Небольшая Тули-стрит у станции Лондонский мост была перегорожена толпой народа. Полуторачасовое стояние в очереди наконец завершилось и Ира, довольная покупала билет. Плевать, что она ничего не поймет из того, что будут говорить гиды — когда еще у нее появится возможность побывать в «Лондонском подземелье» — самом масштабном и мрачном аттракционе ужасов.
Добавить в моё избранное
17 мин, 28 сек 4040
Она заплатила карточкой за билет, контроль которого кассир, загримированный под мертвеца, тут же обрезал маленькой гильотинкой, стоявшей на стойке. Затесавшись в группу туристов, чтобы не было слишком страшно одной, девушка проследовала в мрачный портал, над какими обычно пишут «Оставь надежду всяк сюда входящий». Кругом висела бутафорская паутина, скалились пластмассовые черепа и царила атмосфера мрачного веселья. Их провели в огромный зеркальный лабиринт, где Ирина тут же растерялась — ее близорукость не позволяла ей понять сразу, зеркало перед ней, или проход и она несколько раз чувствительно ударялась лбом. Ее нагнал молодой улыбчивый человек, в синем костюме, будто бы служащего. У парня была короткая стрижка и веселые, смеющиеся глаза.
— Приветик. — поздоровался он с Ириной на чистейшем русском.
— Как тебе здесь? –он обвел рукой кругом.
— Привет. Ничего, только я уже совсем заблудилась. Парень протянул руку и предложил: -Идем, я выведу — я здесь уже бывал. Девушка обрадовалась предложению и взялась за протянутую руку. Та была холодной, словно парень очень сильно мерз.
— А как тебя зовут?
— Георг. Можешь называть меня так.
— Очень приятно. А я — Ира. Меня так тоже можно называть. Они синхронно рассмеялись и Георг начал искать выход из лабиринта. Пока он считал повороты, будто заправской гид, Ирина украдкой осматривала его. Симпатичный. Веселый, в меру скромный, не болтливый. У Ирины не было постоянного молодого человека, да и, откровенно говоря, непостоянных тоже не имелось. Наконец они вышли на улицу Лондона, созданную из декораций. Перед группой туристов, которую они нагнали распиналась девушка, также покрашенная под мертвеца.
— А ты не знаешь, о чем она рассказывает? Я просто ну совсем по-английски не понимаю. Георг удивленно повернулся к своей спутнице, после чего перевел: -Она рассказывает о Лондонском пожаре в тысяча шестьсот шестьдесят шестом. Горел весь Лондон. Цифра –то мрачная и звучит жутко. А по факту — погибло всего-то четыре человека. Ну и, разумеется, оборванцев и попрошаек без счета. Георг осекся, увидев выражение лица Ирины и спешно сменил тему: -На самом деле, пожар помог Лондону избавиться от худшего бедствия — от чумы. Все мертвецы и крысы сгорели и источников болезни почти не осталось. Говорят… Тут он наклонился к самому уху девушки.
— Говорят, будто указ о поджоге был подписан самой королевской семьей. Пока Ирина собиралась что-то переспросить, гид махнула рукой и повела всех дальше. Из бутафорских домов повалил искусственный дым из глицерина и стало почти ничего не видно. Ирина и Георг шли последними, пока не уперлись в кирпичную стену.
— В чем дело? — нервно поинтересовалась девушка — Нас что, замуровали? Парень молча обозревал стену. Казалось, он хочет ощупать ее и уже тянул руку, но передумал. Его лицо в этот момент было крайне озабоченным, прежде чем он, как обычно улыбнулся и повернулся к Ирине.
— Все в порядке. Они часто отделяют двоих-троих туристов от группы, чтобы те побродили одни — это добавляет антуражу.
— Ну и к черту остальных, — обиженно махнула рукой Ирина — все равно я ни черта не понимаю, что там болтает эта размалеванная.
— Я буду твоим гидом — улыбнулся молодой человек и они пошли вдоль стены, пока действительно не вышли из дыма. Перед их глазами предстала грязная улица. Дома выглядели совсем как настоящие, на стенах чадили факелы. На улице валялись мертвецы. Они пахли, как настоящие и смрад гнили забивал нос и вызывал тошноту.
— Что это, Георг? — спросила девушка, зажимая чуть вздернутый симпатичный носик.
— Это Лондон до пожара — в дни, когда свирепствовала чума. — растерянно оповестил ее проводник. Глаза его бегали, будто он что-то искал. Взгляд скакал по темным углам, по оконным проемам. Они пошли вперед и в юбку Ирине вцепилось нечто.
— Ай! Отпусти!
— Please, miss, I«m starving! Грязные пальцы прокаженного старика мяли ткань ее одежды, бинт скрывал ввалившийся нос, но не успела Ирина восхититься качество грима, как этот неугомонный Георг потащил ее дальше. На пути им попалась повозка, заваленная мертвыми телами, над которыми вились полчища мух и ворон, видимо дрессированный, лениво поклевывал глаз одного из трупов. Ирину затошнило и Георг, взяв ее под руку, ускорил шаг. Они вошли будто бы в здание и интерьер преобразился. Это был длинный, грязно-желтый коридор с огромным количеством дверей по бокам.»
— А это, Ира, Бедлам. Здесь держали неугодных стране и душевнобольных. И правда — в маленьких палатах бесновались служащие аттракциона. Голая женщина валялась на полу, держа руки между ногами и кричала. В следующей палате раскачивался в середине помещения благообразный старичок. Из следующей камеры раздались звуки возни и Ирина отскочила в середину, где, не обращая внимания на творящееся в палатах, расхаживали огромные, в белых халатах, санитары.
— Приветик. — поздоровался он с Ириной на чистейшем русском.
— Как тебе здесь? –он обвел рукой кругом.
— Привет. Ничего, только я уже совсем заблудилась. Парень протянул руку и предложил: -Идем, я выведу — я здесь уже бывал. Девушка обрадовалась предложению и взялась за протянутую руку. Та была холодной, словно парень очень сильно мерз.
— А как тебя зовут?
— Георг. Можешь называть меня так.
— Очень приятно. А я — Ира. Меня так тоже можно называть. Они синхронно рассмеялись и Георг начал искать выход из лабиринта. Пока он считал повороты, будто заправской гид, Ирина украдкой осматривала его. Симпатичный. Веселый, в меру скромный, не болтливый. У Ирины не было постоянного молодого человека, да и, откровенно говоря, непостоянных тоже не имелось. Наконец они вышли на улицу Лондона, созданную из декораций. Перед группой туристов, которую они нагнали распиналась девушка, также покрашенная под мертвеца.
— А ты не знаешь, о чем она рассказывает? Я просто ну совсем по-английски не понимаю. Георг удивленно повернулся к своей спутнице, после чего перевел: -Она рассказывает о Лондонском пожаре в тысяча шестьсот шестьдесят шестом. Горел весь Лондон. Цифра –то мрачная и звучит жутко. А по факту — погибло всего-то четыре человека. Ну и, разумеется, оборванцев и попрошаек без счета. Георг осекся, увидев выражение лица Ирины и спешно сменил тему: -На самом деле, пожар помог Лондону избавиться от худшего бедствия — от чумы. Все мертвецы и крысы сгорели и источников болезни почти не осталось. Говорят… Тут он наклонился к самому уху девушки.
— Говорят, будто указ о поджоге был подписан самой королевской семьей. Пока Ирина собиралась что-то переспросить, гид махнула рукой и повела всех дальше. Из бутафорских домов повалил искусственный дым из глицерина и стало почти ничего не видно. Ирина и Георг шли последними, пока не уперлись в кирпичную стену.
— В чем дело? — нервно поинтересовалась девушка — Нас что, замуровали? Парень молча обозревал стену. Казалось, он хочет ощупать ее и уже тянул руку, но передумал. Его лицо в этот момент было крайне озабоченным, прежде чем он, как обычно улыбнулся и повернулся к Ирине.
— Все в порядке. Они часто отделяют двоих-троих туристов от группы, чтобы те побродили одни — это добавляет антуражу.
— Ну и к черту остальных, — обиженно махнула рукой Ирина — все равно я ни черта не понимаю, что там болтает эта размалеванная.
— Я буду твоим гидом — улыбнулся молодой человек и они пошли вдоль стены, пока действительно не вышли из дыма. Перед их глазами предстала грязная улица. Дома выглядели совсем как настоящие, на стенах чадили факелы. На улице валялись мертвецы. Они пахли, как настоящие и смрад гнили забивал нос и вызывал тошноту.
— Что это, Георг? — спросила девушка, зажимая чуть вздернутый симпатичный носик.
— Это Лондон до пожара — в дни, когда свирепствовала чума. — растерянно оповестил ее проводник. Глаза его бегали, будто он что-то искал. Взгляд скакал по темным углам, по оконным проемам. Они пошли вперед и в юбку Ирине вцепилось нечто.
— Ай! Отпусти!
— Please, miss, I«m starving! Грязные пальцы прокаженного старика мяли ткань ее одежды, бинт скрывал ввалившийся нос, но не успела Ирина восхититься качество грима, как этот неугомонный Георг потащил ее дальше. На пути им попалась повозка, заваленная мертвыми телами, над которыми вились полчища мух и ворон, видимо дрессированный, лениво поклевывал глаз одного из трупов. Ирину затошнило и Георг, взяв ее под руку, ускорил шаг. Они вошли будто бы в здание и интерьер преобразился. Это был длинный, грязно-желтый коридор с огромным количеством дверей по бокам.»
— А это, Ира, Бедлам. Здесь держали неугодных стране и душевнобольных. И правда — в маленьких палатах бесновались служащие аттракциона. Голая женщина валялась на полу, держа руки между ногами и кричала. В следующей палате раскачивался в середине помещения благообразный старичок. Из следующей камеры раздались звуки возни и Ирина отскочила в середину, где, не обращая внимания на творящееся в палатах, расхаживали огромные, в белых халатах, санитары.
Страница 1 из 5
