесяти, пронзив Рюга острыми иглами темных глаз, произнес:
— О, достаточно одного вашего слова, чтобы снять камень с моей души! Ваша принадлежность к славному роду фон Шлотерштайнов исключает любой обман. Но ваш друг… Сможет ли он надежно хранить эту тайну? К какой семье он принадлежит, надеюсь, он благородного происхождения?
Ивар вдруг потерял всякий интерес к золотой посуде и с тревогой окинул взглядом просторный кабинет. Вот уж точно говорят, с кем поведешься, того и наберешься! Благодаря Рюгу с его наивными понятиями о чести и благородстве они попали в настоящее змеиное гнездо! Сейчас эти высокородные господа решат, что самой надежной гарантией сохранения тайны будет не честное слово барона фон Шлотерштайна, а серебрянный нож под ребра! Вон за дверями двадцать стражников и все нелюди! Ну хотя бы оценили неплохо! По десять на одного, и на том спасибо! Он сжал рукой эфес шпаги, готовый хоть сейчас вступить в бой. Но Рюг, взглянув ему в глаза, отрицательно покачал головой.
— Его семья была богата и влиятельна, да ведь благородное происхождение видно издалека, — равнодушно ответил барон.
Все присутствующие согласно закивали, ведь глядя на зеленоглазого красавца в богатом наряде, никто не поверил бы, что он не один год зарабатывал на жизнь ночными кражами. Между тем Рюдигер тоже ощутил некоторую фальшь в поведении радушных хозяев, и подумал, что пора бы им и откланяться.
Страница 35 из 147
