Лешие: хозяева леса, облики и образы, реальные истории

***

Вот я вам что расскажу. Муж-то мой умерший, царство ему небесное, охотником был. Однажды пошли они с соседом на охоту, заплутали, на избушку набрели. Там и остались ночевать. А как ночь наступила, стал кто-то в дверь стучать, колотиться. Подумали, что звери; за ружья схватились. Выглянули на улицу, и нет никого. Потом в окна колотились, стал кто-то в дверь вламываться. А не видать никого. Тут-то они пуще прежнего испугались. Поняли, что это не звери, а сила лесная, и давай креститься, Бога поминать. Так с ружьями до утра и сидели. А к утру все спокойно стало.

***

А вот в сосновом бору у нас избенка есть, по реке вверх. Раньше мы останавливались тамече, когда на сенокос ехали. Но избушка-то та нечиста. Кажду ночь то шорохи, то шарканье како по полу, вроде все и спим, но все слышим, а проснуться не можем. Как будто глаза-то свинцом залили. Так еще деды говорили, что после полуночи там вся нечисть с округи, из леса собирается на шабаш. И празднуют они там свое веселье.

***

А деверь как мужу брат. Дак вот, их, дак вот, слыхала, поблазнило. Он тожо с одной жонкой гулял, из-за бабы. Вот ушел на охоту. «Тожо, — говорит, — спать лег, — а ее тожо Егоровой звали, — спать-то лег, вот и думаю, чтобы вот сюда хоть Егорова пришла». Дроля как евонна. Вот говорит: «Уснул не уснул. Вот вдруг. А вокруг избушки-то малинник был, малинник нарос. Чую, шаркает малинник о избушку. Вот, — говорит, — подошло к дверям и стукает. Слышу: стучит:» Ваня, Ваня, пропусти«. А и думаю, говорит:» Какая жо Егорова за столько километров да в ночное время?«Вот кое испужался, кое расстроился да говорит — это соскочил на ноги-то, схватил топор да и, — говорит, — на болыпушие маты:» Я тебя … какая ты тут пришла Егорова«. Да, говорит, это как пошло от избушки-то. Лес-от шумит, сучье-то трешшит, ломает вихорем. Тут, — говорит, — у меня волосы-то заподымались на голове».

***

Раньше у каждого охотника свой путик был в лесу. А ходили охотиться далеко и надолго, там в своей избе жили. Вот у нас из деревни мужик с племяшом на охоту зимой пошли, разошлись по разным избам, живут. Один раз племяш сидит в избе, печь затопил и заскучал о своей девке Парашке. Вышел на улицу, заходит домой, а ему поблазнилось, что в избе на лавке Парашка его сидит, ножками помахивает да и никак не уходит. Парень испугался, побежал к своему дядьке. А тот сказал, чтоб племяш в избу тот же час возвращался, и ежели Парашка все в избе сидит, то взять горячей кочергой и нахлестать ее нежалеючи. А если он не сделает этого, то больше никогда не придет в эту избу. Племяш так и сделал. Потом он еще долго благодарил дядьку за данные ему советы. Это ведь к нему леший приходил, думал он уж сильно о своей Парашке. Хорошо все закончилось, да изба в лесу не пропала. Стал потом племяш один на охоту ходить, и леший его больше не беспокоил никогда.

***

Мне отец мой покойный рассказывал, царство ему небесное. Ездил он как-то за сеном, а раньше далеко ведь сенокосы-те были, ну и пришлось там заночевать. Истопили вечером избу, пойло изготовил. «Вдруг, — говорит, — сижу и слышу: шум какой-то. Тут девица заходит, красивая такая, да та девица, о которой только-только думал». Из деревни ихней была она. Да кака-то странная девица, с волосами распущенными и голая. Ну, батя и говорит ней: «Заходи, вместе исть будем». А она и молчит. Тут понял, что это сила какая-то нечистая. Перекрестился, она и улетела.

***

Ране дядя Иван мне сказывал: «Вот живу я на охоте, а уж умерла деденька-то». Вот он в лесу-то промышляет и подумал про одну девку. Она ему и показалась. А он уж немолодой был, верил окаянной-то и подумал: че-то неладно, не надо думать-то.

Награда за гостеприимство

Прасковья Терентьевна с подругой как-то пошли в церковь Богу молиться. Дорога длинная, глинистая. Одна-то, Прасковья Терентьевна, привыкшая, всю жизнь в нищете прожила, далеко ходила, много видела, а другая подруженька получше жила, нищих не любила, за порог не пускала.