Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

В потемках

Анджей чувствовал себя, словно тяжело больной: мысли в голове были странно тягучими, словно патока, и он никак не мог на чем-либо сосредоточиться. А еще ничего не хотелось. Он честно старался выполнять свои обязанности по управлению Империей, но и это не получалось. Он уже второй час просто тупо сидел перед стопкой документов и пытался понять хоть одну строчку. Нет, бесполезно… Все равно все его мысли возвращались к Мартину. Вчера ночью он был словно чужим, незнакомым… Властно, не интересуясь его чувствами, взял то, что было в его правах. Анджей был покорен так, как требовали того законы и его неспокойная совесть, но ощущение обиды осталось и время от времени подступало к горлу комком невыплаканных слез. Разум понимал, что, если на кого и следует обижаться, то только на себя, но душа скулила брошенным избитым щенком, не желая принимать ни одного разумного довода. Анджею даже поговорить было не с кем: Ральф все время где-то исчезал, а больше он во дворце никого не знал. Хотя был еще Серый Советник, но и он давно уже не показывался, занятый, должно быть, важными и тайными делами. Сейчас ему очень не хватало Марики. Казалось, что ее он знает уже очень давно, что она ближе и понятнее многих и уж точно, она была более внимательной и заботливой, чем, в свое время, его собственная мать.

— Может, взять и отравиться? — тоскливо спросил он вслух сам у себя.

— А, может, не стоит? Просто учитывая, что у тебя нет права так распоряжаться жизнью еще не рожденного малыша?

Анджей вздрогнул и втянул голову в плечи. Он совсем не заметил, когда в кабинет вошел Мартин, погруженный в собственное состояние между явью и сном.

— Что, черт побери, с тобой происходит? — Мартин встал и начал мерить комнату, неспешно вышагивая от стены к стене. — Я уже час наблюдаю за тобой.

Он свысока посмотрел на сжавшегося в кресле Младшего. Его было жалко, но недавние события требовали жесткого наказания, и, мысленно вздохнув, оборотень не позволил чувствам проявиться.

— Ничего, со мной все в порядке, — очень тихо ответил Анджей. Он старался не поднимать на Мартина глаз.

— Ты готов к переезду в замок? — ноги Мартина остановились совсем рядом с креслом, в котором, стараясь стать как можно более незаметным, сидел Анджей.

— Нет… но я подготовлюсь. Я могу очень быстро собраться… — зачастил он, боясь вызвать неодобрение мужа.

Мартин неодобрительно цокнул языком. Ему совсем не хотелось, чтобы Младший боялся его. Не этого он хотел добиться, вовсе не этого. Он лишь собирался показать, кто старше, кто лидер, и продемонстрировать недовольство слишком вольным поведением партнера, а вот что из этого вышло.

— У тебя что-то болит?

Мартин присел на корточки и заглянул в опущенное лицо Анджея. В ответ чуть слышное:

— Нет, спасибо за беспокойство, я хорошо себя чувствую.

— Анджей, что происходит?

Молчание, только судорожно сжатые на подлокотниках пальцы Младшего. Мартин вздохнул и, мысленно послав все принципы куда подальше, буквально выковырял упрямца из кресла. Прижав к груди замершую в страхе тоненькую фигурку, ногой открыл двери в гостиную. Непривычно молчаливый Анджей даже не спросил, куда они идут, не засыпал градом уточнений. Зато отчетливо начал проступать запах отчаяния. Это было совсем плохо, у Младшего просто не должно было быть подобных эмоций. Сначала Мартин хотел продолжить общение в спальне, но теперь сомневался в оправданности такого решения. Да, будь с ним кто-то из стаи, все разногласия можно было бы легко решить в постели, но Младший вел себя непривычно…

Мартин остановился на промежуточном решении, мягко опустившись со своей не подающей признаков активности ношей у камина. Теплые языки пламени успокаивали, притягивая взгляд первобытным танцем.

— Анджей, тебе не холодно?

— Нет, спасибо за беспокойство…

Мартин взял в ладонь узкие пальцы Младшего и чуть потянул ладонь к огню. Анджей напрягся.

— Не надо…

— Почему?

В ответ молчание. Это начинало злить, хотелось встряхнуть эту неживую куклу, заставив, наконец, очнуться, но оборотень сдержал себя. Он уже ошибался несколько раз. Все в этом браке было слишком непросто, он словно танцевал с тенью, не имея времени даже на то, чтобы оценить со стороны всю вязь танца.

— Анджей, что «не надо»? — на всякий случай спросил Мартин.

— Не наказывайте меня больше.

— Что? — не понял оборотень.

— Я ведь уже извинился. Не надо!

— Что не надо?!

— Руку… в огонь… — тихонько проскулил мальчишка.

— С ума сошел?! — взвыл Мартин, только сильнее напугав сжавшегося юношу. — Да с чего ты вообще это взял? Да я за тебя любого порву! Веришь? — он требовательно встряхнул Младшего за плечи.

— Верю, — шмыгнул он носом.

— Тогда откуда такие бредовые мысли?

— Но… ты же уже наказывал меня.