Фандом: Ориджиналы. Повелитель оборотней Мартин вынужденно заключает династический брак с людьми. Его партнером становится Анджей — совсем молодой парень, который не любит секс. Что может из этого получиться — читаем в этой истории.
444 мин, 55 сек 10769
За то время, что я провел в ванной, труп уже куда-то убрали, и только мокрое темное пятно да сбившиеся простыни напоминали о случившемся.
— Не уходи… — попросил я.
Мартин послушно кивнул, тяжело вздохнул и присел на краешек кровати.
— Прости меня, я был не прав, — попросил я, не надеясь особенно ни на что.
— Нет, Анджей, мы оба были не правы, — Мартин погладил меня по руке. — Как ты?
— Жить буду…
— Значит, со всем справимся. Ты отдыхай пока, завтра попробуем решить все наши вопросы.
— Ты только не уходи! — попросил я Мартина. — Ну его, врача этого. Я правда в порядке, просто… очень испугался, — признался я.
— Я тоже…
— И ты?
— Да, я действительно испугался, что ты меня бросишь.
— Никогда! — твердо сказал я, прижимаясь к горячему боку и вдыхая родной и любимый запах.
Ральф и Лик еще не ушли, сидя за небольшим столиком, вели интеллигентную игру в карты, явно лишь для того, чтобы убить время.
Лакеи заканчивали расстилать новый ковер, который хотя несколько не подходил по цвету, зато не пах кровью. Увидев меня, Советник и начальник службы безопасности отложили карты, но начинать разговор не спешили, дождавшись, пока последний из лакеев не закроет за собой двери. Ральф вздохнул:
— Что делать будешь?
Лик скинул капюшон и немного удивленно посмотрел на нас.
Я не отвечая, уселся в кресло, сцепив руки в замок. Заметил, что к рукаву рубашки прилип какой-то небольшой кусочек плоти и брезгливо стряхнул его щелчком пальцев в кадку с фикусом. Ну их к лешему, такие украшения.
— Надеюсь, глупости делать не собираешься? — не унимался Ральф.
— Смотря, что ты понимаешь под глупостями…
— Развод, — слово свинцовым мячиком упало в тишину комнаты.
Я скривился:
— Ты знаешь, что по нашим законам это невозможно.
— Я о законах Империи. Лик меня образовывал немного по этому поводу. Так вот — у них это возможно.
— Хорошая мысль, кстати, — согласился я, — и заморочек с лишними обязанностями не будет.
— Вы, должно быть, оба шутите? — неуверенно вмешался Советник.
— Честно говоря, я думал и о такой возможности. Или вы считаете, что можно оставить без внимания такое поведение моего партнера?
— Младшего партнера, — уточнил Ральф с пониманием.
— Но вы же… я ничего не понимаю, — развел Лик руками.
— Что тут не понятного? Мой Младший муж дозаигрывался с посторонними до того, что чуть было не оказался банально взятым посторонним мужчиной. Как я, по-вашему, по-человечески, должен к такому отнестись? С пониманием? — я делано рассмеялся. — Да, я отнесся. Он ждет моего наследника, которого я не намерен потерять. Ральф, в ответ на твой вопрос — нет, я не буду применять человеческую процедуру развода. Хотя бы потому, что как бы нам не хотелось, но война неизбежна, и победить в ней можно лишь объединив силы обоих государств. Я не собираюсь устраивать шумных скандалов, но имею полное право преподать Младшему ответный урок.
— Мартин!
— Разумеется, без членовредительства, — успокоил я Ральфа. Лик тоже облегченно выдохнул.
— Советник, вы что-то имеете мне возразить?
— Нет, Вы в своем праве, — вынужденно признал он. — Единственное, прошу Вас осторожнее. Не доводите ситуацию до абсурда.
— Разумеется, — кивнул я. — Советник, вам не надоела эта одежда? Мне кажется, что бесформенный балахон не красит вас.
Он замялся, подбирая ответ:
— Если вы настаиваете… — неуверенно произнес он.
— Настаиваем! Оба категорически настаиваем! — обрадовался Ральф.
— Хорошо, я поменяю форму одежды, — улыбнулся Советник, почему-то глядя при этом на моего начальника службы безопасности. Хм, я что-то пропустил?
…
Анджей проспал весь остаток вечера и ночь. Утром сильно замерз, но сколько не шарил рукой по кровати, теплый Мартин упорно не находился. Открыв глаза, он понял, что Старшего в постели просто нет. От этого сразу испортилось настроение, а нахлынувшие воспоминания о жутком вчерашнем вечере уверенно приблизили внутреннее ощущение к отметке депрессивного. Нужно было вставать и умываться, но не было ни сил, ни желания. При понимании того, что придется вылезать из нагретого одеяла, толпа предвещающих холод мурашек покрыла руки и ноги. Но через некоторое время Анджей все же убедил себя.
На вертикальной вешалке возле кровати нашелся новый комплект одежды. Тонкая рубашка казалась слишком холодной даже на вид, но ничего другого просто не было. Пришлось, морщась от холода, влезть в нее. От сильной слабости немного пошатывало, и он не решился одевать брюки стоя. С трудом натянув их, сидя на кровати, придерживаясь рукой за стены и попадающиеся на пути предметы, вышел в гостиную. Вход в ванные комнаты был несколько левее через короткий коридор, скрытый тяжелой портьерой. Пропавший Мартин обнаружился в кресле у окна. Он сидел спиной к свету и читал утренние газеты.
— Не уходи… — попросил я.
Мартин послушно кивнул, тяжело вздохнул и присел на краешек кровати.
— Прости меня, я был не прав, — попросил я, не надеясь особенно ни на что.
— Нет, Анджей, мы оба были не правы, — Мартин погладил меня по руке. — Как ты?
— Жить буду…
— Значит, со всем справимся. Ты отдыхай пока, завтра попробуем решить все наши вопросы.
— Ты только не уходи! — попросил я Мартина. — Ну его, врача этого. Я правда в порядке, просто… очень испугался, — признался я.
— Я тоже…
— И ты?
— Да, я действительно испугался, что ты меня бросишь.
— Никогда! — твердо сказал я, прижимаясь к горячему боку и вдыхая родной и любимый запах.
Методом утюга
Анджей заснул, а я тихо, как только мы, оборотни, и умеем, высвободился от его ослабевшей хватки и вышел в апартаменты.Ральф и Лик еще не ушли, сидя за небольшим столиком, вели интеллигентную игру в карты, явно лишь для того, чтобы убить время.
Лакеи заканчивали расстилать новый ковер, который хотя несколько не подходил по цвету, зато не пах кровью. Увидев меня, Советник и начальник службы безопасности отложили карты, но начинать разговор не спешили, дождавшись, пока последний из лакеев не закроет за собой двери. Ральф вздохнул:
— Что делать будешь?
Лик скинул капюшон и немного удивленно посмотрел на нас.
Я не отвечая, уселся в кресло, сцепив руки в замок. Заметил, что к рукаву рубашки прилип какой-то небольшой кусочек плоти и брезгливо стряхнул его щелчком пальцев в кадку с фикусом. Ну их к лешему, такие украшения.
— Надеюсь, глупости делать не собираешься? — не унимался Ральф.
— Смотря, что ты понимаешь под глупостями…
— Развод, — слово свинцовым мячиком упало в тишину комнаты.
Я скривился:
— Ты знаешь, что по нашим законам это невозможно.
— Я о законах Империи. Лик меня образовывал немного по этому поводу. Так вот — у них это возможно.
— Хорошая мысль, кстати, — согласился я, — и заморочек с лишними обязанностями не будет.
— Вы, должно быть, оба шутите? — неуверенно вмешался Советник.
— Честно говоря, я думал и о такой возможности. Или вы считаете, что можно оставить без внимания такое поведение моего партнера?
— Младшего партнера, — уточнил Ральф с пониманием.
— Но вы же… я ничего не понимаю, — развел Лик руками.
— Что тут не понятного? Мой Младший муж дозаигрывался с посторонними до того, что чуть было не оказался банально взятым посторонним мужчиной. Как я, по-вашему, по-человечески, должен к такому отнестись? С пониманием? — я делано рассмеялся. — Да, я отнесся. Он ждет моего наследника, которого я не намерен потерять. Ральф, в ответ на твой вопрос — нет, я не буду применять человеческую процедуру развода. Хотя бы потому, что как бы нам не хотелось, но война неизбежна, и победить в ней можно лишь объединив силы обоих государств. Я не собираюсь устраивать шумных скандалов, но имею полное право преподать Младшему ответный урок.
— Мартин!
— Разумеется, без членовредительства, — успокоил я Ральфа. Лик тоже облегченно выдохнул.
— Советник, вы что-то имеете мне возразить?
— Нет, Вы в своем праве, — вынужденно признал он. — Единственное, прошу Вас осторожнее. Не доводите ситуацию до абсурда.
— Разумеется, — кивнул я. — Советник, вам не надоела эта одежда? Мне кажется, что бесформенный балахон не красит вас.
Он замялся, подбирая ответ:
— Если вы настаиваете… — неуверенно произнес он.
— Настаиваем! Оба категорически настаиваем! — обрадовался Ральф.
— Хорошо, я поменяю форму одежды, — улыбнулся Советник, почему-то глядя при этом на моего начальника службы безопасности. Хм, я что-то пропустил?
…
Анджей проспал весь остаток вечера и ночь. Утром сильно замерз, но сколько не шарил рукой по кровати, теплый Мартин упорно не находился. Открыв глаза, он понял, что Старшего в постели просто нет. От этого сразу испортилось настроение, а нахлынувшие воспоминания о жутком вчерашнем вечере уверенно приблизили внутреннее ощущение к отметке депрессивного. Нужно было вставать и умываться, но не было ни сил, ни желания. При понимании того, что придется вылезать из нагретого одеяла, толпа предвещающих холод мурашек покрыла руки и ноги. Но через некоторое время Анджей все же убедил себя.
На вертикальной вешалке возле кровати нашелся новый комплект одежды. Тонкая рубашка казалась слишком холодной даже на вид, но ничего другого просто не было. Пришлось, морщась от холода, влезть в нее. От сильной слабости немного пошатывало, и он не решился одевать брюки стоя. С трудом натянув их, сидя на кровати, придерживаясь рукой за стены и попадающиеся на пути предметы, вышел в гостиную. Вход в ванные комнаты был несколько левее через короткий коридор, скрытый тяжелой портьерой. Пропавший Мартин обнаружился в кресле у окна. Он сидел спиной к свету и читал утренние газеты.
Страница 76 из 121
