Лабиринт

Донизу добирались долго, но без особых приключений. Остановились перевязать Северусу башмаки веревкой. Обсудили, что с ними делать — трансфигурировать обувь никто не умел. Остановились поесть на почти-террасе и нашли камень с руной земли. И круглый камень с крестом, полузасыпанный землей.

— Это что? — спросил Поттер. Блэк пожал плечами.

— Старое и вроде как кельтское — все, что я могу сказать. Или не кельтское. Может, саксонское. Но страшно старое.

— Времен Основателей, — пробормотал Северус. — Тысяча лет… Как здесь еще что-то стоит?

— Все потому, что нас тут не было, — хмыкнул Поттер. — Часть мы уже поломали, еще останемся — совсем доломаем!

— Ты угрожаешь, чтобы нас поскорее выпустили? — поинтересовался Блэк.

— Ну да!

— Непродуманный план, — сказал Люпин. — Если нас уронят с высоты, то мы уж точно ничему больше не навредим.

— Кстати, не факт, — хмыкнул Блэк. — Я вот после такой смерти наверняка стану как Пивз! Хуже Пивза! И тогда никому мало не покажется!

Солнце на нарисованном небе клонилось к закату, когда они доползли-таки до двери. Уже открытой, подпертой камнем.

Темнота за порогом на мгновение ослепила, несмотря на Люмос. Кажется, там что-то светилось — опять картина или мох?

— Мальчики! — раздался самый неожиданный и желанный голос. Поттер охнул, Северус вздрогнул, пихнул Блэка и пролез вперед, совсем забыв про привязанного к нему Люпина. — А что это вы такие грязные?

Лили стояла у обвалившегося шкафа. Такая красивая. Только не рыжая больше. Белый, негромко светящийся силуэт. Сквозь нее виднелась стена.

Северус схватил себя за горло. И завыл. Ни слов не было, ни слез — только сухая рваная боль.

Глава 11. Блэк

— Я не умерла! Я просто… Как-то так получилось, но я точно знаю, что живая!

— С этого и надо было начинать! — рявкнул Сириус. На Сохатого страшно было смотреть, он стоял столбом, белее мела. Снейп на полу размазывал сопли, подвывая. Привязанный к нему Ремус растерянно топтался возле. Якобы-не-призрак Эванс заламывала руки.

Пора было прекращать любительскую постановку «Фонтана Рыданий». Сириус отвязал от пояса веревку, дернул вверх Снейпа.

— Вставай, чего нюни развел. Надо веревку смотать. Эванс, объясни внятно, что случилось.

— Я полезла за горшком на верхнюю полку, — сказала Эванс. — На него Акцио не сработало. Табуретка провалилась, я схватилась за полку, и шкаф на меня упал.

И показала на внушительную гору осколков и дерева у стены. Сириус моргнул.

— Ты точно уверена, что жива?

— Конечно, точно! — фыркнула Эванс. — Я успела поставить Протего. Видишь, какой купол? И оно еще держится! Значит, я жива.

— Логично, — признал Сириус.

Подошел к куче. Купола Протего под деревяшками и черепками видно не было. Черепки же Сириусу сильно не нравились, на некоторых темнели непонятные пятна. Если зелья — разбирать придется вручную…

Сохатый наконец ожил. Вздохнул шумно, встрепал волосы обеими руками.

— Лили… Ты как себя чувствуешь?

— Придурок, — оскалилась Эванс. — Никак! В том-то и дело! Я вообще ничего не чувствую!

Снейп поднялся на ноги и даже не запутался в веревке. Сунул ее Ремусу.

— К-когда? — закашлялся и повторил: — Когда это случилось, Лил?

Та нахмурилась.

— Вчера. Вроде бы. Или позавчера.

Сириус присвистнул.

— Ну ты сильна, Эванс! Минимум сутки такое Протего держать.

— Не держать, — Сохатый, только вроде очухавшийся, посерел опять. И Снейп тоже. — Так бывает, заклинание держится за счет магии, бессознательной, и…

— Жрет ее, — брякнул Снейп. — Жизненные силы жрет. Контроля-то нет. Как «Сонная книга». Читаешь ее, засыпаешь, а она тебя множит на ноль.

— Ты-то откуда про нее знаешь? — удивился Сириус.

У Блэков книга валялась в библиотеке совершенно свободно: полез и не справился — сам виноват. Но Снейп-то не из древнего рода со всякой гадостью в кладовке.

— Запретная секция, — скривился Снейп. — Не важно. Надо немедленно разобрать завал. Только как?

— Эванеско, — сказала Эванс возмущенно. — И все! Чего вы мнетесь?

— Ты понимаешь, — поморщился Сохатый и начал протирать очки, — бывает несовместимость магий. А тут зелья какие-то были, да, Лили?

Эванс пожала плечами.

— Вроде бы. Стояли бутылки, керамические. В цветочек. Разный. Я в них не заглядывала, но там что-то было и на меня вылилось, горькое.

— Черт, — мрачно сказал Снейп. — Еще и смешанный эффект. Вы перчатки взяли?

Перчатки? Сириус посмотрел на запасливого Ремуса, но тот только покачал головой сокрушенно.

— Тогда разбирать черепки буду я, — заявил Снейп, влез в сумку, вытащил пару зельеварных перчаток драконьей кожи и надел тут же. — А вы — оттаскивать деревяшки. Но руки все равно лучше обвязать. И рот с носом, чтобы в зелье не вляпаться и пары не вдохнуть, мало ли.

Сохатый посмотрел на Снейпа внимательно и кивнул.

— Согласен.

После сравнительного анализа мантий на повязки разодрали Ремусову — ее в общем и драть не надо было уже, сама расползалась. Сохатый натянул повязку на нос и рот, хмыкнул, начал почему-то крутить руками с отставленными указательными пальцами.