Фандом: Ориджиналы. Повелитель оборотней Мартин вынужденно заключает династический брак с людьми. Его партнером становится Анджей — совсем молодой парень, который не любит секс. Что может из этого получиться — читаем в этой истории.
444 мин, 55 сек 10778
Оба уже стояли напротив друг друга в довольно напряженных позах. Никто не хотел уступать, ибо у каждого была своя правда.
— В замок я не поеду! — раздувая ноздри от гнева, отчеканил Анджей.
— Значит, отправлю под охраной!
— Черта с два! У меня во дворце достаточно охраны, чтобы ты не смог провернуть такой трюк!
— Ты что, на полном серьезе собираешься править? — иронично рассмеялся Мартин. — Да ты же ничего не умеешь. Ты не обучен даже основам управления, слишком молод и самоуверен, да к тому же еще и ждешь ребенка! О чем ты только думаешь?! Есть я, есть Лик — поверь, для твоей Империи этого достаточно. Лучше последуй умному совету, займись собой и ребенком. Я буду навещать тебя не реже, чем раз в десять дней. Пойми, так ты развяжешь руки всем нам!
Терпение Мартина никогда не было слишком большим, и теперь он уже здорово нервничал оттого, что упрямый мальчишка вбил себе в голову откровенные детские глупости.
— Значит, — угрожающе ласковым тоном начал Анджей, — я просто обуза, которая связывает вам всем руки? Вот это здорово! А ничего, что я стоял рядом с тобой в бою? Ничего, что спас твою жизнь? Делил с тобой постель, даже тогда, когда мне было больно? Ничего, что сейчас я жду твоего ребенка? И что я все время получаю от тебя? Может быть, признание моего ума и заслуг? Нет! Боль, унижение, ты постоянно говоришь о том, что я ни на что не способен! А на что я, по-твоему, могу претендовать? Быть грелкой в твоей кровати? Что-то я не припомню хоть еще какой-либо обязанности, кроме как удовлетворять тебя.
В глазах Младшего стояли злые слезы, и он отшвырнул в сторону руки Мартина, когда тот попытался обнять его.
— Перестань! — не выдержав, оборотень повысил голос.
— Что? Правда не нравится? — зло рассмеялся Анджей.
Сейчас больше всего Мартину хотелось отвесить зарвавшемуся юнцу звонкую оплеуху. В любом другом случае он бы так и поступил, но слишком свежи были в памяти печальные итоги первой и, наверное, последней такой попытки.
— Значит, я для тебя не очень-то хорош?
— Да! Ты просто… просто… отвратителен!
Мартин в один гигантский прыжок преодолел разделявшее их расстояние и, схватив в жесткий зажим руки Младшего, почти прошипел ему в лицо:
— Знаешь, я никому не навязываюсь! Если я так тебя не устраиваю — не держу! Можешь быть совершенно свободен! И в постель себе можешь подобрать кого-нибудь получше и помягче, кто будет заглядывать тебе в рот и выслушивать откровенные глупости! А с меня — довольно!
Зарычав от не нашедшей выхода ярости, Мартин выбежал из спальни, оглушительно хлопнув дверью.
Анджей с недоумением посмотрел ему вслед и, тихонько заплакав, растирая по лицу горошины слез обиды, поплелся к кровати, упав лицом в подушку, тихо прошептал:
— Значит, не очень-то ты меня любишь, если готов так просто бросить. Все вранье! Все вокруг врут!
…
Мартин выбежал на балкон и остановился, вцепившись в перила побелевшими пальцами.
— Да что же это такое?! Словно сглазил кто! Ну, почему мы не можем просто нормально общаться? Почему все время скатываемся до каких-то глупых разборок? Нет, я скоро просто сойду с ума!
Изо всей силы стукнув кулаком по перилам, он отправился искать Ральфа. Этот оборотень совсем отбился от рук, так и не явился объяснить все подробности происшедшего с Советником Ликом. А раз уж он теперь соправитель этой проклятой человеческой Империи, то такие вещи просто нельзя никому спускать с рук. Сегодня — Советник, а завтра — Младший?
…
Мартин смог увидеть противного мальчишку только за ужином. Такая карусель мелких забот давно не захватывала его. Он даже не успел сменить костюм, хорошо хоть по дороге забежал ополоснуть от пыли лицо и руки.
Когда он вошел в обеденную залу, там уже было довольно многолюдно. За длинным столом сидело человек сорок придворных, раздавался ровный гул приглушенных голосов. Слава Богам, сегодня ни от кого из людей не несло духами. Ральф, расположившийся по правую руку от двух приборов во главе стола, приветливо помахал рукой. Он сидел рядом со спрятавшимся за глубоким капюшоном Советником, и они явно о чем-то оживленно разговаривали. Кажется, они нашли друг в друге как минимум интересных собеседников.
Мартин отыскал глазами Анджея. Он, словно не замечая мужа, радостно улыбался какому-то здоровенному довольно молодому вояке, наклонился к нему, что-то прошептал, почти прикасаясь губами к уху.
Мартин демонстративно громко подошел и тяжело сел на стул, отодвинутый услужливым лакеем.
— Приятного аппетита.
Анджей неторопливо повернулся в его сторону. Улыбка вмиг покинула его лицо и он вежливо, но холодно ответил:
— Благодарю. И вам того же.
— С каких это пор мы на «вы»?
Но паршивец просто проигнорировал вопрос, снова развернувшись в сторону нездорово оживленного и разукрашенного цветными эполетами и нашивками, как петух перьями, молодчику.
Мартин что-то ел, не замечая вкуса пищи, и все время напрягал слух, стараясь не упустить ни слова из протекавшей рядом беседы.
— Так значит, вам всего двадцать восемь, а вы уже генерал?
— В замок я не поеду! — раздувая ноздри от гнева, отчеканил Анджей.
— Значит, отправлю под охраной!
— Черта с два! У меня во дворце достаточно охраны, чтобы ты не смог провернуть такой трюк!
— Ты что, на полном серьезе собираешься править? — иронично рассмеялся Мартин. — Да ты же ничего не умеешь. Ты не обучен даже основам управления, слишком молод и самоуверен, да к тому же еще и ждешь ребенка! О чем ты только думаешь?! Есть я, есть Лик — поверь, для твоей Империи этого достаточно. Лучше последуй умному совету, займись собой и ребенком. Я буду навещать тебя не реже, чем раз в десять дней. Пойми, так ты развяжешь руки всем нам!
Терпение Мартина никогда не было слишком большим, и теперь он уже здорово нервничал оттого, что упрямый мальчишка вбил себе в голову откровенные детские глупости.
— Значит, — угрожающе ласковым тоном начал Анджей, — я просто обуза, которая связывает вам всем руки? Вот это здорово! А ничего, что я стоял рядом с тобой в бою? Ничего, что спас твою жизнь? Делил с тобой постель, даже тогда, когда мне было больно? Ничего, что сейчас я жду твоего ребенка? И что я все время получаю от тебя? Может быть, признание моего ума и заслуг? Нет! Боль, унижение, ты постоянно говоришь о том, что я ни на что не способен! А на что я, по-твоему, могу претендовать? Быть грелкой в твоей кровати? Что-то я не припомню хоть еще какой-либо обязанности, кроме как удовлетворять тебя.
В глазах Младшего стояли злые слезы, и он отшвырнул в сторону руки Мартина, когда тот попытался обнять его.
— Перестань! — не выдержав, оборотень повысил голос.
— Что? Правда не нравится? — зло рассмеялся Анджей.
Сейчас больше всего Мартину хотелось отвесить зарвавшемуся юнцу звонкую оплеуху. В любом другом случае он бы так и поступил, но слишком свежи были в памяти печальные итоги первой и, наверное, последней такой попытки.
— Значит, я для тебя не очень-то хорош?
— Да! Ты просто… просто… отвратителен!
Мартин в один гигантский прыжок преодолел разделявшее их расстояние и, схватив в жесткий зажим руки Младшего, почти прошипел ему в лицо:
— Знаешь, я никому не навязываюсь! Если я так тебя не устраиваю — не держу! Можешь быть совершенно свободен! И в постель себе можешь подобрать кого-нибудь получше и помягче, кто будет заглядывать тебе в рот и выслушивать откровенные глупости! А с меня — довольно!
Зарычав от не нашедшей выхода ярости, Мартин выбежал из спальни, оглушительно хлопнув дверью.
Анджей с недоумением посмотрел ему вслед и, тихонько заплакав, растирая по лицу горошины слез обиды, поплелся к кровати, упав лицом в подушку, тихо прошептал:
— Значит, не очень-то ты меня любишь, если готов так просто бросить. Все вранье! Все вокруг врут!
…
Мартин выбежал на балкон и остановился, вцепившись в перила побелевшими пальцами.
— Да что же это такое?! Словно сглазил кто! Ну, почему мы не можем просто нормально общаться? Почему все время скатываемся до каких-то глупых разборок? Нет, я скоро просто сойду с ума!
Изо всей силы стукнув кулаком по перилам, он отправился искать Ральфа. Этот оборотень совсем отбился от рук, так и не явился объяснить все подробности происшедшего с Советником Ликом. А раз уж он теперь соправитель этой проклятой человеческой Империи, то такие вещи просто нельзя никому спускать с рук. Сегодня — Советник, а завтра — Младший?
…
Мартин смог увидеть противного мальчишку только за ужином. Такая карусель мелких забот давно не захватывала его. Он даже не успел сменить костюм, хорошо хоть по дороге забежал ополоснуть от пыли лицо и руки.
Когда он вошел в обеденную залу, там уже было довольно многолюдно. За длинным столом сидело человек сорок придворных, раздавался ровный гул приглушенных голосов. Слава Богам, сегодня ни от кого из людей не несло духами. Ральф, расположившийся по правую руку от двух приборов во главе стола, приветливо помахал рукой. Он сидел рядом со спрятавшимся за глубоким капюшоном Советником, и они явно о чем-то оживленно разговаривали. Кажется, они нашли друг в друге как минимум интересных собеседников.
Мартин отыскал глазами Анджея. Он, словно не замечая мужа, радостно улыбался какому-то здоровенному довольно молодому вояке, наклонился к нему, что-то прошептал, почти прикасаясь губами к уху.
Мартин демонстративно громко подошел и тяжело сел на стул, отодвинутый услужливым лакеем.
— Приятного аппетита.
Анджей неторопливо повернулся в его сторону. Улыбка вмиг покинула его лицо и он вежливо, но холодно ответил:
— Благодарю. И вам того же.
— С каких это пор мы на «вы»?
Но паршивец просто проигнорировал вопрос, снова развернувшись в сторону нездорово оживленного и разукрашенного цветными эполетами и нашивками, как петух перьями, молодчику.
Мартин что-то ел, не замечая вкуса пищи, и все время напрягал слух, стараясь не упустить ни слова из протекавшей рядом беседы.
— Так значит, вам всего двадцать восемь, а вы уже генерал?
Страница 72 из 121
