Немного про имена.
46 мин, 44 сек 276
Через какое‑то время Хлоя замерла, уставившись перед собой.
— Гайля… — её голос дрогнул.
— Посмотри туда.
На тропинке лежал тот же самый камешек — точно такая же форма, та же тёмная прожилка. Он лежал так, будто его они не уходили отсюда.
— Может, просто похожий? — прошептала Гайля, но в груди уже зашевелился липкий страх. Она ведь узнала его. Как не приметить — и форма, и прожилка эта будто змейка, и место у сосны.
Они пошли дальше, стараясь выбирать другой маршрут. Хлоя отметила поваленное дерево с красивым ярко‑оранжевым лишайником на коре. Она провела рукой по шершавой поверхности, а потом оставила на нем маленькую веточку, которая лежала возле старой засохшей березки с ведьминой метлой на кроне, под которой лежали упавшие мелкие веточки. Метки в незнакомых местах нужно, чтобы запомнить.
Минут через десять они снова наткнулись на это дерево. Лишайник словно горел в полумраке леса, как зловещий, подмигивающий им, маяк. Полоса от её прикосновения была на том же месте и та же палочка, и та же березка.
— Этого не может быть, — выдохнула Хлоя, чувствуя страх вокруг нее. Наверное, также зверюшки боятся охотников. Жить хочется всем!
Гайля огляделась и заметила куст с ягодами, одна ветка которого была странно изогнута, напоминая крюк. Она запомнила его, чтобы проверить еще раз.
Спустя ещё несколько минут они вышли к этому же кусту. Ягоды на нём выглядели так же, ни одна не была сорвана. Изгиб ветки повторял тот самый крюк — до мельчайших деталей.
Хлоя достала из сумки маркер и нарисовала на стволе сосны большой крест. Уж, если мел может сдуть волшебный ветер или стереться чьей-то магией, то маркер не так просто стереть и смыть без дополнительных средств — щеток, моющих средств. Они отошли подальше, свернули несколько раз, старательно выбирая новые тропы.
И снова оказались у той же сосны. Крест был на месте — свежий, не смазанный. Маркер чуть подтёк по коре, будто от влаги, но линии оставались чёткими.
— Аха, кто-то старался, но силенок не хватило. — пыталась пошутить Хлоя. Но от этого легче не стало, даже наоборот, им стало казаться, что с ними неразлучно кто-то ходит и пристально за ними наблюдает. Та тень?
— Не шути так. Может, от этого оно еще сильней разозлилось!
Гайля подняла голову и увидела ворону, сидящую на ветке. Птица смотрела на них, склонив голову набок.
— Смотри, ворона, — нервно сказала она Хлое.
— Ворона! — обрадовалась Хлоя хоть кому-то живому в этом мрачном пугающем лесу.
Подруги отошли, свернули за кусты, прошли вдоль ручья, который теперь тоже стал казаться живым. А от его урчания стало немного легче. Ворона и ручей — два живых и настоящих, «говорящих» и движущихся.
Но, когда они снова подняли глаза, ворона сидела на той же ветке — в том же положении, с тем же наклоном головы. Казалось, она даже не шевелилась всё это время. А как же она тогда каркала? И она ли это каркала? Или тень подражает?
Хлоя достала телефон, чтобы сфотографировать ориентир — большой валун с трещиной посередине, который спустя столетия расширился и через него можно было пройти. Она сделала снимок, отметила координаты на карте, которую они купили еще до поезда. Они прошли вперёд, петляя между деревьями, между которыми было очень трудно пройти.
Через несколько минут они стояли перед тем же валуном. Трещина была идентична. Хлоя открыла галерею — фото было сделано, но на экране телефона отображалась дата из прошлого: «15.08.1726» хотя сейчас было«15.08.2026». Теперь они обе были ошарашены увиденным.
— Интересно, может, мы здесь в прошлом были? — спросила Гайля, которая очень любила сказки и фэнтези.
— Кто знает. Теперь и я могу поверить во что угодно. Будто бы мне это сегодня нужно было…
Последней каплей стал след на земле — отпечаток кроссовка Хлои, чёткий, будто оставленный минуту назад. Она точно помнила, что не наступала сюда раньше. Но след был свежим, в нём даже виднелась капля воды, будто нога только что сильно вдавила её в мох настолько, что выступила жидкость. Но так не бывает! Это какая сила должна быть, чтобы наступить и выжать сок из мха? Ведь место-то не болотистое.
Гайля схватила подругу за руку. Её голос дрожал:
— Мы всё еще ходим по кругу. Не просто заблудились… нас заставляют ходить по кругу. И этот единственный след. А где тогда его продолжение?
Хлоя молча кивнула. Страх сковал их, но теперь они точно знали: то ли лес играет с ними, то ли эта тень, подбрасывая одни и те же детали, словно издеваясь над их попытками выбраться. Может, Тень и есть хозяин Леса?
Да, наши следопыты теперь сделали заметки в блокнотах:
1. «Мы застряли»
Каждая мелочь — камешек, дерево, ворона, след — кричала об одном: они застряли. И кто‑то (или что‑то) наблюдает за ними.
2. Тень? Он живой или показалось?
3. Камешек с прожилкой — дважды встретился на пути, в том же положении.
4. Дерево с лишайником, «ведьмина метла» — остались на прежнем месте.
5. Куст с изогнутой веткой — идентичный изгиб, и ягоды не тронуты.
— Гайля… — её голос дрогнул.
— Посмотри туда.
На тропинке лежал тот же самый камешек — точно такая же форма, та же тёмная прожилка. Он лежал так, будто его они не уходили отсюда.
— Может, просто похожий? — прошептала Гайля, но в груди уже зашевелился липкий страх. Она ведь узнала его. Как не приметить — и форма, и прожилка эта будто змейка, и место у сосны.
Они пошли дальше, стараясь выбирать другой маршрут. Хлоя отметила поваленное дерево с красивым ярко‑оранжевым лишайником на коре. Она провела рукой по шершавой поверхности, а потом оставила на нем маленькую веточку, которая лежала возле старой засохшей березки с ведьминой метлой на кроне, под которой лежали упавшие мелкие веточки. Метки в незнакомых местах нужно, чтобы запомнить.
Минут через десять они снова наткнулись на это дерево. Лишайник словно горел в полумраке леса, как зловещий, подмигивающий им, маяк. Полоса от её прикосновения была на том же месте и та же палочка, и та же березка.
— Этого не может быть, — выдохнула Хлоя, чувствуя страх вокруг нее. Наверное, также зверюшки боятся охотников. Жить хочется всем!
Гайля огляделась и заметила куст с ягодами, одна ветка которого была странно изогнута, напоминая крюк. Она запомнила его, чтобы проверить еще раз.
Спустя ещё несколько минут они вышли к этому же кусту. Ягоды на нём выглядели так же, ни одна не была сорвана. Изгиб ветки повторял тот самый крюк — до мельчайших деталей.
Хлоя достала из сумки маркер и нарисовала на стволе сосны большой крест. Уж, если мел может сдуть волшебный ветер или стереться чьей-то магией, то маркер не так просто стереть и смыть без дополнительных средств — щеток, моющих средств. Они отошли подальше, свернули несколько раз, старательно выбирая новые тропы.
И снова оказались у той же сосны. Крест был на месте — свежий, не смазанный. Маркер чуть подтёк по коре, будто от влаги, но линии оставались чёткими.
— Аха, кто-то старался, но силенок не хватило. — пыталась пошутить Хлоя. Но от этого легче не стало, даже наоборот, им стало казаться, что с ними неразлучно кто-то ходит и пристально за ними наблюдает. Та тень?
— Не шути так. Может, от этого оно еще сильней разозлилось!
Гайля подняла голову и увидела ворону, сидящую на ветке. Птица смотрела на них, склонив голову набок.
— Смотри, ворона, — нервно сказала она Хлое.
— Ворона! — обрадовалась Хлоя хоть кому-то живому в этом мрачном пугающем лесу.
Подруги отошли, свернули за кусты, прошли вдоль ручья, который теперь тоже стал казаться живым. А от его урчания стало немного легче. Ворона и ручей — два живых и настоящих, «говорящих» и движущихся.
Но, когда они снова подняли глаза, ворона сидела на той же ветке — в том же положении, с тем же наклоном головы. Казалось, она даже не шевелилась всё это время. А как же она тогда каркала? И она ли это каркала? Или тень подражает?
Хлоя достала телефон, чтобы сфотографировать ориентир — большой валун с трещиной посередине, который спустя столетия расширился и через него можно было пройти. Она сделала снимок, отметила координаты на карте, которую они купили еще до поезда. Они прошли вперёд, петляя между деревьями, между которыми было очень трудно пройти.
Через несколько минут они стояли перед тем же валуном. Трещина была идентична. Хлоя открыла галерею — фото было сделано, но на экране телефона отображалась дата из прошлого: «15.08.1726» хотя сейчас было«15.08.2026». Теперь они обе были ошарашены увиденным.
— Интересно, может, мы здесь в прошлом были? — спросила Гайля, которая очень любила сказки и фэнтези.
— Кто знает. Теперь и я могу поверить во что угодно. Будто бы мне это сегодня нужно было…
Последней каплей стал след на земле — отпечаток кроссовка Хлои, чёткий, будто оставленный минуту назад. Она точно помнила, что не наступала сюда раньше. Но след был свежим, в нём даже виднелась капля воды, будто нога только что сильно вдавила её в мох настолько, что выступила жидкость. Но так не бывает! Это какая сила должна быть, чтобы наступить и выжать сок из мха? Ведь место-то не болотистое.
Гайля схватила подругу за руку. Её голос дрожал:
— Мы всё еще ходим по кругу. Не просто заблудились… нас заставляют ходить по кругу. И этот единственный след. А где тогда его продолжение?
Хлоя молча кивнула. Страх сковал их, но теперь они точно знали: то ли лес играет с ними, то ли эта тень, подбрасывая одни и те же детали, словно издеваясь над их попытками выбраться. Может, Тень и есть хозяин Леса?
Да, наши следопыты теперь сделали заметки в блокнотах:
1. «Мы застряли»
Каждая мелочь — камешек, дерево, ворона, след — кричала об одном: они застряли. И кто‑то (или что‑то) наблюдает за ними.
2. Тень? Он живой или показалось?
3. Камешек с прожилкой — дважды встретился на пути, в том же положении.
4. Дерево с лишайником, «ведьмина метла» — остались на прежнем месте.
5. Куст с изогнутой веткой — идентичный изгиб, и ягоды не тронуты.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 7 из 13
