Легенда о монстре

— А то, столько денег на поездки тратит, — безразлично пожал плечами сын хозяина. — Лучше бы с нами больше времени проводил.

— Мой, бывает, охотится, но чучел не делает, только привозит мясо. Вкусное очень… Вот я как-то сварил бульон из дикого кабана. М-м-м. Ни с какой свининой не сравнить.

— Да, ты еду не забыл?

— Нет. А ты табак взял?

— Я трубку даже новую нам купил. Раскурим в честь такого похода.

— А еще имбирного эля купил. Алкоголь я пока делать не учился, родные запрещают. Купил у торгаша на рынке.

Не найдя в кабинете больше ничего интересного, юный кулинар подошел к сейфу.

Толстяк усмехнулся.

— А там ничего нет, кроме денег. И отец ключ тот даже во сне на шее держит. Все, что нам надо — тут.

Мальчишка открыл длинный ящик под столешницей. Товарищи склонились над содержимым. Тут лежали: связка ключей, небрежно набросанная дядей для отца карта подвалов, и главное сокровище — пистоль с колесцовым замком. Оружие было тщательно вычищено, по рукояти из палисандра бежало серебряное тиснение, курок в форме утиной головы был спущен.

— Он заряжен?

— Конечно, нет. Порох тут, в коробочке, а тут пули.

— Твой отец воров боится? — усмехнулся сын кожевника.

— Наверное. А знаете, что… Возьмем с собой пистоль. Зарядим там, перед пещерой.

Братья для виду пожали плечами, дескать: «Ты хозяин — тебе решать», но втайне обрадовались.

Толстяк с бывалым видом взял пистоль, завел курок ключом, закрепленным на замке. Оставалось засыпать порох и зарядить оружие пулей. Мальчишку отец учил стрелять по мишеням, планируя, что после школы тот сначала отслужит в гвардии пять лет, и только потом начнет приобщаться к «ледовым» делам.

Стараясь не шуметь, ребята спустились к черному входу, забрали у сарая снаряжение и разложили его на полянке перед зарешеченной дверью ледохранилища.

Кулинар взял крепкую веревку, намотал на кулаки и подергал.

— Выдержит даже тебя, — улыбнулся мальчишка.

— А ну тебя к демону. Сам столько ешь и не толстеешь.

Факелы, кирка, спички и свечи нашлись в тамбурном помещении подвала. Толстяк снял с одной из полок бутыль с бурой жидкостью и воткнутой в горлышко тряпкой.

— Этим можно взорвать кого угодно, — пояснил он.

Сын кожевника уже начал бледнеть, уставившись в темноту лестничного спуска. А юный кулинар ощутил в коленях дрожь — так дрожит бегун перед соревнованиями. Он увидит то, чего боялся с раннего детства, почти десять лет своей недолгой жизни.

— А может Монстр и не нападет, — сказал парень с усмешкой. — Просто посмотрим и вернемся.

— Может. Но умирать мне там не хочется, — спокойным тоном отозвался сын хозяина.

Услыхав про смерть, третий тревожным голосом спросил:

— Ребята, может я вас тут подожду?

— А у пещеры кто ждать будет?

— Ну ладно… — вздохнул сын кожевника.

Подростки зажгли три факела, при дневном свете как следует рассмотрели карту.

— Тут пять этажей, а дядя велел копать шестой. Вот везде центральные тоннели, а от них в стороны идут бассейны со льдом. Ох, я забыл. Одевайтесь.

Подросток снял одну из меховых курток с вешалки и стал укутываться. Даже здесь, у входа, ощущалась прохлада, подходящая марту, а не маю.

Наконец мальчишки двинулись вниз. В одной руке держали факелы, другой — заплечные мешки. Бутылки тихо позвякивали у кулинара за спиной и он думал о том, как бы не споткнуться и не разбить эль. Еще подросток взял в поход вкуснейшие пирожки с мясом и печенье собственного приготовления. Они ведь могли бродить и несколько часов.

Первый тоннель был довольно длинным. Тут уже царил настоящий зимний холод. Повсюду капала с потолка вода, конденсат от растаявшего снега. По левую и правую руку чернели коридоры. В один из них кулинар из любопытства заглянул, поразившись тому, насколько огромен резервуар с прессованным снегом. Не зря хозяин обслуживал все ледники города.

Обстановка была тиха и слегка пугала. Мальчики перестали разговаривать. Лишь треск факелов и звук капель нарушали тишину.

Коридор кончился лестницей, а дальше — второй коридор, похожий на первый. Все пять были устроены по одному принципу, с поперечными ходами в бассейны. В пятом тоннеле царила уже лютая стужа. Хорошо хоть, в толще цельной скалы не гулял ветер. В конце каждого тоннеля толстяк зажигал свечу от факелы и прилеплял к полу.

— А кто это все вырубил? — шепотом спросил сын булочника.

— Это еще при прадеде начали. До этого каждый сам себе снег набирал в подвал, ну его до лета и хватало.

Кулинар шел и восхищался, сколько людей и времени ушло на то, чтобы вгрызться к твердую скалу. И уж не тут ли разбудили впервые монстра сто лет назад.

Пятый штрек окончился новой лестницей, с грубо обработанными ступенями. Толстяк сверился с картой и хмыкнул.

— Не зря ее взял. Дальше тоннели идут и вперед, и назад. Не как обычно.

— И там пещера… — прошептал самый трусливый из друзей.

— Да, — сын хозяина вдруг остановился, вручил кирку кулинару, прислонил факелу к стене, достал пистоль.

— Зарядим.