Лес

«Мороз умер, нет, не выжить бы ему! Ни за что, — думал Алексей, — Сам он выжил чудом, не раз спасало его это чудо, Бог спасал, а как иначе? Бог есть, существует, за красивым светом ночных городских огней, я просто не видел Его. Лишь тот шаг, который я сделал, выйдя из лифта, и разорвав порочный круг своей жизни, позволил мне увидеть Его. Но теперь то. Теперь я знаю всё. Что даст то, если я расскажу обо всём участковому, который придёт ко мне? Всю правду? Ребятам это уже не поможет. Но с другой стороны, их надо похоронить по-человечески. У них есть родные, которые имеют право на то, чтобы хотя бы придать тела близких им людей земле. Чтоб им не лежать забытыми» Иванами«в глухом лесу. Может быть, скорее всего, их гибель повесят на меня. Ведь кто поверит, что… а, собственно, что? Малыш подорвался на немецкой мине, времен войны. Степан — от чего он умер, я не знаю, но следов насильственной смерти на нём не было».

— Доктора, позови доктора! — вдруг крикнул Алексей, от чего Степан вскочил, забыв про свою травмированную голову, и скрылся за дверью в коридор.

Через минуту доктор, с тревожным лицом, сидел перед кроватью Алексея, и слушал его рассказ. Он упустил момент, и не стал рассказывать про песни немцев, про зайца и волков. Он рассказа о трагической гибели Малыша, подорвавшегося на мине при раскопках. О гибели Степана, которого он обнаружил мёртвым в старом, немецком бункере, и позже похоронил. Об исчезновении Мороза, который выйдя из палатки, и попытавшись разыскать обратный путь, исчез, пропал в лесах.

Через час он повторял свой рассказ перед следователем и участковым, которые сидя на пустой кровати, записывали его слова в свои блокноты. Он расписался под корявой писаниной, написанной следователем, вечером Стёпу перевели в другую палату, и у двери в коридор появился милиционер, с автоматом в руках. На следующий день он узнал от своего охранника, или конвоира, что по его рассказу организованы поиски по базам данных. Имени Малыша он не знал, как и фамилии Степана. Но, несмотря на это, удалось найти заявление о пропаже человека, с фамилией Мороз. Алексей Мороз. Этот факт дал право следователя поднять вертолёт и вызвать группу егерей, из ближайшего охот хозяйства. Они нашли «Уаз», принадлежащий Алексею, с фамилией Мороз. В пяти километрах удалось найти место лагеря, две могилы. По словам рядового охранника, стоявшего в дверях палаты, место их лагеря следователи отчищали от снега, в поисках улик. Тела выкопанных из земли Степана и Малыша были отправлены на эксгумацию, при проведении которой выяснилось, что причиной смерти Малыша стали многочисленные осколки немецкой мины времён войны. Слова Алексея подтверждались. Причиной смерти Степана — стал разрыв сердца, который явился следствием сильного шока. Бункер с продовольствием найден не был. Несколько дней над лесом летал вертолет, переводя в холостую дорогой керосин; егеря палили в небо из ружей и сигнальных пистолетов, но Мороза нигде не было. Алексея продержали в палате, ставшей для него тюрьмой, две недели, затем, его сменяющие друг друга охранники стали заметно разговорчивее и мягче, в общении с ним. Один из них — они менялись через сутки — принёс бутылку водки, которую они с ним распили на двоих. Он оставлял ему свой автомат, когда уединялся в ординаторской с медсестрой. Это говорило о том, что все обвинения с него сняты, его больше не подозревают в убийстве ребят. Его выпустили. Добрые сотрудники больницы выдали ему старую, но чистую одежду, обувь слегка сжимала ноги. Билет на поезд до Москвы был оплачен полицией, и Алексей, до конца не веря, что он тут, на свободе, что он живой, что ему удалось избежать голодной смерти в лесу, удалось избежать повешенного на его шею дела об убийстве. Он на свободе. Он приехал в Зеленоград. Город почти не изменился. Те же люди, та же суета перед «клюшками», всё было как и прежде, лишь серые сугробы непривычно покрывали весь город. Он забежал в свой подъезд следом за незнакомым парнем, поднялся на свой этаж, и дрожащим пальцем надавил на белую клавишу звонка. За дверью послышались шаркающие шаги. Дверь открыла Анжела. Её глаза округлились, когда она увидела перед собой мужика, чем-то отдалённо похожего на Алексея. Она попыталась закрыть дверь, но он не дал ей этого сделать, поставив ногу, облачённую в нелепую обувь под раму двери.

— Это я! — сказал он.

Девушка плакала. Она ещё раз подняла глаза, и пристально посмотрела на него, после чего бросилась к нему, и обвила свои тонкие руки вокруг его шеи. От неё пахло нежностью и любовью, той, оставленной им полгода назад девушки. Они простояли так, целую вечность, пока кто-то из соседей, не знающих о том, что произошло за стенкой их квартиры, бесцеремонно отстранил обнимающуюся пару. Они переглянулись, и громко расхохотались, на что изумлённый сосед, оглянувшись, покутил пальцем у виска.