Фандом: Средиземье Толкина. В Ривенделле лето! Леголас наслаждается жизнью, Элладан и Элрохир резвятся, Линдир распевает песни, Глорфиндель и Эрестор пытаются разобраться в своих отношениях, заботливый лорд Элронд старается, чтобы всем было хорошо… А кроме того, все обитатели Ривенделла с нетерпением ждут приезда Трандуила.
73 мин, 2 сек 1252
Леголас, раскрасневшийся и немного вспотевший, лежал на спине в задранной до самой шеи ночной сорочке — Трандуилу подумалось, что в таком виде его маленький принц выглядит еще соблазнительнее, чем полностью обнаженный. Он нежно постанывал, закрыв глаза и закусив нижнюю губку, и комкал покрывало, подаваясь навстречу прикосновениям Элладана и Элрохира. Трандуил беззвучно выругался. Элладан и Элрохир! Ну конечно, вездесущие развратники-близнецы, — это они соблазнили его мальчика! Силясь заглушить возбуждение злостью, Трандуил с ненавистью взглянул на озорные мордашки сыновей Элронда. Один из них — Трандуил никогда не мог с точностью определить, кто из них кто — щекотал Трандуила веером с пышными перьями (которым лорд Элронд снабдил каждого обитателя Ривенделла на случай, если тому «вдруг станет жарко»), а второй облизывал соски Леголаса, а потом легонько дул на них. Леголас, которого дразнящие ласки близнецов распаляли всё больше и больше, вздрагивал и широко раздвигал ноги, а Трандуил, жадно рассматривая его хрупкое тело, набухшие соски и тонкий, нежный, удивительно правильной формы член, сходил с ума от желания и ревности. Ему хотелось ворваться сейчас к нему, разогнать близнецов и овладеть Леголасом так, чтобы он забыл и об Элладане с Элрохиром, и вообще обо всем Ривенделле, но всякий раз, когда он уже был готов броситься за перегородку, гордость останавливала короля. С тайной обидой Трандуил вспомнил, что в прежние времена, когда он приезжал в Имладрис, это из его, Трандуила, комнаты неслись сладострастные стоны, и это он, Трандуил, не давал уснуть обитателям Ривенделла. В те времена он и представить себе не мог, что когда-нибудь будет ночевать в полном одиночестве, с завистью вслушиваясь в звуки чужой страсти.
В этот момент он услышал жалобный вскрик Леголаса. Вновь прильнув к прорезям в перегородке, Трандуил увидел, как Леголас, выгнувшись и отчаянно хватаясь за Элладана и Элрохира, содрогается в оргазме. На его живот брызгала сперма; Трандуил бросил взгляд на полупрозрачные перламутровые капли, усеявшие золотистую кожу принца, и ему безумно захотелось приникнуть к животу Леголаса губами, слизать его сперму, почувствовать, как трепещет его юное нежное тело… И тогда Леголас выдохнул бы: «Я люблю тебя, отец!», а не: «Это не считается! Так нечестно!». Нечестно? Удивившись, Трандуил прислушался. Слова Леголаса не были игрой его воображения — тот действительно капризно тянул:
— Это нечестно! Вы должны были позволить мне тоже ласкать вас! А вы схватили меня и довели… до изнеможения.
— Всё, малыш-Трандуилион, нечего отнекиваться! — заявил один из сыновей Элронда. — Ты кончил первым, так что ты проиграл.
— Ага, ты проиграл — значит, за лимонадом пойдешь ты! — подхватил второй. — Уговор дороже денег, малыш-Трандуилион!
Леголас с недовольным стоном сел в постели и опустил задранную сорочку.
— Идите вы к балрогу, больше не буду заключать с вами пари, — пробормотал он, но все-таки поднялся на ноги и вышел из-за перегородки.
Трандуил отпрянул от перегородки и опрокинулся на спину, с колотящимся сердцем делая вид, что крепко спит. Всей душой Трандуил надеялся, что Леголас, проходя мимо, не заметит внушительной выпуклости, приподнимающей покрывало. Но когда легкие шаги Леголаса, миновав постель Трандуила, стихли, Трандуил разочарованно подумал, что принц мог бы и остановиться, чтобы поцеловать его на ночь. Накинув висевший на перегородке шелковый ночной халат в наивный мелкий цветочек («Ох, Элронд», — с досадой проворчал Трандуил), король неслышно последовал за Леголасом.
Трандуил нашел его на веранде: Леголас стоял у стола и колол лед. Это выходило у него неважно, мелкие кусочки льда разлетались в разные стороны, и Леголас вполголоса костерил близнецов, но Трандуил, не вслушиваясь в его недовольное бурчание, застыл, залюбовавшись принцем. Тонкая фигурка Леголаса будто бы сияла в лунном свете; полупрозрачная ткань сорочки, не скрывая тела, делала его изгибы еще более волнующими и соблазнительными; а когда Леголас, сражаясь с глыбой льда, чуть наклонялся, подол сорочки скользил вверх, обнажая упругие маленькие ягодицы. У Трандуила перехватило дыхание от возбуждения и нежности. Он видел Леголаса обнаженным бесчисленное множество раз, но никогда не испытывал такого жгучего желания, как сейчас, когда смотрел на него в этой коротенькой сорочке.
В этот момент он услышал жалобный вскрик Леголаса. Вновь прильнув к прорезям в перегородке, Трандуил увидел, как Леголас, выгнувшись и отчаянно хватаясь за Элладана и Элрохира, содрогается в оргазме. На его живот брызгала сперма; Трандуил бросил взгляд на полупрозрачные перламутровые капли, усеявшие золотистую кожу принца, и ему безумно захотелось приникнуть к животу Леголаса губами, слизать его сперму, почувствовать, как трепещет его юное нежное тело… И тогда Леголас выдохнул бы: «Я люблю тебя, отец!», а не: «Это не считается! Так нечестно!». Нечестно? Удивившись, Трандуил прислушался. Слова Леголаса не были игрой его воображения — тот действительно капризно тянул:
— Это нечестно! Вы должны были позволить мне тоже ласкать вас! А вы схватили меня и довели… до изнеможения.
— Всё, малыш-Трандуилион, нечего отнекиваться! — заявил один из сыновей Элронда. — Ты кончил первым, так что ты проиграл.
— Ага, ты проиграл — значит, за лимонадом пойдешь ты! — подхватил второй. — Уговор дороже денег, малыш-Трандуилион!
Леголас с недовольным стоном сел в постели и опустил задранную сорочку.
— Идите вы к балрогу, больше не буду заключать с вами пари, — пробормотал он, но все-таки поднялся на ноги и вышел из-за перегородки.
Трандуил отпрянул от перегородки и опрокинулся на спину, с колотящимся сердцем делая вид, что крепко спит. Всей душой Трандуил надеялся, что Леголас, проходя мимо, не заметит внушительной выпуклости, приподнимающей покрывало. Но когда легкие шаги Леголаса, миновав постель Трандуила, стихли, Трандуил разочарованно подумал, что принц мог бы и остановиться, чтобы поцеловать его на ночь. Накинув висевший на перегородке шелковый ночной халат в наивный мелкий цветочек («Ох, Элронд», — с досадой проворчал Трандуил), король неслышно последовал за Леголасом.
Трандуил нашел его на веранде: Леголас стоял у стола и колол лед. Это выходило у него неважно, мелкие кусочки льда разлетались в разные стороны, и Леголас вполголоса костерил близнецов, но Трандуил, не вслушиваясь в его недовольное бурчание, застыл, залюбовавшись принцем. Тонкая фигурка Леголаса будто бы сияла в лунном свете; полупрозрачная ткань сорочки, не скрывая тела, делала его изгибы еще более волнующими и соблазнительными; а когда Леголас, сражаясь с глыбой льда, чуть наклонялся, подол сорочки скользил вверх, обнажая упругие маленькие ягодицы. У Трандуила перехватило дыхание от возбуждения и нежности. Он видел Леголаса обнаженным бесчисленное множество раз, но никогда не испытывал такого жгучего желания, как сейчас, когда смотрел на него в этой коротенькой сорочке.
Страница 18 из 21
