Лешие: хозяева леса, облики и образы, реальные истории

***

Был такой случай. Я пошел в лес за грибами, за ягодами (за черникой) по Хайнозерской дороге. Далеко не подходя, там есть глубокий ручей. Под уклон меня обогнала легковая машина — в лес пошла. Она прошла, а я под уклон спустился; в гору поднимаюсь — выходит из лесу человек. Он эту машину тоже пропустил. Он остался на правой стороне дороги. Машина прошла, он на меня посмотрел, постоял. Я ближе стал подходить и пошел. Шел, шел, шел и свернул в правую сторону. Я все иду за ним. Потом он выходит на дорогу, посмотрел: я иду опять почти на одинаковом расстоянии. Шел, шел, ушел, опять ушел. У него ни сумки, ни корзины — ничего нету. Он идет один, пустой. Вот опять мы шли, шли, шли с ним вместе, и он опять свернул. И там перед высоковольтной линией, где идет высоковольтная линия, там есть болотце, и перед этим болотцем он сразу вышел на дорогу, на меня посмотрел и по дороге пошел в лес. Дошел до этой высоковольтной линии, встал, развернулся, на меня посмотрел и перешел на другую сторону дороги, и повернулся ко мне лицом. Ну, я как человек взрослый, мужчина, я не струсил, конечно, этого дела. Прямо иду навстречу ему. Осмотрел его. Резиновые сапоги на ногах, куртка, брюки черные, и я прошел. Я прошел, думаю, метров сто пятьдесят и свернул за ягодами. Только расположился за ягоды, этот дядька пришел ко мне, значит, метров, ну, сто, наверное, от меня; меньше. «Ола! Ола! Ола!» — до того он доорал там далеко-далеко; чуть где-то слышно женщина откликнулась.

А что он ей кричал?

— Он ей все кричал: «Але!» Что он может кричать? Говорить же не может на такое-то расстояние, так? А я все собираю ягоды. Потом женщина эта к нему пришла. Они говорили, говорили, говорили. Он говорит:«Я пойду в лес». И она от него ушла. Ну, и прошло минут сорок-пятьдесят, около часа, он походил где-то в лесу, пришел на это место: орал, орал, орал; там далеко, далеко она где-то откликнулась. Ну, он все стоит и кричит; я уж корзину добираю. Потом все стихло. Проходит, наверное, минут сорок, около часа; часов около пяти вечера. Идет мужчина, женщина, старушка и ребенок лет двенадцати (десять — двенадцать) такой. Старушка та подошла ко мне, посмотрела, и они ушли туда, куда мне идти как раз за ягодами. Ну, я пришел, корзинку добрал; я перешел болотнику, пошел домой. Задержалась: такая крупная черника. Собираю, этот мужчина и женщина уже идут обратно без старушки и без ребенка, в лес прямо, и никакая ветка им не мешает. Я же там был, там, в этом месте ни грибов, ни ягод, ничего нету, но они не наклоняются. Так они и ушли. Я вижу: дело не уха, надо мне выбираться отсюда. Повернул и домой ушел.

— Давно это было?— Давно было, давно, лет десять назад, даже больше.

Человек и леший в гостях друг у друга. Как вести себя в лесу

Лешего бояться надо. В лесу живет с лешачихой. Ребята пойдут на путик, говорю: «Сядете под сосну ночевать, дак попроситесь у дедушка-домовеюшка переночевать». Рассказывал один мужик: «Пошел в лес, да пришлось под зародом переночевать. Не попросился, да и выго-нило».

— А как это «выгонило»?— То ли шум, то ли сено полетело.

В лесу увидеть лешего, надо всю одежду налево выворачивать. Лучше не видеть. Детей одних в лесу нельзя оставлять.

***

Я тогда небольшой была. Пошли мы с мамкой в лес за брусникой. И не знаю, что мне так привязалось, будто кто-то заставляет, стала я ягоды собирать и свистеть. И чем дальше, тем больше хочется, как черт попутал. Ну, вот, поставила я кошелку, собираю ягоды и насвистываю. Вдруг слышу: кто-то дышит тяжело-тяжко за спиной. Поворачиваюсь: никого нет. Ох, как я испугалась. Бегом к маме побежала. Бегу, кричу, чуть корзинку не оставила. А мама говорит: «Это тебя дедушко напугал, чтоб в лесу не шумела».

***

Пошла однажды баба тут одна в лес по грибы. Набрала она было уж полную корзину. Домой уж, видно, начала собираться. Да шчо-то споткнулась она ли, шчо ли, о кочку-то, грибы-то все из корзины-то и посыпались. Стала она тут «лешьим» ругаться. А он-то услыхал ее, видно, разгневался, стал ее кругами водить вокруг одной поляны-то. Так ее на третьи сутки еле живую мужики нашли там.

***

Раньше гоняли рано коров-то. У каждого не по одной корове, да много их. У нас эта улица была в лес, туды в поскотину. Вот рано мать меня отправила, я иду, гоню коров, а вдруг насрету, говорит, человек высокий, но без головы. Вот как закинулся чем-то и идет. Я не знаю, что и делать. И надо вернуться, не знаю, проходить, ну вот мать, видно, научила говорить: вернулся, перекрестился, нигде никого человека не стало. Пришел домой, матери рассказываю. А она и говорит: «Это леший и был, говорит, но ты, говорит, перекрестился, он тебя простил, пропустил».