Лес

Он вновь был у себя дома. Анжела ждала его, все это время. Родной запах своего жилища наполнил его лёгкие. Алексей блаженно плюхнулся в кровать, казавшуюся теперь через чур мягкой, и он даже удивился, как мог раньше спать на такой кровати? Анжела ни на секунду не отпускала его, ещё до конца не веря, что это он. Они просидели всю ночь, пока он рассказывал ей обо всём, что произошло с ним. Она поглаживала своей мягкой рукой его ставшие грубыми волосы, коротко остриженные в больнице.

* * *

Он вновь работал старшим поваром в своём кафе. Его приняли обратно, без каких либо вопросов, прочитав выписку из протокола, заверенную полицией. Алексей не раз выручал начальство, оставаясь на дополнительные смены, вместо «заболевших» коллег. Он щепетильно относился к качеству, выполняемой им работы, и руководство ценило его за это. Алексей был рад видеть свои плиты, его сменившийся на половину коллектив, новые лица которого с интересом смотрели на него. Летом ему дали отпуск, на два месяца, по состоянию здоровья. Но на самом деле, руководство, войдя в его положение, само предложило ему этот отдых, не представляя, чего стоило человеку просто выжить одному в течение полугода в диком лесу. Он возвращался с ночной смены. Май радовал распускающимися повсюду зелеными листьями. Алексей шел походкой человека, не обременённого заботами, как и тогда, почти год назад, той ночью. Он был свободен от работы и связанных с нею обязательств на два месяца, и мысли о том, как провести это время крутились в его голове. Анжеле как назло снова не удалось отпроситься у начальства. Её отпускали только на месяц, и она хотела даже уволиться, но Алексей настоял, и они решили, что вторую половину его отпуска обязательно проведут вместе. Он увидел зелёный «Уаз», стоящий у одного из многочисленных зданий, и волна тоски прошла сквозь его душу. Он пригляделся: такой же багажник на крыше, какой был на машине Мороза. Машина очень напомнила ему ту, на которой ездил его друг. Он подошел к машине, обошел вокруг, и сквозь её окна увидел на первом этаже дома вывеску: «Туризм, рыбалка, охота, археология».

Открыв дверь, которая приятно звякнула звуком китайских колокольчиков, он попал в небольшой магазинчик. Покупателей не было, продавец, рослый мужчина, облаченный в камуфлированную куртку, оторвался от чтения небольшой книжки, — на обложке которой была нарисована утка, — поверх очков разглядывая нежданного клиента.

— Вы к нам? — спросил он.

— Думаю, да; — ответил Алексей.

Он долго выбирал различные вещи, начиная от метало детектора и заканчивая спец одеждой, в которой ему будет удобно ходить по лесу. Продавец, который отлично знал предмет своей торговли, повесил на дверь вывеску «закрыто», и вместе с покупателем, словно готовился выйти в поход вместе с ним, выбирал наилучший товар, сочетающий в себе прочность, выносливость и практичность в условиях дикого леса. Он вышел из магазинчика увешанный сумками. «Уаза» перед магазином уже не было. Поймав такси, и сильно расстроив Анжелу своими покупками, он принялся собираться в путь.

Анжела не хотела с ним разговаривать, но он успокоил девушку. Он разорвал с ней устный договор, о возможной обоюдной измене — он не хотел ей изменять. Девушка с радостью согласилось, и этот договор казался им теперь безрассудным капризом двух молодых людей. Он ещё сильнее полюбил её, видя искренность её страданий, и её терпение, ведь не каждая смогла бы прожить полгода, в ожидании неизвестности, в то время как сама жизнь отсчитывает быстротечные минуты женской молодости и красоты. Она пренебрегла этим, не испугавшись прожить остаток жизни в одиночестве. И в награду за смелость, она получила то, чего ей не хватало — он вернулся, изменившись внешне, он изменился и внутренне. Если внешность его накинула на плечи Алексея лет десять, то внутренне он стал чище, и добрее к ней. Он стал более чутким, чем был раньше. Но в тоже время он не потерял внутренний стрежень, а наоборот — укрепил его. Он был жёстким, но не жестоким, был справедливым, прислушиваясь не только к себе — но и к окружающим. Он не превратился в мягкотелого и податливого парня, каких нынче много, и тенденция к увеличению их числа говорит о безнравственности мира, которым окружили себя люди. Он стал крепким, верным своему слову мужиком, он стал настоящим мужчиной, и в её глазах лучше него не могло бы и быть в самой природе. Она со слезами провожала его, спустившись за ним до самой его машины. Он пообещал, что вернётся, сказав, чтобы она верила ему — ведь если не верить друг другу — то сомнения, впущенные в душу, могут уничтожить всю человеческую жизнь. «Куда я еду? — думал он, проезжая по знакомой улице, — что я делаю? Правильный ли тот путь, который я выбрал для себя? Сомнения… Прочь сомнения, дорога сама подскажет мне путь!» Проезжая город насквозь, он вдруг вспомнил о Виталии, парне, которому Мороз продавал поднятые«с полей» трофеи.

Он подъехал к проходной.

— Вы к кому? — спросил охранник.

— Мне к товарищу надо бы, Виталий, у него тут офис.